что рассказать в этом году?
ничего же нового. тот же город, та же локация)
я всё так же встаю полшестого и бегу плавать. мой рассвет, моё море, сильное, послушное тело в воде, сонные рыбы, шарахающиеся от моей тени, мои мысли, моё одиночество…
всё так же остаюсь на веранде ресторана после завтрака, когда дети уходят в номер, чтобы долго, размеренно, бездумно пить чай. мои полчаса...
всё так же болтаюсь на буйках, созерцая линию горизонта и собственные ноги с лавандовым лаком, который так хорошо сочетается с загаром и бирюзовой водой, ныряю за рыбами и разглядываю причудливую вязь, которую рисует солнечный свет на жёлтом, песчаном дне. мой корвалол)…
всё так же отвлекаю абрама, пока роман смывается с группой парней играть в водное поло в бассейне, в баскетбол или теннис (на заднем дворе обнаружился корт). моя синергия…
всё так же хожу по развалинам галикарнаса, ем исполинские пирожные в самой приветливой кондитерской старого города, ношу абрама на руках, когда он устал, встречаю рассветы, провожаю закаты. моя декомпрессия…
меня узнали все официанты и портье, узнали горничные и ребята-бармены на пляже. в ресторане мне носят чай, как я люблю, а в пляжном баре озвучивают заказ – two çay and orange juice lemonade – раньше, чем я успеваю подойти к стойке.
и я уверена, тот факт, что в прошлом году я перед отъездом оставила всем очень щедрые чаевые (и в этом планирую повторить сей кульбит), не имеет к подобному вниманию ни малейшего отношения)) только любовь и восточное гостеприимство.
всё привычно, знакомо. всё – было. пожалуй, можно просто повторить свой прошлогодний пост.
или нет?
изменения всё же есть. отрицать их бессмысленно. да я и не буду.
абрам стал старше. роман стал старше. я стала старше…
своего возраста я пока не чувствую. возможно его видно со стороны, но что мне за дело))
а вот дети. их изменения заметнее.
* * *
у абрама сейчас 2 состояния. он либо счастлив до соплей, либо орёт. а, спит ещё. спит хорошо, долго, крепко. не слышит хлопающих дверей, навязчивой анимации, шумных соседей.
орёт тоже замечательно – громко, красиво, с оттягом. люди оборачиваются. орёт, когда вытаскиваешь из моря, орёт, когда нельзя маёзиная, вот эта зёйтая, пазаяйта. и беяя. нет, мама, тойка зёйтая и беяя. дай твоё папобавать. эта сто? йимон? я ни хацю йимон. дай папобаю. нет, ни хацю. дай исё папобывать. на, маё папобавай? вкусна?
жёлтое – банан, белое – ванильный пломбир, очевидно.
на днях случилось так, что не было ни того, ни другого (12 сортов на выбор). ну, мы и проорались прямо перед палаткой. потом заткнулись в одночасье, мгновенно, не думая, выбрали chocolate chips с вишней и ушли в полном счастье, гордо размазывая мороженое по соплям.
я пытаюсь вспомнить, как это было, как я реагировала на подобное в первом материнстве, когда была моложе. но, честно сказать, не помню. кажется, было сложнее. а сейчас просто смешно.
общей канвой через весь отпуск проходит ощущение, что с абрамом стало проще. он хорошо говорит, всё понимает, его всегда можно убедить, уговорить, заболтать или выторговать нужные варианты.
с ним уже можно вести беседу, игры стали комплекснее, сложнее, проще стали перемещения. на пляже мы с удовольствием читаем книжку, лёжа на одном шезлонге. а во время исторических вылазок он уже с интересом слушает мои полусказки о величественных воротах миндоса, гордом сатрапе мавзоле или крушении улубурунского корабля.
[реконструкция финикийского судна в натуральную величину, потерпевшего крушение у мыса улубурун в конце XIV века до н. э. с грузом металла (олова и меди в болванках странной, вытянутой формы) и провизии (фиников, оливок, миндаля в амфорах), и случайно обнаруженного собирателями морских губок в 1982 г. то есть под водой корабль провёл более 3 000 лет о_О инсталляция находится в музее подводной археологии бодрумской крепости]
* * *
роман.
с ним мне стало сложнее. его упрямство не знает предела, его нет – булатный клинок. сказал – отрезал.
временами мы говорим по душам, обсуждаем сокровенное, живое или ржём как кони, угораем просто на пустом месте, и он говорит: мать, ты понимаешь, как мне повезло? никто из моих знакомых так не общается с матерью.
а бывают дни, когда он не разговаривает со мной по несколько часов. без причины. односложные ответы по деловым вопросам. всё.
в такие моменты я отхожу в сторону. даю дышать. дышу сама.
его отпускает так же резко, как и заворачивает. я не обсуждаю это. не устраиваю разбора полётов. не сотрясаю воздух. не поучаю и вообще никак не комментирую. просто каждый раз улыбкой встречаю из подземелья, в которое ему зачем-то периодически надо спускаться.
почти всегда он просто извиняется. сам. end of story.
к этому невозможно подготовиться. я прохожу уже третье становление, третье взросление, третье смятение чувств. и нет сходств, нет повторений, ни единой параллели, которую хотя бы дрожащим пунктиром я могла бы провести. трое. из одного чрева. от одного семени. все разные…
единственная константа – отношение к брату.
это любовь. отцовский инстинкт (если бы у людей были инстинкты)).
роман очень возмужал в этой своей неожиданной роли. пожалуй, даже саша никогда не был настолько старшим.
здесь он приучил абрама к плавательным очкам, научил, погружаясь в воду, дуть пузыри, отрывать ноги от дна и бить ими по воде, держась за крепкую, надёжную братскую руку. и теперь ибрашка, стоя на мелководье и старательно выдувая в воду внушительный гейзер, каждый раз повторяет: как ома, как ома! смотъи, мама, я как ома! пахозя?
похоже, родной, конечно, похоже. вы же братья.
вечером, спускаясь с мельничного холма, где мы провожаем закат, роман сажает абрама себе на плечи и позволяет сделать самолётик. я протестовала первые дни, но потом сдалась. роман держит крепко, страхует спинку, а ибра слушается брата беспрекословно, глядя на него доверчиво и немного восхищённо. как от этого взгляда не возмужать?
в такие моменты я снова отхожу. мне нравится смотреть на них со стороны. мне нравится, что им не нужно моё посредничество. мне нравится, что я в их отношениях не клей, не цемент, не связующий элемент. они сами)
* * *
в этом году мы осмелились пройти пешим туристическим маршрутом от ворот миндоса до мавзолея мавзола к старому городу.
ворота миндоса – единственный сохранившийся фрагмент 7-километровой стены, защищавшей город в iv в. до н. э.
почему миндоса? город миндос был соседом галикарнаса (так в античности назывался город на месте бодрума), стратегическим портом, в результате землетрясения ушедшим под воду. сатрап мавзол восстановил его и опоясал стеной.
представляете себе какие исполинские ворота стояли в этом проёме? я – нет!!!))
* * *
мавзолей мавзола (мавзолей галикарнаса) – пятое из 7 чудес света и одно из 3 сохранившихся до наших дней. именно от имени мавзола во многих языках появилось слово мавзолей.
величественная усыпальница высотой с современный 15-этажный дом была построена 2400 лет назад и разрушена землетрясением в xii веке уже нашей эры. таким образом, без малого 2000 лет она простояла в относительно целом виде. сейчас бы нам таких застройщиков…
бытует романтическая легенда, что наследница мавзола, сатрапша артемисия, которая одновременно приходилась ему и женой, и родной сестрой, так скорбела по мужу-брату, что отгрохала в память о нём этот теремок.
в действительности этого быть не могло, так как артемисия пережила мужа всего на 3 года, да и занята она была – после смерти могущественного мавзола много кто из алчных соседей претендовал на выгодно расположенный, обжитой, зажиточный галикарнас. на строительство подобного сооружения в те времена уходили десятилетия, посему скорее всего это сам мавзол постарался увековечить память о собственном могуществе.
сегодня же от былого величия остались лишь невнятные руины и кучка битых статуй и барельефов. sic transit gloria mundi. всё бренно в этом мире…
а находится это чудо света прямо посреди оживлённого квартала. со всех сторон зажато самыми обычными, затрапезными жилыми домами.
я спрашивала местных, как им живётся с таким соседством, ощущают ли они близость вечности и вес бренности бытия. кто-то говорит дежурное про энергетику, кто-то просто жмёт плечами. но в большей степени все живут жизнь, не обращая внимания на обломки чьей-то маниакальной гордыни и несчастной любви.
меня очень вдохновляют и трогают такие места. мне нравится состояние, которое я привожу с собой от них – ровное, большое и глубокое как открытое море. с тех пор как я, ещё студенткой, случайно попала в дербентскую нарын-калу и увидела традиционный субботний ковровый базар, ковры, прибитые прямо к полуторатысячелетней крепостной стене, всей своей мощью разрезающей город надвое и уходящей в каспий.
где-то на чердаке у меня валяются фотографии, которые я сняла тогда на плёночную мыльницу canon, купленную c первых заработков)
* * *
от ворот миндоса к мавзолею мы шли пешком. чуть больше километра.
к гавани и бодрумской крепости от мавзолея ещё ближе – метров 200. в сопровождении спеющих гранатов, маслин, инжира и фики ди индии (плодов кактуса).
* * *
в другой день мы были в бодрумской крепости.
бодрумская крепость (замок святого петра) построена в начале xv века, предположительно в 1402 году рыцарями ордена госпитальеров с родоса, хотя, согласно археологическим исследованиям, строения на месте замка были ещё в античности – во времена мавзола здесь стоял храм аполлона.
крепость представляла собой серьёзный стратегический форпост, атаковали его все кому не лень и с моря, и с суши, суровые мужики-рыцари восстанавливали её, как могли, из говна и палок. видите эти кругляшки?
это собственно фрагменты колонн мавзолея.
как они затащили такую здоровенную дуру на себе на крышу – я в душе не понимаю о_О
в xvi веке крепость была окончательно отбита османами, и с тех пор рядом с часовней на её территории красуется минарет.
а сегодня здесь находится очень интересный музей подводной археологии, а также коллекция древностей самых различных эпох, начиная с бронзового века и энеолита.
* * *
набив прекрасным эстетические рецепторы, дуем в старый город набивать пузо пирожными.
в старом городе шумно, людно и обитают самые жирные собаки, которых я видела в своей жизни. этот чувак, к примеру, всем телом охраняет вход в бутик tommy hilfiger.
* * *
сходили на частной яхточке до бухты аквариум. пытались сделать остановку ещё в кроличьей, но ибрашка, перегруженный эмоциями, законюдился, пришлось досрочно свернуть палас)
* * *
не забыли мы и про мельничный холм, потрясающий закат над бухтой гюмбет (почему глазами это всегда красивее, чем на фото???) и любовь мою – студенческую чил-аутошную из говна и палок с гранатовым соком на креслах-мешках.
* * *
но главным персонажем нашей одиссеи было, конечно же, море.
хотела расписать метафорами, от печки да с бубенцами, да ну её к хренам, эту витиеватость.
море.
просто море.
* * *
спасибо, бодрум. монетку бросила, но ничего не загадываю, ничего не обещаю. как будет, так будет. вдох-выдох. закончили упражнение.
произведение искусства – для красоты. его часто заводили в чил-аутошной, я попросила ребят-барменов мне её нагуглить)
отаке, благородные доньи.
отаке.
Прекрасное. Душевное и красивое.