Приближается время дневного сна.
Пойдем спать, - говорю Веронике (1.11).
Бабай не, - отвечает Вероника. Машет руками и убегает в коридор.
Ну не, так не. В коридоре темно, стоит коляска, стиралка шумит, стирает белье. Занимаюсь делами в соседней комнате, одним глазом посматриваю. Забралась в коляску, сидит, притихла, свернулась калачиком.
Мамаааа, бабаааай! - требует одеяло. Принесла плед, укрыла ее и ушла.
5 минут и ребенок спит.
Еще через 5 минут папа переносит Веронику в кроватку.
Итог: ребенок спит, ни одна мамина нервная клетка при укладывании не пострадала 😁
***
Поехали в гости к бабушке. У них частный дом, и у Вероники там отдельная комната, помимо кроватки есть узкий диванчик. Вечером пора спать.
Говорю Веронике - пойдем.
Айдем, - отвечает Вероника.
Пришли в комнату, но в кроватку идти не хочет. Лезет на диван, укладывается там сама на подушке, накрывается пледом. Ну ладно, думаю. Ложусь рядом на ковер. Переползает ко мне на пол, устраивается, вертится, обнимается.
Неудобно, да? - говорю Веронике. Пол твердый, неудобно на нем спать, пойдем в кроватку.
Айдем, - говорит Вероника.
Кладу ее в кроватку, накрываю одеялом. Засыпает почти моментально.
***
Случай в бабушкином доме заставил меня задуматься о том, что иногда за кажущимся баловством и непослушанием скрывается какое-то желание ребенка, которое я по непониманию игнорирую.
Дома последнее время Вероника при укладывании вместо кроватки забирается в кресло-качалку. Качается там, хлопает ладошкой, чтобы я сидела с ней рядом. На рабочей неделе я, конечно, уставшая, хочется сократить наши часовые укладывания, верчения в кроватке, требования по десять раз на горшок, потом качания на кресле и так по кругу. И я говорю Веронике строгим голосом:
Мама посидит с тобой, если ты будешь лежать в кроватке.
Вероника хнычет, я настаиваю. Выхожу из комнаты. Конечно, я побеждаю, она после небольшого скандала слезает с кресла и забирается в кроватку. Но совсем не так мне хочется завершать день.
На выходных я уступила. Села с ней в кресло.
Байбаююю, - требует Вероника. То есть петь ей колыбельную.
И вот мы сидим с ней в темноте в обнимку в кресле, покачиваемся, и я пою ей песенку.
Через несколько минут она слезает с кресла, забирается в кроватку, укладывается. Накрываю ее одеялом. Засыпает спокойно, без скакания и капризов.
Всего лишь человеку надо было, чтобы его обняли и спели песенку. А я не слушала, настаивала на своем, обвиняла в капризах. А все просто оказалось. Вот.
