Инсайт рождается в блуждающем уме

Сегодня утром я гуляла по нашему лесопарку без наушников, без привычных подкастов, слушала лес. Когда шаг ускорялся — шла в гору — слышала дыхание и внутренний ритм, в который страстно хотелось попасть. На первом круге рука машинально потянулась к телефону, но я одернула. Есть наушники, есть интернет, но зачем — когда рядом такой лес и все его звуки.

Ходить 5 минут во внутренней тишине попадая шагом в ритм дыхания — это одно. Но ходить 50-т точно также, чтобы тебе не наскучило — тут нужно постараться.

И я решила устроить себе испытание. Понаблюдать, куда будет течь мой ум, не привязанный ни к какой мысли. Точне, мысли, конечно, сами его находили: контрольная Лео, дочка, манту, лента вчерашних новостей, покормить кошек, силовые на ноги, скоро день рождения, Индия, Непал, Казахстан, Тибет, Гоа, зима, Рената Литвинова, один мой старый друг, собака породы Джек Рассел, подснежники зацвели. Так за один первый круг внутри моей головы в надежде на безмыслие пронеслась целая серия «Очень странных дел». На второй круг не привязываться к мыслям становилось легче.

Я слушала дыхание и просто шла. Наблюдала. Вот запела новая птица, пробежала белка, жук упал на спинку и не может подняться, надо помочь, вот той птице красиво подпевает вторая, ветер сурово шуршит макушками старых елей.

В этом состоянии не сбавляя скорости на третьем круге я вдруг поймала себя на мысли о том, что скука, в общем, недооценена.

Потому что ни одно вдохновение, ни один инсайт не рождается в упорном и занятом уме.

Для вдохновения нужна пустота, место — в котором, как при рождении Вселенной, ты можешь разбросать свой хаос. Не разложить, а именно разбросать. Чтобы походить вокруг, чтобы полежать вокруг, чтобы послушать, понюхать, почувствовать, обонять, увидеть, простукивая в такт ногой, где же оно — то самое — как его имя? И где его место? И о чем оно со мной говорит?

Инсайт рождается в блуждающем уме. А для этого уму нужен выход.

И в этом смысле, подумала я, для меня невероятно вдохновляюще выглядит аналоговая фотография. Почти без ретуши, с аналоговыми поп-фильтрами, снятая на пленку или зеркалку.

Вот эта ее — фотографии — шершавость, пожухлость, неидеальность, блики, засвеченные части — создают в ней что-то такое, что оставляет место не только для своего, но и для чуждого вдохновения.

Не только для того, кто участвовал в ней в прошлом, но и для того, кто смотрит на нее из будущего. В таком фото есть пространство для недосказанности. А значит — фантазии. А значит — рождения чего-то своего.

ИИ, к примеру, создает ощущение выхолощенности. Его идеальность и структурное следование модели (почти предсказуемое) — делает в итоге фото (и текст) пустыми. Как будто ты видишь идеальную картинку и идеально собранные на листе слова, но отведи глаз — и тут же забудешь, что именно ты прочел, что именно было в фото. А назавтра и вовсе не вспомнишь. После него внутри тебя не остается места для чего бы то ни было. На нем уже: ВСЕ СКАЗАНО.

Но, чтобы, порой, к нам пришло что-то важное и что-то свое (через что-то чужое) — нам нужен хаос, лес, поле, степь, шумные шапки сосен или выставка аналогового фото… Место для блуждающего ума и то, обо что этот ум способен задержаться. Что-то, по-настоящему, неидеальное.

У меня — это мой лес (и кое-что еще). А что у вас?

#места #кармайогиня_пишет