Мушш внезапно решил в рамках расширения культурного кругозора поговорить о нетленном о детских какашках - о книгах. Увидел у меня книгу Масару нашего Ибуки "После трех уже поздно". Спрашивает: "Это про твою новую диету?". Я складываю бровки домиком, что среди женщин нашей семьи означает крайнюю степень недоумения. Мушш машет руками, что среди живущих со мной означает тщательный подбор слов: "Нуууу, ты недавно же говорила, что после трех - никаких быстрых углеводов!". "Эээээ, нуууу, говорила, да, - давлюсь я шоколадкой. - Но книга не про это. Она про ранее развитие детей".
Этот мужчина совсем недаром прожил со мной двенадцать лет (я вот сейчас не про Масару нашего Ибуку, а про мужа), потому что сразу понимает, что ступил на минное поле и дальнейший разговор о нетленном может привести ко взрыву: "Отлично! Как раз хотел поговорить про ранее развитие! Так что там у детей с какашками?".
И вот теперь, выкупав, накормив и уложив спать двух зайцев с доп комплектом батареек Энерджайзер, я разгребаю ногами от игрушек полтора метра пространства на детском коврике, забираюсь в эти полтора метра с книжкой, пледом, печенькой и мыслью: "Только двадцать минут, а потом пойду отмывать квартиру", - а на меня смотрит с обложки умное японское лицо и как бы осуждает на чистом русском языке: "Ты время видела? А в руке у тебя что? Да-да, вот это вот, с шоколадной глазурью. А после трех-то уже поздно!"
Чувствую, что я так и не дочитаю эту книжку( и дети мои будут расти сорно и без должного развития, пока не станет совсем поздно(
если без шуток, то по правда дохрена всего закладывается до трех)) как бы ужасно этот не звучало
