Я в аду вдруг увидала ангела,
В отделении, где потеряла сына...
Маленького, пухлого, кудрявого
Он бежал ко мне, смеялся сильно.
Руки расставляя для объятий,
Он меня позвал вдруг: "Мама, мама!"
Захотелось броситься, поднять его,
Целовать и верить: ОН ТОТ САМЫЙ.
Это мой сынок, с восьмой палаты,
Где я так рыдала после чистки,
Где я даже Бога забывала.
Бог в аду не может быть, он чистый.
Средь болячек женских и абортов,
Криков, матов и стенаний диких
Бог не мог остаться. А чего там?
У него и так хватает психов.
Я давно к нему не обращалась
И не беспокоила напрасно.
После, как я сына потеряла,
С Богом стало всё совсем неясно...
Только ангел... Он бежал навстречу,
Пухлые расставив свои руки,
Будто обещая: время лечит,
Ты ещё забудешь эти муки.
И, вернувшись в эти коридоры,
Обретёшь сыночка, но другого.
Он родится очень даже скоро.
Самым сильным, умным и здоровым.
Как хотелось ангела обнять мне,
Прижимать к груди, кудряшки гладить.
Слёзы, слёзы... Как теперь унять их?!
Как, его увидев, жить мне дальше?
Ангелочек мой исчез кудато,
Я спиною ощутила стену,
И сползла по ней, и зарыдала.
На руках моих завыли вены.
"Не убью себя, не покалечу.
Буду жить."- ему я обещала.
Буду ждать уже другую встречу.
С мальчиком другим. Начну сначала.
Господи, я буду снова верить
В твои силы, в то, что будешь рядом.
Господи, за всё, прошу, прости меня.
Мне другого мальчика ТАК НАДО.
И в холодном, жутком коридоре
Вдруг забрезжил лучик солнца нежный.
И моё одно большое горе
Превратилось в веру и надежду.
Значит, и в аду есть место Богу.
Значит он сюда приходит тоже.
Может мой сынок ему дорогу
Показал и Бог пришел, похоже.
Поддержи,Господь всех бедных женщин,
Брошенных судьбою в коридорах.
Дай им веру, выдержку, надежду.
Ты же можешь, ты же самый добрый. 
Ессентуки
