Этот пост не только о трогательных отцовских чувствах, но и о переосмыслении жизни в целом, о новом восприятии мужчины и женщины.
Я больше не боюсь розового цвета.
«Я всегда был самым настоящим в общественном понимании мужчиной: большим, сильным, любящим чисто мужские вещи - футбол, машины, выпивка. Все это изменилось за 5 минут, когда родилась моя дочь. Я стал бессильным перед лицом этой крошечной малышки, которая сошла с небес, и весь мой мачизм растаял, как снеговик под дождем. Я даже играл с ней в чайные церемонии с куклами и один раз даже разрешил ей накрасить мне ногти! И мне даже понравились мультики. Нет, правда!»
Майкл, 29
Я стал плачущим, сопливым, жалким простофилей.
«Общество учит мужчин сдерживать свои эмоции, иначе над нами будут издеваться. Я, правда, думаю, что это одна из причин, почему мужчины умирают раньше - мы должны выдержать все жизненные трудности, даже не хныкнув, иначе это ставит твою мужественность под сомнение. Но как только в моей жизни появилась дочь, все вышло из-под контроля. Прощай, мужественность! Первый раз, когда я заплакал, был в ночь, когда у нее был жар и температура за 40. Мы отвезли ее в больницу, потому что не знали, что делать. Тогда я наконец просто сорвался и заплакал. И я решил наверстать упущенное и начал плакать с романтических комедий, на свадьбах, и даже с детских мультиков - со всего. Дочь меня изменила. И, тем не менее, я бы ничего не изменил».
Кристофер, 31
У меня появились агрессивные защитные инстинкты, о которых я не знал.
«Одна только мысль, что кто-то хочет навредить моей дочери, пробуждает во мне яростного отца-воина. Раньше жестокость вообще не имела со мной ничего общего. Теперь есть смысл вмазать кому-то, кто даже подумает о том, чтобы причинить ей вред. Я даже начал изучать боевые искусства и купил смехотворно большой грузовик, который я называю «Армагеддон», потому что на нем я смогу увезти свою семью куда угодно от любой природной катастрофы. Да я стану перед едущим поездом, чтобы защитить ее! И если ее первый парень будет не идеальным принцем, то клянусь всем святым, что я с ним разделаюсь…»
Дэйв, 29
Я снова влюбился в мою жену.
«Моя маленькая девочка выглядит почти как ее мама. У нее даже мимика, как у мамы: она сильно щурится, когда смеется, и закусывает нижнюю губу, когда боится. Я не религиозный, так что не верю в ад или рай, но я понял, что настоящая жизнь после смерти - это твои дети. Когда я смотрю на свою дочь, то понимаю, что это реинкарнация моей жены, и от того я их еще больше люблю. Раньше я просто молча соглашался с людьми, которые говорили, что любовь к детям выше всякой любви, но теперь я понимаю, насколько они были правы».
Джош, 33
Это полностью изменило мое понимаю того, что значит быть мужчиной.
«Я думал, что быть мужчиной значит быть физически сильным и эмоционально холодным - неважно, что происходит в твоей жизни, ты просто должен принимать это, не жалуясь. Я не понимал, что на самом деле это была форма слабости и что в чувствительности есть огромная сила. Теперь я достаточно сильный, чтобы сдержать слезы, когда дочь болеет, но как только она засыпает, я бегу в ванну, чтобы выплакаться. Я достаточно сильный, чтобы подняться рано утром в субботу и поработать сверхурочно, потому что ей нужны новые ролики. Позволять себе по-настоящему чувствовать вещи - вот определение силы».
Джимми, 27.
