Всем родителям детей, с которыми бывает непросто, посвящается.
Пока мой ребенок еще не родился, я всё время смотрела на незнакомых родителей на улице (и на друзей с детьми) и думала - вот это да, как по-разному, оказывается, бывает.
Там, где один ребенок орет и колотит в дверь кулаками, другой вежливо просит у мамы открыть дверь, а получив отказ - молча стоит в сторонке.
Там, где один ребенок ровно сидит за столом и аккуратно ест обед, другой вертится на месте, выскакивает из-за стола, никогда не доедает и вообще просит приготовить что-нибудь другое.
Там, где один легко переносит поход в шумные гости и общается с компанией малознакомых людей, другой обхватывает мамины ноги и прячется в дальний угол, каждые пять минут повторяя «Пойдем домой!».
Там, где один идёт быстро, другой останавливается на каждом шагу, чтобы поковыряться в сугробе или подобрать пивную крышку.
Там, где один засыпает сам и в любом месте, другого нужно обязательно укладывать дома, под одним и тем же одеялом, с одной и той же игрушкой под боком.
Там, где один сразу находит общий язык с другими ребятами, другой стоит в стороне и машет кулаками, и не хочет делиться игрушками.
С одним бывает - удобно, с другим - неудобно от слова «совсем».
Вообще-то, я очень хотела, чтобы мой ребенок был удобным. Все этого немножко хотят, верно? Было бы он таким, как я в детстве - веселым, спокойным, тихим и послушным - так, чтобы можно было везде ходить вместе, делать мои взрослые дела и не тратить по сорок минут на истерику из-за того, что мороженое купили не того цвета. Нужно доесть? Значит, доедай. Нужно прекратить игру? Значит, собирай игрушки. Нужно во всем соглашаться с взрослыми? Значит, никаких «но» - «нет слова не хочу, есть слово надо».
Но дети вносят в родительские ожидания серьезные коррективы. У меня неудобный сын. И слава богу.
Каждый день, когда я преодолеваю лавину сопротивления с его стороны (мощь стихии типичная для трехлетнего возраста), я спрашиваю себя.
Хочет он быть «вежливым» или хочет быть собой? Хочет он быть «послушным» или быть живым?
Невозможно быть удобным для всех и всегда. Не нужно и даже вредно.
Поэтому я исключила из нашего общения слова «послушный/непослушный мальчик». Я, честно говоря, боюсь, как бы мой сын ненароком не стал послушным.
Но это не значит, что я его не воспитываю. Ещё как воспитываю. Останавливаю поведение, которое меня разочаровывает и сердит? - Да. Не одобряю небезопасные или недопустимые поступки? - Пожалуй. Не реагирую на агрессивные способы добиться своего? - Именно так. Границы в общении и поведении, которые я не разрешаю своему сыну нарушат - Они безусловно есть.
Но близкое общение с другим человеком (и не только с ребенком) не всегда бывает удобным.
Этому и нужно учиться друг у друга: слушать, слышать, договариваться, идти на компромисс.
А вот беспрекословное следование инструкциям - это не главная ценность воспитания (я бы сказала, это не ценность вообще).
Пусть спорит и учится отстаивать своё мнение. Пусть не ходит тихо хвостиком, пока я занимаюсь делами. Пусть говорит «нет», «не хочу», «дай». Дорогие родители неудобных детей, просто подумайте. Если ребенок проверяет вас на прочность, значит ваши отношения в порядке.
Если ребенок настойчиво и открыто заявляет о своих желаниях, выражает свою злость и обиду, значит он вам доверяет. Значит он уверен в том, что вы его услышите, примите и не отвергните лишь потому, что у него неудобные чувства и желания.
Так пусть лучше он будет неудобным ребенком, чтобы потом уметь отказывать, проявлять инициативу и обозначать свои границы. Пусть будет «непослушным» вместо того, чтобы без возражений следовать указаниям других людей.
Пусть, в конце концов, он меня не слушается.
Это нормально.
Автор: Мария Рожкова
