- Дочь, нужна твоя помощь, - без предисловий начал папа по телефону на днях.
Отказать папе я, естественно, не в силах. Мы лучшие друзья. Близкие по духу люди. Родственники, в конце-концов.
- Говори.
- Ты же знаешь, что скоро юбилей у тети Нади. Приедут все наши. Мы тут с мамой посчитали, что после застолья разместить сможем человек 7-8.
- Что-то мааааало, - не удержалась от ехидства я. - В молодые годы у нас вообще все вповалку спали.
- А это потому что кое-кто, выйдя замуж, забрал у нас надувной матрац, и раскладушку прихватил, - не растерялся папа. - Так что, поможешь?
- Ну, ясное дело.
- Тогда после застолья человека три- четыре я к тебе пришлю ночевать, договорились?
Я тихо вздохнула и перенеслась мыслями на много лет назад. 
Все мы родом из детства. И я не исключение. Детство мое было наичудеснейшим, но речь не об этом. Значительную его часть занимали свадьбы и юбилеи родственников. А набралось их столько, что озвученная цифра заставляла шумно вдыхать воздух и не выпускать его вообще, если требовалось отметить праздник. Так прямо и идти, не дыша, закупать хлеб не количеством булок, а деревянными блоками. Дело в том, что мой папа - один из семерых детей бабушки и дедушки, то есть запутаться в дядюшках и тетушках для меня проще, чем поменять Злате мокрые трусы.
Как истинные советские люди мои прародители, видимо, считали, что счастье не в детях, а в их количестве, поэтому упорно внушали отпрыскам две мысли: они должны плодиться столь же успешно - раз, и стать либо врачом, либо учителем, либо агрономом - два. Педагогические способности у дедушки и бабушки оказались такими, что, узнай результат, Доман вместе с Маниченко нервно закурили бы одну сигарету на двоих и почувствовали, что где-то дали маху. На выходе бабушка с дедушкой получили двух врачей, двух учителей и троих отпрысков, окончивших сельскохозяйственный институт (правда, агрономом стала лишь одна дочка).
С рождаемостью тоже все оказалось неплохо: старший из моих дядюшек порадовал родителей пятью детьми, другой - четырьмя, еще три пары размножились трижды, остальных, в том числе и моего папу, можно отнести к халявщикам демографического фронта - у них всего по двое. Чтобы не утруждать вас подсчетами, скажу, что незадолго до смерти моя бабушка любила повторять:
- У меня 22 внука. Я надеюсь, что увидела всех, или мне еще пожить, вдруг кто-то соберется за дитем? И последнее! Я одинаково люблю абсолютно всех, поэтому хочу, чтобы хотя бы раз в год вы приходили к нам с дедом на могилу вместе.
Увы, бабушка скончалась слишком быстро, и размножаться больше никто из ее детей не стал. Вероятно, потому что в их родном доме просто было негде спать, если под одной крышей собирались более трех семей. Семеро детей с внуками, конечно, дают закалку и в пустующем доме бабушки и дедушки до сих пор стоят кровати с баррикадами из подушек до потолка, но даже этого мало. Тем не менее я думаю, бабуле не за что обижаться, потому что завет мы стараемся исполнять, собираясь каждый год на могиле и вставая в три слоя вокруг оградки.
В общем, как вы поняли, родственные связи у нас длинные, поэтому свадьбы моих многочисленных кузин и кузенов, которые гремели одна за другой, больше напоминала съезд КПСС в советские годы. Народу туча - разговоров тьма. Родители жениха или невесты с другой стороны на моей памяти ни разу не могли похвастаться таким калибром, поэтому судорожно прижимали попы к сидениям стульев, боясь, что не запомнят имена такого количества народа и ненароком попадут впросак. Наверняка еще и жалели отпрыска, который становился членом нашей семьи за то, что ему предстоят бессонные ночи в попытке выучить, кто чей сын или дочь, и кто кому крестным приходится. Мой муж (обладатель скудного запаса кровных связей), кстати, до сих путается в родственниках, которые живут с нами не в одном городе и видятся нечасто, и уже пару раз на общих сборищах безнадежно шептал на ухо:
- Мужчина, который мне крепко руку пожал -это дядя Вася или дядя Миша? У него дом с красной крышей? С зеленой, говоришь?! Тогда ясно - двухэтажный, с фигурками в саду! И почему мне улыбается вон та девушка?! Официантка, может, чего накосячила с моей тарелкой? А, сестра двоюродная, которая на свадьбе танец исполняла…Как ее, Марина? Ирина!
Так вот. Много лет назад после торжеств всем не местным предстояло где-то заночевать. И мой папа, как обладатель немаленькой по тем временам квартиры, считал своим долгом разместить на ночлег столько гостей, сколько удастся. И хоть торжества и праздники проходили не часто, но регулярно, я хорошо помню гору чашек и тарелок с утра, которые мы с мамой мыли полдня. А еще, как люди гостеприимные, родители отдавали всем подушки и одеяла, вплоть до диванных и кошачьих, а сами пару раз укладывались на псевдоматраце на полу.
С тех пор моя мама (выходя замуж она едва ли догадывалась, куда попала) заимела три привычки. У нее дома хранится гора постельных принадлежностей и чашек, которых хватит на приданое моим правнучкам. Любую гостиницу она заткнет за пояс, предъявив накрахмаленное белье, стопку абсолютно новеньких полотенец и забитый под завязку разными консервами и разносолами нижний ящик холодильника. И хоть нашествия гостей стали весьма редкими, потому что наконец-то все поженились, а юбилеи отгремели, мама все равно регулярно обновляет ассортимент. На всякий случай.
У меня же богатое прошлое приобрело менее изощренные формы. Я вполне терпимо отношусь к застольям, но, признаться честно, не очень люблю шумные компании. Переела в юности, как говорится. Ну а грядущие гости, если таковых больше 6-7 человек, тем не менее заставляют лихорадочно подсчитывать подушки и проверять, достаточно ли «Фейри». По привычке.
