Когда судьба закидывает меня в неизвестность, я уповаю на Бога, свой язык и местных жителей, которые обязательно должны отличаться от всех, кого я видела раньше.
На выходных ездили за 170 километров от дома - в гости. Поселок городского типа. Это вообще очень опасное название. Вроде и не деревня, но и не город полноценный. Назовешь жителей сельчанами - могут обидеться вусмерть и рискуешь уехать домой раньше времени, мучаясь угрызениями совести. Назвать городом тоже язык не поворачивается - пара двухэтажных школ, банкомат с облупившейся краской, единственный парк и парочка алкоголиков, предлагающих купить "настоящие офицерские часы" не позволяют.
И вот приспичило нам с мужем съездить в пекарню в соседний район (или он как в таких городских деревнях называется) - по отзывам там пекли хлеб, который можно естьгрямо буханками, не доставая из пакета. Друзья объяснили, как доехать до одной из точек, а дальше, говорят, спросите. Докатив до нужной развилки, спрашиваю у подвернувшегося под руку дедулю про пекарню.
- На центральной улице Ленина она! - торжественно объявил дед. - Тут ешшо проехать надо метров 800-900, потом увидите зеленый забор, страсть красивый, сворачивайте к нему. 
Улица Ленина - добрый знак, решили мы. Потому что в каждом мало-мальски уважающем себя городе и деревне она есть. Это, наверное, чтобы страна не забывала, если че, кто нам лучшей жизни желал. Я вообще люблю приезжать в другой город и названия улиц изучать. Улица Ленина одной из первых на глаза попадается. А еще Центральная, Мира и Победы, например. И тебе хорошо так становится, дежавю мучает и за фантазию русскую обидно.
Отвлеклась. Едем по улице, муж за рулем, я всматриваюсь в лица заборов. Ищу страстно-зелено- красивый. Нету! Синие, красные, ржавые и цвета правильных детских какашек - таким еще любят в деревнях полы красить, но зеленого - хоть убейся, нет! Ни одного!
Доехав до конца улицы, ловлю моложавую бабулю.
- Туды вам, нетуть пекарни здеся, - кокетливо поправляя шляпку, заявила она. - Зеленый забор увидите, сворачивайте. Зеленый, молодежь!
Покосившись на бабулю, мы развернулись и поплелись по улице по скоростью беременной кошки. Забора не было. Снова развернулись.
- Ты все точно поняла? - аккуратно спросил муж.
- Чур меня, чур - напугалась я приближающейся старости.
Решив не отведать нынче чудного хлеба и расписаться в бесповоротном топографическом кретинизме, мы собрались отъезжать, как вдруг откуда-то вывернула еще одна женщина. Полная и улыбающаяся, симпатичная и приятная.
- Улица Ленина не может отпустить просто так, - негромко заявил муж, опуская стекло.
Румяная, в цветном платье и, кажется сама пахнущая свежей выпечкой, тетенька, услышав историю про зеленый забор, захихикала.
- Вон за тем забором пекарня - смотрите. А уж кто из вас прав - решайте сами.
Примерно такая картинка предстала перед глазами, едва мы обернулись. Фото я взяла из интернета, ( реальный забор не щелкнула, он значительно менее красив), чтобы в целом обрисовать, как оно примерно было. Естественно, в провинции встретить что-то подобное почти нереально. Там люди, в основном, вьюны настилают на все поверхности так, что, находясь дома (в деревне у нас, например), хрен разберешь - день или ночь на улице. Дешево и сердито. Вот и на нашем красном заборе болтались издыхающие по осени вьюны.
Пока муж ходил за хлебом, я стремительно заталкивала обратно слюну, появившуюся от аромата пекарни и еще разок глянула на красно-зеленый заборчик. Внезапно вспомнила, как однажды где-то услышала фразочку: «Народ, празднующий Новый год за неделю до Рождества, имеющий город Санкт-Петербург в Ленинградской области, и много лет отмечавший "Великую Октябрьскую Революцию" в ноябре, не может постоянно жить в ладу со здравым смыслом...»
