Вчера я гордилась с своими детьми. Ну и собой - я же тоже тут при чем:).
Вчера мы были на похоронах соседки. Мы красиво оделись (вместо майки с черепами, АНтуан и папа были в рубашках и галстуках, а мы с Лизой в черных закрытых платьях), купили белые цветы.
Сначала была месса в церкви. Мы все расселись, потом над нашими головами зазвонили колокола - и звонили все время, пока вносили гроб. Более близкие, те, что были на прощании, стояли по двум сторонам прохода, держа цветы. Потом наалась служба. Кюре говорил проповедь, пели. Месса длилась около полутора часов. И вот я горжусь, что дети поняли, о чем я им рассказывала (что надо вести себя тихо, уважать такое важное событие и грусть близких) и просидели всю мессу тихо. Лизу немного корежило потом уже от скуки, но и она не пикнула.
Выходя из цервки, каждый благословлял гроб, крестя его святой водой, я оень боялась все перепутать и крестила не в ту сторону... (по православному).
Потом, после мессы, гроб поставили в машину и медленно медленно везли через весь наш городок от церкви до кладбища, а мы все медленно шли пешком вслед.
"Мы провожаем Ивонну в последнйи путь", - пояснила я детям.
" Этот путь ведет в мир духов" - понял АНтуан.
Дети были не впечатлены, но в целом все поняли. Наверное, так и хорошо. Нейтральное уважение.
Мне этот момент понравился больше всего, когда мы все шли процессией. Чувство общности. Когда мы переходили дорогу, машины остановились, включили аварийки и ждали тихо, пока вся процессия переходила дорогу. Нас было около ста человек.
Потом на кладбище гроб опустили в могилу, рядом поставили болльшую корзину, наполеннную лепестками роз. И каждый подходил попрощаться, и в знак прощания брал лепестки и бросал в могилу. Все были очень тронуты моим детям, когда они бросали лепестки. Ивонна была рада, когда мы купили землю там, ей было радостно, что снова появились дети и жизнь в местечке продолжается.
Наши дети вели себя идеально. Все выполнили хорошо и тихо. И это никак их не напугало, они уже спустя минуту на выходе с кладбища нашли улитку и это вызвало их куда более живой интерес и спор , кто отнесет ее с дороги.
Потом мы поехали на поминки, там дети уже бесились вволю (столы накрыли в саду). Но так там там были другие дети, старшие , с соседской фермы, то они следили за младшими (вот это приятные свойства деревни).
Потом мы едва успели на дзюдо. И день вернулся в обычное русло.
Это было хорошо и красиво. На похоронах мы познакомились с двумя братьями Ивонны (их было пятеро, но старшие уже умерли). Два брата были тоже под 90 лет , но приехали каждый сам на своей машине. И выпив по стаканчику вина, так же и уехали. Огого!
Ивонна родилась здесь, в соседнем местечке, до войны. На этой ферме (по соседству с нами) родился ее муж. Познакомились они в Париже, где оба работали перед войной, жили на Монмартре. Когда их сыну (нашему соседу) было 6 лет, а их дочери только 3 месяца, ее муж ехал с работы на велосипеде и его ансмерть сбил автомобиль. Ивонне было только 30 лет. Страховка помогла немного деньгами, и она приняла непростое решение: покинуть Париж и вернуться в Бретань. Она поселилась тут, на ферме мужа, и долгие годы - и всю войну - одна без мужчины сажала огород, чтобы прокормить детей и вела хозяйство (дрова, печь, вода). Она не водила машину, так что помогали соседи, кто отвезет в город, кто привезет покупки. Дети в школу добирались пешком или на школьном автобусе, который заезжал сюда. Все говорили вчера, что у нее был сильный характер!
