По современным оценкам, в мире ежегодно
производится от 36 до 53 млн. искусственных прерываний беременности.
Предполагается, что в мире приблизительно каждая четвертая беременность
заканчивается искусственным абортом .
Что же толкает нас, женщин, на
такой шаг? Общество? Мужчины? Страх воспитывать одной? Или просто
нежелание брать на себя такую ответственность? 
Но, наверно, причина не во внешних обстоятельствах, а в том состоянии души, при котором человек находит для себя возможным совершить зло, добровольно его выбирая. Внешние обстоятельства - это только повод, но ни в коем случае не причина. В дореволюционной России абортов почти не было; что же, люди жили намного богаче, чем сейчас? Не было ни памперсов, ни стиральных машин, ни бесплатных молочных продуктов и никаких пособий! Просто для человека того времени, воспитанного на христианских ценностях, все было совершенно ясно, и если есть заповедь “не убий”, то он лучше умрет сам, чем убьет беззащитного ребенка. Если ребенка нечем кормить, то надо устроиться на третью работу, ограничить себя во всем, продать телевизор, бросить курить, отказаться от домашних животных, разменять квартиру на меньшую, пойти просить милостыню, надо в конце концов меньше есть самим родителям - все что угодно, но только не убивать. Если мы оправдываем убийство беззащитного ребёнка трудностью его содержания, тогда следующим логическим шагом для нас будет оправдание уничтожения стариков, инвалидов, душевнобольных. Это та программа, с которой начались преступления Гитлера. Убийство всегда остаётся убийством, и тут необходимо сделать чёткий вывод: либо дать свободу безумия всякому делать всё, что ему вздумается по отношению к другому, либо считать решение проблем посредством аборта таким же безумием.
Есть люди, считающие, что аборт все же нельзя приравнивать к обычному убийству - ибо внутриутробный младенчик никакая еще не “личность”, а даже и нежизнеспособен. Личность или не личность - это, конечно, вопрос веры, решаемый в зависимости от общефилософских и религиозных убеждений человека. Для атеиста и материалиста - впрямь не личность. Но при материалистическом расплывчатом понимании личности вообще трудно выяснить, когда человек ею становится - иной становится в 5 лет, иной в 25, а иной и всю жизнь проживет, да так и не станет... Христианская вера отвечает на данный вопрос однозначно: бесспорно, личность! Как же не личность, когда у этого внутриутробного младенчика уже есть своя индивидуальная и бессмертная душа?!
Скинь, отбрось пелену обтекаемых слов. Начни хотя бы с этого: когда тебе в женской консультации предложат: “Не хотите ли Вы восстановить менструальный цикл? Если да, то распишитесь о своем согласии на эту процедуру,” - пойми, что за этим вежливым предложением стоит не удаление “органической ткани” или “скопления клеток” или “комочка”. Этот комочек - родной твой сыночек или дочурка, и тебе предлагают убить твое дитя методом раздирания на части или сдирания кожи в соляном растворе... Врачи! Вы -врачи, или палачи?! Будьте честны, расскажите своим пациенткам обо всем, что их ожидает во время аборта и после него. Найдете ли вы после этого такую женщину, которая согласится на “эту процедуру”? Только называйте вещи своими именами: ребенка - ребенком, а не “продуктом беременности”; убийство - убийством, а не “восстановлением менструального цикла” и т.д. Расскажите обо всех осложнениях после аборта: о воспалительных и инфекционных заболеваниях, о том, что легальность аборта отнюдь не делает его безопасным. На этот счет существует прямо какой-то заговор молчания, либо недобросовестного искажения информации.
(из сети)
Но, наверно, причина не во внешних обстоятельствах, а в том состоянии души, при котором человек находит для себя возможным совершить зло, добровольно его выбирая. Внешние обстоятельства - это только повод, но ни в коем случае не причина. В дореволюционной России абортов почти не было; что же, люди жили намного богаче, чем сейчас? Не было ни памперсов, ни стиральных машин, ни бесплатных молочных продуктов и никаких пособий! Просто для человека того времени, воспитанного на христианских ценностях, все было совершенно ясно, и если есть заповедь “не убий”, то он лучше умрет сам, чем убьет беззащитного ребенка. Если ребенка нечем кормить, то надо устроиться на третью работу, ограничить себя во всем, продать телевизор, бросить курить, отказаться от домашних животных, разменять квартиру на меньшую, пойти просить милостыню, надо в конце концов меньше есть самим родителям - все что угодно, но только не убивать. Если мы оправдываем убийство беззащитного ребёнка трудностью его содержания, тогда следующим логическим шагом для нас будет оправдание уничтожения стариков, инвалидов, душевнобольных. Это та программа, с которой начались преступления Гитлера. Убийство всегда остаётся убийством, и тут необходимо сделать чёткий вывод: либо дать свободу безумия всякому делать всё, что ему вздумается по отношению к другому, либо считать решение проблем посредством аборта таким же безумием.
Есть люди, считающие, что аборт все же нельзя приравнивать к обычному убийству - ибо внутриутробный младенчик никакая еще не “личность”, а даже и нежизнеспособен. Личность или не личность - это, конечно, вопрос веры, решаемый в зависимости от общефилософских и религиозных убеждений человека. Для атеиста и материалиста - впрямь не личность. Но при материалистическом расплывчатом понимании личности вообще трудно выяснить, когда человек ею становится - иной становится в 5 лет, иной в 25, а иной и всю жизнь проживет, да так и не станет... Христианская вера отвечает на данный вопрос однозначно: бесспорно, личность! Как же не личность, когда у этого внутриутробного младенчика уже есть своя индивидуальная и бессмертная душа?!
Скинь, отбрось пелену обтекаемых слов. Начни хотя бы с этого: когда тебе в женской консультации предложат: “Не хотите ли Вы восстановить менструальный цикл? Если да, то распишитесь о своем согласии на эту процедуру,” - пойми, что за этим вежливым предложением стоит не удаление “органической ткани” или “скопления клеток” или “комочка”. Этот комочек - родной твой сыночек или дочурка, и тебе предлагают убить твое дитя методом раздирания на части или сдирания кожи в соляном растворе... Врачи! Вы -врачи, или палачи?! Будьте честны, расскажите своим пациенткам обо всем, что их ожидает во время аборта и после него. Найдете ли вы после этого такую женщину, которая согласится на “эту процедуру”? Только называйте вещи своими именами: ребенка - ребенком, а не “продуктом беременности”; убийство - убийством, а не “восстановлением менструального цикла” и т.д. Расскажите обо всех осложнениях после аборта: о воспалительных и инфекционных заболеваниях, о том, что легальность аборта отнюдь не делает его безопасным. На этот счет существует прямо какой-то заговор молчания, либо недобросовестного искажения информации.
(из сети)