Привезли меня в палату. Пока что не в ту, где лежат с детками, а в отдельную, в отделении патологии. Так как в акушерско-физиологическом отделении не было мест. Пообещали, что это всего лишь до обеда, пока кого-нибудь не выпишут. Каталку подвезли к самой койке, и я кое-как перевалилась. Дали сменную сорочку, кучу пеленок, поставили рядом мои пакеты и велели пока не вставать.

Было еще совсем темно, и я решила поспать, раз уж, наконец, представилась такая возможность. Перекинувшись опять парой словечек с Ирой, которой тоже не хватило места наверху, я все-таки закрыла глаза и погрузилась в небытие. Но спать пришлось не долго.

Проснулась я утром. Был вторник, день отнюдь не выходной, и муж, как обычно, собирался на работу. Схваток никаких не было и в помине. Значит, вчера вечером пожаловали-таки тренировочные. И теперь до самых родов они будут давать о себе знать. Правильно, должен же организм как-то готовиться.. Ну что, мое облюбованное 22-ое число? До тебя еще неделька, а пока живем… Я вздохнула с облегчением и решила еще покемарить чуток. Декрет меня избаловал, и обычно я не вставала раньше десяти-одиннадцати. Сквозь сон я опять стала чувствовать боли в пояснице, но просыпаться было лень, а боль была не сильной. «Наверное, это все мне снится», - думалось мне. Так и провалялась до двенадцати.

Итак, беременной мне осталось быть всего ничего. Не сказать, чтоб мне не терпелось родить, хотя определенные неудобства, особенно связанные с переполнением мочевого пузыря, начинали уже порядком надоедать.

Родов я, в принципе, не боялась. Просто об этом даже и не думалось как-то. Казалось, впереди еще столько времени, а там как-то уж будет. Мысли об этом всплывали лишь изредка, и в основном были вызваны рассматриванием детских вещичек. Думалось, что вот легко все накупить, собрать и перегладить, а самое сложное на пути встречи с доченькой еще впереди. Меня словно бы окутывало облачко легкой тревоги, которое, впрочем, рассеивалось так же быстро, как и приходило.