Языковая борьба: Русский язык как объект атаки либеральных глобалистов

Язык - это важнейшая часть самоидентификации народа и культуры. Те, кто терял язык, теряли свою историю и культуру, теряли себя. Растворялись и исчезали. Поэтому русский язык является одной из важнейших составляющих частей Русской цивилизации и Русского мира. Именно потому так яростно и атакуют его на Украине и в Прибалтике. Те, кто направляет действия марионеточных властей этих государств, прекрасно понимают важность языка. Депутат муниципального округа Гавань из Питера, член ПВО Вадим Викторович Рыбин понимает эту важность не менее наших геополитических противников. Его статья посвящена русскому языку и необходимости его сохранять как одному из условий сохранения нашего суверенитета.

1. Введение

Сегодня всё очевиднее становится, что без объединения Русского мира в новый союз нам не устоять под напором глобальных информационных, культурных, экономических, военных и политических угроз современности.

Главные скрепы народов русского мира сегодня:

- русский язык,

- культурное и духовное наследие России и СССР,

- общая история.

Создание таможенного союза, объединение Евразийского пространства- общепризнанная государственная задача России. Прекрасно понимая важность её решения, наши противники умело противодействуют нашим устремлениям. В том числе, пытаются переписать объединяющую нас историю и размыть скрепляющий нас русский язык.

Что же делается в России для защиты и развития русского языка? Увы, пока ничего.

2. Русское словообразование

…леность наша охотнее выражается на языке чужом, коего механические формы уже давно готовы и всем известны.

А.С.Пушкин

Как Вы, уважаемый читатель, отнеслись бы к прекращению русской рождаемости и восполнению населения за счёт приезжих иностранцев? Вопрос риторический.

Но ведь в нашем русском языке уже давно полным ходом идёт именно такой процесс. Русского словообразования нет. Наши слова выходят из употребления (гласный думы, земство, купец), замещаясь чужими. Жизнь постоянно меняется, новые явления и предметы требуют новых слов- но мы не создаём новых русских слов, мы принимаем иноязычные. Мы разбавляем наш язык словами-иммигрантами.

При царях словообразование, худо-бедно, происходило. Паровоз, пулемёт, золотник, самолёт, шестерня и другие понятия появились впервые не в России, но получили свои русские названия.

В СССР времён «застоя» вопрос русского словообразования был упущен. Ведомственные комиссии по терминологии весьма успешно создавали и внедряли новые термины, но увы, использование в них русских корнесловов не было даже рекомендовано. Большинство принятых в СССР терминов имели иноязычные корни, и в этом проявилось постепенное утрачивание культурной независимости СССР. Иностранное казалось советским людям лучше своего, родного.

Но упущение языковой политики в СССР блекнет по сравнению с тем катастрофическим отступлением, которое переживает русский язык сейчас под мощным напором хорошо организованной, тщательно продуманной и щедро оплаченной наступательной языковой политики англоязычных стран.

Русский язык сейчас- самый англифицированный из десяти наиболее распространенных в мире языков.

Например, буква W только в двух языках в мире называется «даблъю»- в русском и английском. Только русские называют латинский алфавит английским. Можно смело назвать англификацию русского языка закономерным в существующих условиях процессом.

Из всех СМИ потоками рекламы в наш язык внедряются новые и новые английские слова.

В транснациональных компаниях (ТНК) молодой «креативный класс» обязан использовать «корпоративную лексику», и даже «корпоративный жаргон», переполненный английскими корнесловами.

Уместно сравнение нынешнего англоязычного наступления на русский язык с наступлением немецкой армии в феврале 1918 года. Не в танках по полю, а в эшелонах по железной дороге, не встречая ни малейшей попытки организованного сопротивления.

3. Способы языковой борьбы

…и открывали борьбу против великой славянской державы, которая к середине XX столетия должна будет закончиться торжеством англосаксонской расы на всем земном шаре.

А.Е.Вандам, «Наше положение», 1912 г.

Многие полагают, что языковая борьба- выдумка сторонников теории заговора, что на самом деле языки свободно создаются и изменяются народами. Такое заблуждение не случайно.

Главный метод наступательной английской языковой политики, по мнению французских языковедов- скрытность, стремление усыпить бдительность противников и убедить их, что языковой борьбы нет. «Свободный рынок слов»- легенда, умело и старательно внедряемая в умы не только русских, но и других народов.

Ведётся ли против России борьба на культурном поле? Несомненно. Много написано и сказано о борьбе против нашей истории, против образования, против русских и советских традиций. Почему же язык должен, в отличие от остальных составных частей культуры, избежать нападков наших врагов?

Франция признаёт английскую языковую агрессию, и много лет ведёт как на государственном уровне, так и силами партий и общественных организаций оборонительную языковую политику против наступательной английской. Могут ли англоязычные страны бороться против одного лишь французского языка?

Как соотнести слова Вандама, что Финляндия с 1880х годов была политическим авангардом англосаксов против России, с идеальной чистотой финского языка от иноязычных заимствований? Ведь даже самые распространённые интернационализмы, такие как «телефон», «электричество» и «компьютер» в финском языке имеют свои, финские корни: puhelin, sähkö, teitokone. Разве финский язык мощнее русского и больше способен к сопротивлению?

Я предлагаю своё объяснение.

Больше всего рекламы в СМИ заказывают транснациональные корпорации. В рекламе в России и на Украине они запускают в обращение слово, например, «круиз-контроль»; в той же самой рекламе в Финляндии- «Vakionopeudensäädin», а в Эстонии- «Püsikiirusehoidja». Получилось, что заокеанские владельцы ТНК решили за русских, за финнов и эстонцев, кому какие слова применять. А если бы «рынок слов» действительно был свободным, скорее всего, все три языка приняли бы более короткое, логически понятное и наиболее распространённое в других языках слово «tempomat».

На этом примере видно, что утверждение, будто народ сам выбирает, каким словом назвать то или иное понятие- ложно. Выбирает тот, у кого деньги- и через СМИ принуждает нас использовать те слова, которые он для нас выбрал.

Слова, как 25-й кадр, незаметно воздействуют на наше подсознание.

В последние годы названия профессий теряют женский род. Он- директор, она- директор; он- продавец и она- продавец. С начала 1990-х годов учительницы стали учителями. И не случайно именно в это же время снизилась русская рождаемость. Подсознательно наши жены стали мужественнее, они хотят работать, а не рожать. А французы не сдаются, у них он- directeur, oна- directrice; он- vendeur, она- vendeuse, и т.д. - у женщины всегда остается женское окончание -е.

Значение языковой борьбы прекрасно понимали и организаторы Октябрьской революции, настойчиво и последовательно проводя языковую реформу сразу после захвата власти- в 1917- 1918 годах. Церковнославянский язык, обязательный и второй по значимости предмет в дореволюционных школах, был не только связующим звеном разных наречий русского языка (малорусского, белорусского и других), но и средством общения православных славян, в том числе балканских - традиционной сферы влияния Российской империи. Большевики церковнославянский язык запретили, а великорусский язык отдалили от церковнославянского, ослабив межславянские связи и способствуя дроблению русского народа на части. Человек думает на родном ему языке, и изменив в приказном порядке язык, большевики заставили русских думать по-новому, раскололи народное самосознание.

Кстати, против размывания русского языка большевистская языковая реформа вовсе не была направлена. Напротив, именно в период «мировой революции», как зачастую называлась Октябрьская революция до 1936 года, русский язык «обогатился» множеством иноязычных слов- как «коллективизация», «экспроприация» и т.п. - призванных смутить русский ум.

Смута- она и в мыслях, и в языке смута.

4. Язык - оружие господства

Народ, не имеющий национального самосознания - есть навоз, на котором произрастают другие народы.

П.А.Столыпин

Заменгоф, создавая язык Эсперанто, главной своей целью полагал равенство всех народов мира перед единым международным языком. Эта идея равенства соответствует нашей русской идее справедливости, и традиционной русской языковой политике.

Так , в православной, русской зоне колонизации, бережно сохранялись языки, обычаи и верования коренных народов. Как до революции, так и в СССР, на десятках языков наших народов издавались книги, газеты и журналы, и велось преподавание в школах.

В противоположность нам, в восточной Германии только географические названия напоминают о том, что когда-то здесь жили славяне. Ничего похожего на славянский диалект тут не осталось и в помине. В латинской Америке также безраздельно господствует язык колонизаторов- испанский. В северной Америке, в зоне английской колонизации, от языков коренных жителей тоже не осталось и следа.

Англия на протяжении последних столетий стремились к мировому господству. Но до триумфа 1945-го года англосаксы были вынуждены скрывать свои амбиции и держать свой язык «в тени», потому что действовали они традиционными английскими методами- скрытно и чужими руками. И только после создания Бреттон- Вудской колониальной системы, после Хиросимы и Нагасаки, английский язык, вслед за долларом США, начинает открыто занимать свое господствующее положение в мире, вместе с американской поп- культурой и международными корпорациями англо- американского происхождения.

Имперская мощь США основывается исключительно на материальных факторах- военном, финансовом и научном господстве, на контроле мировых энергетических и денежных потоков. Но материальное господство в мире позволяет США контролировать также и нематериальные факторы в других странах- историю и культуру, включая и языковую среду. Таким образом, английский язык в мировой языковой системе играет роль, схожую с ролью доллара в мировой денежной системе.

Таблица 1

Языковая борьба: Русский язык как объект атаки либеральных глобалистов

При этом англоязычные страны, аналогично выгоде от роли доллара как мировой валюты, извлекают прямую материальную выгоду от роли английского языка как международного. Во- первых, все затраты на переводы с английского языка и на него ложатся на другие страны. Во- вторых, обучение английскому превратилось давно в целую отрасль экономик США и Великобритании.

Языковую политику англосаксов можно разделить на пять основных направлений:

- завоевание и поддержание господства английского языка во всех частях света;

- эрозия языков- конкурентов,

- разрушение связей между родственными языками крупнейших языковых групп;

- поддержка языков стран- союзников;

- поддержание у обывателей иллюзии «свободного мирового рынка» языков, и отрицание понятия «языковая борьба».

Сейчас главным соперником (см. табл. 1) английского языка в мире является испанский.

Эсперанто после 1945 года стал мешать глобалистским устремлениям англоязычных стран и начал терять популярность, а после 1991 года и вовсе пришёл в упадок.

Китайский, хотя и является родным языком для наибольшего числа людей на планете, в счет можно не брать, поскольку он пока малопригоден для изучения иностранцами.

Испанский- как раз наоборот, легко изучаем, и в этом его главное преимущество. Прочтение слов в испанском однозначно- как в финском. После малейшей подготовки, испанским могут пользоваться носители родных ему языков романской группы- более 700 миллионов человек, что значительно превосходит даже вместе взятых носителей языков англо- германской группы (менее 600 миллионов). Сходство с латынью также добавляет привлекательности испанскому. Кроме того, антипатии к испанцам гораздо меньшая, чем к англичанам и американцам.

Из перечисленных четырех достоинств испанского легко ослабить можно только одно- семейственность. И успехи «невидимой руки» англосаксов здесь налицо. Изучение языков романской группы в школах повсеместно сократилось. Если раньше, например, итальянец в Париже традиционно спрашивал по-итальянски и получал ответ по-французски, то в последние годы все чаще и чаще диалог происходит по-английски.

Эрозия языков романской группы- то есть введение в повседневный обиход английских слов и выражений- идет весьма активно и уступает только размыванию славянских языков.

А эрозия языка- признак культурной деградации нации, утверждает Бернар Кассен.

5. География языковой борьбы

«они (англосаксы- В.Р.) неустанной работой мозга развивают в себе способность на огромное расстояние во времени и пространстве видеть и почти осязать то, что людям с ленивым умом и слабым воображением кажется пустой фантазией».

А.Е.Вандам «Наше положение», 1912 год

По утверждению Бернара Кассена, основателя организации АТТАК (1) и генерального директора французской газеты «Дипломатический мир», «невидимая рука» англосаксов проводит свою наступательную языковую политику посредством различных «независимых» финансовых институтов. По его утверждению, точно установлено, что США поддерживают следующие языки: финский, эстонский, венгерский, чешский и иврит. Подчеркиваю, что это- утверждение не русского, а французского дипломата, хотя явно видна антирусская направленность такой поддержки языков стран- лимитрофов. Если взглянуть на карту и сравнить этот перечень с планом Палмерстона (напомню, его выполнение было целью Англии в Крымской войне 1854-55 годов), мы увидим, что недостает еще поддержки латышского и литовского языков, и отдаление украинского языка от русского. Конечно, никакого исследования для подтверждения или опровержения такой поддержки не проводилось. Однако по твердой языковой политике Латвии и по наличию литовского и латышского словообразования можно полагать, что такая поддержка есть. А по мнению людей, выросших на Украине до перестройки и посещавших её в последние годы, украинский язык «обогатился» множеством вновь придуманных слов, непохожих на великорусские и заменивших слова, общепринятые до перестройки.

Имена собственные, в том числе географические названия- тоже слова определённого языка. Одни и те же объекты на разных языках называются по- разному. Например, Мюнхен: по-французски- Мюник, по-итальянски- Монако. Мы не называем Рим Ромой лишь потому, что так его называют сами римляне. Почему же мы переименовали в нашем русском языке города и реки только из-за политических изменений? Почему река в России называется Двиной, а в Латвии становится Дауговой? Она ведь не становится другой рекой после пересечения границы, как Иван, приехав в Англию, не становится Джоном. Почему после перестройки Башкирия стала Башкортостаном, хотя Эстония не стала Ээстимаа? На мой взгляд, потому, что Эстония уже отлегла от России, а Башкирия ещё только в планах- поэтому нас подсознательно к этому готовят. Когда готовили отложение Латвии, Двину разделили на две реки- Двину и Даугаву. От каких земель мы ещё готовы отказаться? Следите за изменением географических названий.

Например, Землю Императора Николая Второго, переименованную в 1926 году постановлением ВЦИК в Таймырский архипелаг, с 1930 года без известных нам юридических оснований стали именовать Северной Землёй. Это космополитичное название не показывает принадлежности архипелага России. Не случайно это случилось именно в 1930м году. После визита в США, до сих пор засекреченного, пяти большевистских вождей во главе с Литвиновым в 1929 году - по данным Натальи Нарочницкой, принимающая сторона осталась «вполне удовлетворена» итогами визита- советская политика начинает поворот в сторону космополитичного троцкизма, всё русское подвергается новым нападкам и преследованию.

6. Ответы на возражения

Призрачна и непрочна любая сила, любая мощь, если она не основывается на твердом фундаменте духовного единства.

митр. Иоанн Снычёв, «Самодержавие духа»

Существует мнение, что эрозия языка вовсе не вредна для народа. Так, русский язык с петровских времен заимствовал слова из европейских языков. Именно в это период «эрозии» языка мы добились взлета культуры и науки.

На это возражение ответ такой: цыплят по осени считают. Русский язык впитал иноязычных слов больше, чем другие языки- и именно у нас, благодаря этой эрозии языка и как следствие размыванию народного самосознания, победили идеи интернационализма. Итог- человеческие жертвы в нашей стране в 20-м веке многократно больше, чем в других странах. Причем самые тяжелые потери понес именно культурный русский слой- тот самый, который внедрял иноязычные слова в наш язык, и превозносил всё чужестранное.

Этими огромными потерями как старого русского культурного слоя в 1917- 1934 годах, так и новой интеллигенции в ходе горбачевской «утечки мозгов», можно объяснить нашу сегодняшнюю неспособность сделать выводы из истории и избегать повторения ошибок предков. Мы снова не предпринимаем никаких организованных попыток защитить ни свой родной язык, ни свою славянскую языковую группу. Уместно сравнить наш язык с флюгером. То у нас «лозунг»- по-немецки, то «девиз»- по-французски,то теперь «слоган»- по-английски.

И если «считать цыплят» сейчас, то мы увидим, что и культура, и наука России, увы, в упадке.

Глобалисты считают, что любое объединение, в том числе и языковое, несёт в себе мир и благоденствие. Поэтому один язык на весь мир- вовсе не плохо, равно как и единое мировое государство.

Однако, для природы свойственно многообразие видов, сосуществующих в постоянной борьбе. Единое мировое государство, единая культура, единый язык, устранив постоянное соперничество, устранит и стремление к совершенству, приведёт к деградации и упадку культуры- таков аргумент сторонников многообразия народов и стран, иначе именуемых националистами.

Представьте себе, что в годы Великой отечественной войны Сталин именовался бы по-русски «фюрером советского фолька».

А ведь в наше время даже те русские политики, которые признают зависимость России от внешних сил, призывают сограждан бороться за суверенитет России под руководством национального лидера. По их мнению, иноязычные слова понятнее людям. И тот факт, что перенимая слова своего противника, они тем самым потакают ему в культурном подчинении России- ничуть их не смущает. Возникает вопрос- а за какой суверенитет они предлагают бороться? За экономический суверенитет при духовном и культурном подчинении?

Тогда эти борцы должны предать анафеме Александра Невского, поступившего наоборот. Святой благоверный князь добровольно сдал татарам экономический и политический суверенитет, ради сохранения русской духовной и культурной независимости от Европы.

Некоторые повторяют: «а что мы можем, мы же ничего не можем»; «гражданская инициатива русских, как и русское национальное достоинство, подавлены большевиками еще в 1917- 1934 годах».

Но есть пример Франции, где язык находится под защитой как государства- в лице французского института, решения которого имеют статус закона; так и общества- в лице некоммерческих общественных организаций. Одна из таких НКО вручила за последние 10 лет «Приз английской подстилки» двум министрам Французской республики и многим должностным лицам за потакание английскому языку. Сама риторика французских СМИ: «гегемония англосаксов», «невидимая рука США», «французское национальное достоинство», «стремление англосаксов к мировому господству под видом защиты свободы и демократии»- не вызывает ни улыбки, ни раздражения у их аудитории.

Согласен, что авторитет Франции в последнее время сильно пострадал. Но это не значит, что мы не должны брать пример с французов в том, в чём они сильны. Как не стоит брать пример с алеутов в хлебопашестве, но вполне уместно поучиться у них охоте на тюленей.

Не в русском обычае прекращать борьбу после поражения. Как говорил Суворов, «и один в поле- воин, коль по-русски скроен». И Родину защищают не только с оружием в руках. Язык- тоже часть нашей Родины, причём более важная, чем земля. Язык- дух народа. Исчезнет, размоется язык- и дух из народа вон. Вначале ведь было слово.

Заключение

Поражение - не фатально, победа - не вечна, главное - решимость продолжать борьбу.

Уинстон Черчилль.

Создание партизанского отряда не остановит вражеского наступления вглубь страны, но никто не отрицает значимости партизанской борьбы для защиты Родины.

Использование даже небольшим числом людей русских слов там, где использование иноязычных слов уже становится привычным , выполнит сегодня ту же роль, что и уход в партизаны в 1941 году. Покажет окружающим, что сопротивление иностранному культурному натиску возможно. Да хотя бы и просто обратит внимание окружающих на поражение русского языка, и побудит людей задуматься.

И не нужно считать размывание нашего языка каким- то абстрактным, мало касающимся нас явлением. Эрозия языка- составная часть размывания народного самосознания. Она нужна нашим соперникам для превращения России в аграрно-сырьевой придаток, а нас самих- в покорных слуг господствующей нации.

Поэтому не только русские патриоты, но и безыдейные прагматичные граждане всех народов России заинтересованы в защите русского языка, русского самосознания, русского достоинства.

Конечно, самый действенный способ защитить язык- это государственная языковая политика, «разнородными силами, по единому плану и под единым командованием».

Но пока наше правительство не возглавило защиту русского языка, патриотические партии и общественные объединения могут и должны не упускать языковую борьбу из вида, а включить языковые вопросы в свои программы. Даже узкоспециальные объединения граждан, предприятия и организации, вполне способны проводить собственную языковую политику в части касающейся. Например, смело создавать новые термины и обнародовать их. В документах отдавать предпочтение русским словам, можно создать таблицы соответствия русских и иностранных слов.

Россия была повержена в 1917 году потому, что не видела борьбы там, где борьба против неё велась.

СССР проиграл холодную войну по той же причине.

Мы крепим экономику и военную оборону, упуская из виду оборону духовную и культурную.

Мы вешаем третий замок на кованую дверь, когда наши окна защищены лишь занавесками.

Мы не должны повторять свои ошибки.

Сейчас начинать борьбу за объединение русского мира с повторения дважды за сто лет совершённой, притом роковой ошибки- непростительно.

В.В.Рыбин.

http://nstarikov.ru/blog/47953

Борьба с режимом.

Похожие записи