Вчера сильно испугалась: малыш был намного менее активный, чем всегда. Шевелился вяло, за час насчитала 10 движений, а обычно за 15-20 минут. Позавтракала, пообедала, съела шоколадку — двигается слабо и мало. Решили идти в госпиталь, тот самый, в котором мне предстоит рожать.
Роддом Рамон Гонсалес Коро. Перед госпиталем припаркован ВАЗ с эмблемой СССР)
В приёмном была всего одна девушка, да и она, кажется, кого-то ждала, потому что ушла раньше. Ещё одну мы пропустили вперёд — было подозрение на внематочную (в итоге её оперировали, наверное, внематочная и была). Прождали почти два часа. За это время малыш уже начал хорошо активничать, но мы решили остаться и убедиться, что всё хорошо.
Когда подошла очередь, сначала доктор не хотела меня принимать, потому что не признала во мне беременную. Посмотрела и говорит: жди, сначала примем беременных. Я даже растерялась, как бы 7 месяцев не спрячешь вроде. Потом говорила, что без «карнé» (кубинское удостоверение личности) не может принять иностранку. В итоге я показала своё «удостоверение беременной», и она меня сразу приняла. Мужа попросили ждать в приёмном.
На приёме доктор мне сказала, что учила русский язык, и даже произнесла несколько фраз по русски: «меня зовут Мариэль», «я не говорю по-русски», «я немного говорю по-русски»))) А медсестра, узнав, что я русская, попросила меня не называть дочь «Апагония». Это такая шутка: одна русская девушка-блогер на Кубе недавно пошутила в интервью, что назвала дочь Апагония (от «апагон» — отключение света). Кстати, рожала она как раз в этом госпитале, и все об этом теперь говорят. Я её заверила, что у меня сын и мы его «Апагоном» не назовём.
Мне сделали УЗИ и послушали сердечко малыша доплером, все хорошо. Но на всякий случай попросили слопать что-то сладенькое и вернуться на КТГ. Правда, аппарат КТГ в приёмном не работал…
Поела сладкого, посидела и меня отправили в отделение. А показалось, что в мединститут: мамочка моя, там одни интерны, кажется, были!
Персонала много, все на вид очень молодые. Меня приняли двое, парень и девушка. Друг с другом консультировались, как правильно делать. Но иногда приходила доктор чуть постарше, она явно всё отлично знала, помогала им и направляла.
Все прошло хорошо, пока делали мою первую в жизни КТГ, ребята развлекали меня разговорами. Девушка рассказала, что мечтает приехать в Сочи и прыгнуть с тарзанки, как это называется? Когда за ноги привязывают и толкают в пропасть? В общем, туда. Когда я спросила, как они поняли, что я русская, парень сказал: высокая, очень белокожая, блондинка, значит, русская. Ну ок.
Рада, что посмотрела госпиталь изнутри. Не то чтоб там было как-то особенно люксово (совсем нет), но ощущение заботы и внимания абсолютное. Лежала в маленькой палате на три кровати. Тесно, конечно, кровати огромные, медицинские. Жаль, меня попросили оставить телефон мужу, а то поснимала бы. Пока ждали в приёмном, видели, как туда-сюда бегают люди с вёдрами, вентиляторами и мини-холодильниками: это минимальный набор для пребывания в роддоме.
Результаты КТГ хорошие, сегодня малыш активен как обычно.
Приёмное отделение скорой помощи. Муж поснимал в госпитале, знал, что захочется написать.
Большой госпиталь. Меня отправили на третий этаж: там родовой и предродовой залы, операционные, отделение здоровья матери и плода и банк крови.
Утром позвонила доктор, попросила зайти в консульторио (на прошлой неделе я пропустила приём). Там тоже все ок, кроме веса, прибавки ноль, даже минус небольшой. Попросила меня есть побольше, ну мы сразу после приёма побежали на рынок.
Буду набирать вес, поглощая манго килограммами. Рынок им заполнен. Купили около 12 кг за 260 рублей.
Ещё есть арбузы, но их мы купили всего однажды и больше не захотели.
«Авена эн охуелас». Не спешите осуждать, «охуелас» — значит хлопья. Овсяные. Да ещё и с шоколадом.