Сегодня старшие дети отправились на целый день к бабушке. А это значит, что:
- я могу отоспаться, потому что Аня по-прежнему спит довольно долго. И мне не нужно, едва она уснула, бежать пить чай из игрушечной посуды в домике из одеял с Тимофеем или играть в домино, или читать сказку,
- я могу сколько угодно целовать Аню в щечки, в пяточки, в животик, много разговаривать с ней, говорить ей, что она сладкая, очень любимая, гладить ее всю-всю. В остальное время я стараюсь следить за тем, что говорю. На одно поглаживание Ани – как минимум по одному поглаживанию Тимофея и Сашки, особенно Тимки. Все время проговаривается, какие любимые старшие дети, какие они хорошие братики и т.д.
Братья активно играют с Аней. Тимка по-прежнему интенсивно гладит ее голову. Гриша говорит, что годам к пяти она не сможет уснуть без того, чтобы ей с усилием не терли макушку. Кстати, на макушке у нее вырос клок волос, подозреваю, что для банта.
Сегодня была свидетелем такой сцены. Тимка смотрит телевизор, где идет реклама, кажется, детского питания с упитанным малышом. Тимка пристально смотрит, затем говорит скандально телевизору: «Наша девочка лучше!» и выключает его в знак протеста.
Сашка, по-моему, несколько переоценивает уровень Аниного развития. Например, он рассказывает мне: «Мам, она заплакала, пока ты была в ванной. Я дал ей мишку, она опять плачет. Я подвинул его поближе, думаю, наверное, плохо видит, она стала меньше плакать. Потом она опять заплакала, и я понял, что она хочет трогать его пальчиками». Не разубеждаю его.
У нас на полке лежат игрушки для первых месяцев. Иногда я беру одну из них, чтобы погреметь перед Аней или просто показать ей яркое пятно. А мальчишки, если я прошу их поиграть с ней, делают следующее. Все игрушки перекочевывают в кроватку Ани, причем среди малышовых игрушек нередко оказываются машинки и пистолеты. И зверски трясут перед ней игрушками, и впихивают их ей в ручки. Недавно слышу из комнаты голоса Тимки и Сашки: «Опа! Ай, молодца! Дай пять, Курочка!». Понимаю – братья играют с малышкой.
Аня стала пытаться поднимать головку, лежа на животике. Вообще, меня удивляет, что она иногда спит на животе. Особенно практикую это, когда вижу, что она хочет спать, но при попытке положить ее в кроватку пугает себя ручками. Вот тогда я укладываю ее на живот, и она может часа полтора так проспать. Недавно она сама в этом положении повернула голову из одной стороны в другую. А еще я обнаружила, что если она засыпает, но будит себя сама кряхтением и ручками, помогает поглаживание по головке. Видимо, она расслабляется и успокаивается от него.
Сейчас она похожа на Гришу. Так интересно – девичий вариант моего мужа. Гриша говорит, что она – скрипучая дверь. Она, действительно, скрипит и кряхтит, как несмазанная телега. Ну, или дверь.
Самое беспокойное время суток – с двух-трех часов ночи до шести утра. Может кряхтеть, часто просыпается, примерно, каждый час, иногда плачет. Несколько раз болел животик.
Вообще, невероятно сладкая. Наслаждаюсь ею. Вычитала недавно фразу в дневнике 
Юлка Алилу, которая резанула мой находящийся под воздействием гормонов мозг и вспоминается очень часто: «Ты никогда не будешь такой маленькой, как сейчас». Да, это время, эти первые месяцы – они очень непростые, полные страхов и тревоги. Потом будет проще. Уйдут колики, дети будут держать головку, смогут переворачиваться, сидеть, ходить…Но, во-первых, на смену этим проблемам придут другие, свойственные другому возрасту. А во-вторых, действительно, такими маленькими наши детки уже не будут никогда.
так трогательно)
