Спустя три месяца

За три месяца я не сделала ни одной записи на ББ. Архангельский, ну, что ж ты подводишь! Ты же заставил меня поверить во время чтения своих «Тайм драйвов», что теперь я буду все успевать. Увы… Да нет, конечно, что-то я успеваю. И даже немало. Много работаю (несколько моих работ занимают большую часть моего времени), что-то готовлю, как-то стираю и эпизодически убираю квартиру. Но вот писать не получается. Отношения с ББ в последнее время – как с хорошими людьми из додекретной жизни: и люди симпатичные, и увидеться бы здорово, да только все некогда-некогда…

В прошлый раз я писала об айкидо. Так случилось, что после пары занятий тренер предложил подождать, пока Тимофей подрастет. Решили, что лучше привести его хотя бы после Нового года. А вот Сашка там прижился. И нравится ему там, и получается у него. События не форсировали, все ждали его решения: будет ходить, не будет. Но вот уже купили форму, уже были какие-то соревнования. В общем, ходит.

Сашка сложный. С задатками лидера и нежеланием трудиться. В школе его тянет к «плохим» мальчикам, дома – частое вранье, взгляд исподлобья. Мне, отличнице и беспроблемной девочке, все это странно и дико. Не дурак, совсем не дурак, все схватывает налету, только схватывать ничего не хочет. Урокам уделяет минимум внимания. Улица-улица-телефонные разговоры и скайп с друганами, с которыми только что расстался. Вот все, чем он живет. В школе убеждают, что это нормально, что это – младший подростковый возраст, когда друзья – авторитет, когда родители – отстой, но очень должны стать друзьями. Верю, думаю, что правы учителя и психологи… Сложно. На своей шкуре чувствую пословицу «Маленькие детки – маленькие бедки…». Но, надеюсь, справимся.

Тимофей, наконец, стабильно и даже не без удовольствия ходит в детский сад. Тимка как-то подрос, очень поправился и из очаровашки превратился в упитанного хрюнделя со скверным характером. Он весь – в ожидании Дня рождения, который будет через пару дней. По этому поводу в следующие выходные собираем гостей. Хотела подготовиь вместе с детьми кукольный спектакль для гостей, но, увы, нет времени.

Очень уважает Тимофей сейчас ролевые игры. Они увлеченно играют с Гришей по вечерам. Собственно, игра одна – бандит и полицейский. Различаются вариации. Аня у них – массовка. То она – дальнобойщик Леха, то официантка Люся, то просто Лялик, которого нагоняют (понятно кто нагоняет) и валят с ног.

В саду у Тимки появилась первая симпатия. Зовут Даша. Тимка заявил недавно, что целовался с ней.

- Она подошла ко мне, посмотрела вот так, прямо в глаза и поцеловала. Мне понравилось.

Через несколько дней я напомнила Тимке о необходимости утренней чистки зубов.

- А то вдруг Даша тебя поцелует.

- Нет, она в некоторые дни меня целует, а в другие – Антона. Сегодня Антона очередь.

Понятно. Значит, сегодня Антон чистит зубы утром.

Анечка стала совсем большая. Я настолько привыкла к ней, что уже не удивляюсь каждый день своему счастью. Она просто стала частью детворы. Нет, ну, конечно, я ею любуюсь. Ведь у нее есть настоящая талия. И кудряшки.

Долго и мучительно резались четверки. Уже прорезались и стало спокойнее. Ест неважно. Зато здорово орудует своей маленькой ложечкой. Довольно сносно ест кашу, любит гречневую. В последнее время забила на творог, выкидываю очередную недоеденную баночку «Агуши». Зато выбрала сегодня всю морковку из тушеной курицы, на радость мальчишкам – они-то эту морковку терпеть не могут. Обожает сладкое – шоколад, конфеты. Прямо трясется вся и истерит, если увидит, попробуй не дай. По-прежнему на груди.

До сих пор не определилась, сколько же дневных сна ей нужно. И спит то два, то один раз в день.

Горшок не признает. Но уже стала осознавать, что мокрая. И смотрит в такие моменты на меня укоризненно: мол, что ж ты, мать, не углядела!

Говорит отдельные слова: мама, папа, Тата (это и Саша, и Тима), бах, кис. Но в основном активно машет головой. Вообще, удивительно, как много можно выразить без единого слова. Когда она пытается что-то попросить или заставить сделать, она так эмоционально на своем тарабарском лепечет, что не понять просто невозможно.

Мы, наконец, подали документы на получение земли (обещали в течение двух лет) и на загранпаспорта детям. С этими загранпаспортами меня простимулировал Тимка. Мы как-то разговаривали о верблюдах: где живут, что едят. Я рассказала, что живут они в пустыне. Тимофей спрашивал, поедем ли мы к ним. Я сказала, что, конечно же, поедем, но нам еще надо сделать загранпаспорта. А вечером Сашка сообщил мне, что Тимка, как о чем-то давно решенном, сказал ему, что скоро мы поедем в пустыню. Ну как тут не поторопишься с паспортами?