В еврейской традиции есть семь дней траура по умершим близким родственникам. 
Семь дней дети, родители или супруги сидят дома и принимают людей, которые приходят выразить свои соболезнования. Семь дней они не остаются одни, и семь дней они вспоминают ушедшего, говорят о нем – и говорят о себе и о своей боли. Это тяжело физически, но позволяет выговориться и освободиться. На седьмой день «встают» и едут на кладбище, идут в синагогу, собирают поминальную трапезу...
В четверг будет седьмой день траура по отцу Артура и Ромы, моему свекру.
Гавриэль бен Эмануэль, Григорий Эманиулович, Гриша... Весельчак и балагур, любитель хорошо поесть, в меру выпить и потанцевать – непременно с молодыми и красивыми женщинами. У него в жизни было две больших любви – его жена Мила и гитара. Талантливый самоучка с красивым и сильным голосом, он обожал цыганские романсы. А какие стихи он посвящал Миле! Они были непременным атрибутом любого праздничного застолья в ее честь, и глаза присутствующих женщин неизменно увлажнялись, когда Гриша читал очередную оду своей жене.
Он так и не узнал о смерти Милы. Он даже не знал, что у него родилась пятая внучка, которой скоро будет четыре года.
Болезнь не щадит никого. Болезнь Альцгеймера убивает душу человека, его личность намного быстрее, чем убивает его тело. С ней можно пытаться бороться, но ее нельзя победить – во всяком случае, не сейчас. Последние шесть лет он жил в специализированном доме престарелых. Последние четыре года он никого не узнавал. Три года он не ходил (вначале его еще водили под руки, потом совсем разучился). Два года практически уже не говорил. Год как ему вставили трубку для питания прямо в желудок (он разучился есть и постоянно захлебывался пищей, что приводило к воспалению легких)... И все эти годы Артур и Рома навещали его ежедневно. Половину рабочих дней – один, половину – другой, в выходные – оба. Когда попадал в больницу – дважды, а то и трижды в день. Пока Мила могла. она ездила с каждым из них. Поначалу возили домашнюю еду и кормили с ложечки, потом возили к нему массажиста и зубного врача, потом уже просто навещали. И видели, как изо дня в день это тело, беспомощно лежащее на кровати, всё меньше и меньше напоминает их отца...
Его смерть стала освобождением и для него, и для близких.
Помолитесь за его душу, пожалуйста!
Семь дней дети, родители или супруги сидят дома и принимают людей, которые приходят выразить свои соболезнования. Семь дней они не остаются одни, и семь дней они вспоминают ушедшего, говорят о нем – и говорят о себе и о своей боли. Это тяжело физически, но позволяет выговориться и освободиться. На седьмой день «встают» и едут на кладбище, идут в синагогу, собирают поминальную трапезу...
В четверг будет седьмой день траура по отцу Артура и Ромы, моему свекру.
Гавриэль бен Эмануэль, Григорий Эманиулович, Гриша... Весельчак и балагур, любитель хорошо поесть, в меру выпить и потанцевать – непременно с молодыми и красивыми женщинами. У него в жизни было две больших любви – его жена Мила и гитара. Талантливый самоучка с красивым и сильным голосом, он обожал цыганские романсы. А какие стихи он посвящал Миле! Они были непременным атрибутом любого праздничного застолья в ее честь, и глаза присутствующих женщин неизменно увлажнялись, когда Гриша читал очередную оду своей жене.
Он так и не узнал о смерти Милы. Он даже не знал, что у него родилась пятая внучка, которой скоро будет четыре года.
Болезнь не щадит никого. Болезнь Альцгеймера убивает душу человека, его личность намного быстрее, чем убивает его тело. С ней можно пытаться бороться, но ее нельзя победить – во всяком случае, не сейчас. Последние шесть лет он жил в специализированном доме престарелых. Последние четыре года он никого не узнавал. Три года он не ходил (вначале его еще водили под руки, потом совсем разучился). Два года практически уже не говорил. Год как ему вставили трубку для питания прямо в желудок (он разучился есть и постоянно захлебывался пищей, что приводило к воспалению легких)... И все эти годы Артур и Рома навещали его ежедневно. Половину рабочих дней – один, половину – другой, в выходные – оба. Когда попадал в больницу – дважды, а то и трижды в день. Пока Мила могла. она ездила с каждым из них. Поначалу возили домашнюю еду и кормили с ложечки, потом возили к нему массажиста и зубного врача, потом уже просто навещали. И видели, как изо дня в день это тело, беспомощно лежащее на кровати, всё меньше и меньше напоминает их отца...
Его смерть стала освобождением и для него, и для близких.
Помолитесь за его душу, пожалуйста!
