"Бесы". Ф.Достоевский
Действие романа происходит в 19 веке, и не удивительно, что в стиле автора сильно
ощущается влияние Бориса Акунина. Но что подкупает: буквально в первом
предложении Достоевский признается, что в искусстве прозы он пока еще новичок:
«Приступая к описанию событий ... я принужден по неумению моему начать несколько издалека».
Такая открытая позиция не позволяет рассуждать, достигнет ли когда-нибудь Достоевский высот Дмитрия Быкова, Сергея Минаева, Татьяны Толстой, Максима Кантора, Романа Сенчина, Павла Санаева,Владимира Сорокина, двух Поповых, Дины Улицкой, Дарьи Устиновой и других наших
золотых перьеристов. Рука не поднимается делать столь некорректные сравнения.
Ну, вы меня понимаете.
В целом, для новичка роман весьма крепкий, хотя неопытность порой проступает невооруженным глазом. Вот, например: повествование, как вы уже заметили из первого предложения, ведется от 1-го лица. Ты читаешь и думаешь, что так оно и будет весь роман. Но нет: внезапно проступают сцены, где рассказчик не может присутствовать по сюжетным соображениям. Спрашивается: как он мог узнать, о чем без свидетелей говорили Ставрогин и Шатов (это такие персонажи, о которых позже)? Ответ может быть только один: никак. А дальше снова включается 1-е лицо - как ни в чем ни бывало. Жаль, что не нашлось рядом опытного редактора, который бы сказал автору: «Фёдор (это имя Достоевского)! Так романы не пишут!». Или верней: «Фёдор! Романы пишутсяне так!».
Теперь о действии. Начинает Достоевский, действительно, издалека. Он долго рассказывает о Степане Трофимовиче и Варваре Петровне - это такие люди из небольшого губернского города
(областного центра по нашему). Лет им где-то под пятьдесят. Варвара Петровна - одна из богатейших и авторитетных помещиц губернии, Степан Трофимович - местный либеральный властитель дум, по молодости слегка блестнувший в Петербурге и потому считающий себя опасным для властей вольнодумцем. На самом деле власти его не опасаются, но имидж у Степана Трофимовича в городе именно такой - вокруг него собираются местные либералы и они там чего-то там обсуждают, а иногда, расхрабрившись и «Марсельезу» поют.
Варвара Петровна снабжает Степана Трофимовича деньгами и вообще гордится им, хотя сразу возникает подозрение, что она в него влюблена, но поскольку она вдова генерала и богачка, а Степан наш Трофимович с предложением к ней не подкатывает, то и живут они просто друзьями.
Интересный вопрос, как они 20 лет обходятся без секса. Причем, Достоевский сразу настаивает, что между этими двумя ничего такого нет, а других кандидатов в интимные партнёры, в романе не
обозначено. Думаю, тут Достоевский тонко уловил тенденции в романах 19 века эту тему вообще не поднимать. Вот, например, в «Таинственном острове» Жюля Верна три здоровых мужчины и юноша, который, по идее, должен быть вообще гиперсексуален, ибо возраст такой, за четыре года на острове ни разу не выразились в смысле «Бабу бы!», и все плотские мечты там сводятся к тому, что заядлый курильщик Пенкроф хочет табака. В остальном: «Нам женщин не надо, работу давай!» - лишь бы целыми днями вкалывать под руководством всезнайки Сайруса Смита.
Так и в «Бесах» вопрос воздержания обходится стороной, как и положено в 19 веке. Словом, стилизацией Достоевский владеет неплохо, и можно предположить, что он достаточно подробно изучил Россию второй половины 19 века - как бытовые реалии, так и психологию обывателей.
Каких-либо фактических ляпов несоответствия техническому уровню того времени я не заметил. За работу с матчастью Достоевскому, на мой взгляд, можно поставить твердую пятерку, хотя, порой, автор, на мой взгляд, заигрывается, словно забывая, что он пишет для наших современников, а не для людей 19 века. Например, концовка: один из героев вешается, и врачи при вскрытии решительно отвергли помешательство, как причину самоубийства. Может, в 19 веке люди и
верили в то, что сумасшедшие мозги чем-то внешне отличаются от адекватных, но сейчас-то это звучит странно. Вспоминаются, слова архиепископа Симферопольского Луки, который по профессии был врач: ему говорили: «Вот Гагарин в космос летал, а Бога не видел», на что он отвечал: «Я много раз проводил трепанацию черепа и ни разу не обнаружил ума». Так и здесь: для того, чтобы по мозгам понять, что человек сошел с ума, необходимо увидеть в них ум, нет?
Возвращаясь к Степану Трофимовичу и Варваре Петровне, стоит сказать, что отсутствие между ними тайной связи сюжетно и психологически оправдано: они выступают такими старомодными, но милыми и обаятельными романтиками-чудаками, каких разве что у Чехова сыщешь, и уже перед
самой смерти Степан Трофимович признается Варваре Петровне, что любит ее и любил все эти 20 лет. Это, на самом деле, очень даже трогательно.
У Варвары Петровны и Степана Трофимовича есть сыновья (у каждого свой) - Николай и Петр. Они и осуществляют основные действия. У Николая фамилия - Ставрогин (как у Варвары Петровны), у
Петра - Верховенский (как у Степана Трофимовича).
Петр Верховенский - революционер, он приехал из-за границы, и Степан Трофимович его поначалу не узнал (они давно не виделись). Петруша создает в городке революционную пятерку и мечтает о революции, хотя его политическая программа, честно говоря, не впечатляет - это какая-то сказка из русского фольклора. Сомневаюсь, что у тогдашних революционеров были такие программы.
Николай Ставрогин - вот загадочное лицо. Он - красавец, силач, умник и все такое, и все почему-то с ним носятся. Понятно, Варвара Петровна ждет, что он женится на какой-нибудь аристократке в Петербурге - мать и есть мать. Но и остальные тоже. Петр Верховенский ждет, что в нужный час Ставрогин возглавит революцию, Шатов ждет от него какой-то правды. Все девицы в него влюблены. И так далее.
К слову, Шатов - бывший крепостной Ставрогиных, получивший свободу по реформе 1861 года, и тоже побывавший революционером. Во всяком случае, с Петром Верховенским они знакомы еще по
загранице.
Но Ставрогин не оправдывает ничьих надежд: он пресыщенный человек, и сюжетным символом его пресыщенности является то обстоятельство, что в Петербурге он женится на нищей хромоножке - просто так из скуки. Потом он ее определяет в пансион, где она живет на всем готовом, но брат хромоножки капитан Лебядкин (очень смешной, кстати, персонаж) извлекает ее оттуда, и тоже приезжает в описываемый город, чтобы шантажировать Ставрогина тайностью брака. И для
Лебядкина, и для его сестры это плохо заканичвается.
Короче, персонажей в этом романе много, и они все как-то связаны друг с другом, что создает настоящее драматическое напряжение.
Почему роман называется «Бесы» я не скажу, чтобы не нарушать интригу для тех, кто только собирается прочитать эту книгу. Но, в целом, скажу, что роман, скорей получился, чем не получился. Я прочел его с удовольствием и надеюсь, что некоторых заинтересовал им. Сам же с
интересом буду следить за творческой судьбой этого начинающего, но явно талантливого писателя.
ощущается влияние Бориса Акунина. Но что подкупает: буквально в первом
предложении Достоевский признается, что в искусстве прозы он пока еще новичок:
«Приступая к описанию событий ... я принужден по неумению моему начать несколько издалека».
Такая открытая позиция не позволяет рассуждать, достигнет ли когда-нибудь Достоевский высот Дмитрия Быкова, Сергея Минаева, Татьяны Толстой, Максима Кантора, Романа Сенчина, Павла Санаева,Владимира Сорокина, двух Поповых, Дины Улицкой, Дарьи Устиновой и других наших
золотых перьеристов. Рука не поднимается делать столь некорректные сравнения.
Ну, вы меня понимаете.
В целом, для новичка роман весьма крепкий, хотя неопытность порой проступает невооруженным глазом. Вот, например: повествование, как вы уже заметили из первого предложения, ведется от 1-го лица. Ты читаешь и думаешь, что так оно и будет весь роман. Но нет: внезапно проступают сцены, где рассказчик не может присутствовать по сюжетным соображениям. Спрашивается: как он мог узнать, о чем без свидетелей говорили Ставрогин и Шатов (это такие персонажи, о которых позже)? Ответ может быть только один: никак. А дальше снова включается 1-е лицо - как ни в чем ни бывало. Жаль, что не нашлось рядом опытного редактора, который бы сказал автору: «Фёдор (это имя Достоевского)! Так романы не пишут!». Или верней: «Фёдор! Романы пишутсяне так!».
Теперь о действии. Начинает Достоевский, действительно, издалека. Он долго рассказывает о Степане Трофимовиче и Варваре Петровне - это такие люди из небольшого губернского города
(областного центра по нашему). Лет им где-то под пятьдесят. Варвара Петровна - одна из богатейших и авторитетных помещиц губернии, Степан Трофимович - местный либеральный властитель дум, по молодости слегка блестнувший в Петербурге и потому считающий себя опасным для властей вольнодумцем. На самом деле власти его не опасаются, но имидж у Степана Трофимовича в городе именно такой - вокруг него собираются местные либералы и они там чего-то там обсуждают, а иногда, расхрабрившись и «Марсельезу» поют.
Варвара Петровна снабжает Степана Трофимовича деньгами и вообще гордится им, хотя сразу возникает подозрение, что она в него влюблена, но поскольку она вдова генерала и богачка, а Степан наш Трофимович с предложением к ней не подкатывает, то и живут они просто друзьями.
Интересный вопрос, как они 20 лет обходятся без секса. Причем, Достоевский сразу настаивает, что между этими двумя ничего такого нет, а других кандидатов в интимные партнёры, в романе не
обозначено. Думаю, тут Достоевский тонко уловил тенденции в романах 19 века эту тему вообще не поднимать. Вот, например, в «Таинственном острове» Жюля Верна три здоровых мужчины и юноша, который, по идее, должен быть вообще гиперсексуален, ибо возраст такой, за четыре года на острове ни разу не выразились в смысле «Бабу бы!», и все плотские мечты там сводятся к тому, что заядлый курильщик Пенкроф хочет табака. В остальном: «Нам женщин не надо, работу давай!» - лишь бы целыми днями вкалывать под руководством всезнайки Сайруса Смита.
Так и в «Бесах» вопрос воздержания обходится стороной, как и положено в 19 веке. Словом, стилизацией Достоевский владеет неплохо, и можно предположить, что он достаточно подробно изучил Россию второй половины 19 века - как бытовые реалии, так и психологию обывателей.
Каких-либо фактических ляпов несоответствия техническому уровню того времени я не заметил. За работу с матчастью Достоевскому, на мой взгляд, можно поставить твердую пятерку, хотя, порой, автор, на мой взгляд, заигрывается, словно забывая, что он пишет для наших современников, а не для людей 19 века. Например, концовка: один из героев вешается, и врачи при вскрытии решительно отвергли помешательство, как причину самоубийства. Может, в 19 веке люди и
верили в то, что сумасшедшие мозги чем-то внешне отличаются от адекватных, но сейчас-то это звучит странно. Вспоминаются, слова архиепископа Симферопольского Луки, который по профессии был врач: ему говорили: «Вот Гагарин в космос летал, а Бога не видел», на что он отвечал: «Я много раз проводил трепанацию черепа и ни разу не обнаружил ума». Так и здесь: для того, чтобы по мозгам понять, что человек сошел с ума, необходимо увидеть в них ум, нет?
Возвращаясь к Степану Трофимовичу и Варваре Петровне, стоит сказать, что отсутствие между ними тайной связи сюжетно и психологически оправдано: они выступают такими старомодными, но милыми и обаятельными романтиками-чудаками, каких разве что у Чехова сыщешь, и уже перед
самой смерти Степан Трофимович признается Варваре Петровне, что любит ее и любил все эти 20 лет. Это, на самом деле, очень даже трогательно.
У Варвары Петровны и Степана Трофимовича есть сыновья (у каждого свой) - Николай и Петр. Они и осуществляют основные действия. У Николая фамилия - Ставрогин (как у Варвары Петровны), у
Петра - Верховенский (как у Степана Трофимовича).
Петр Верховенский - революционер, он приехал из-за границы, и Степан Трофимович его поначалу не узнал (они давно не виделись). Петруша создает в городке революционную пятерку и мечтает о революции, хотя его политическая программа, честно говоря, не впечатляет - это какая-то сказка из русского фольклора. Сомневаюсь, что у тогдашних революционеров были такие программы.
Николай Ставрогин - вот загадочное лицо. Он - красавец, силач, умник и все такое, и все почему-то с ним носятся. Понятно, Варвара Петровна ждет, что он женится на какой-нибудь аристократке в Петербурге - мать и есть мать. Но и остальные тоже. Петр Верховенский ждет, что в нужный час Ставрогин возглавит революцию, Шатов ждет от него какой-то правды. Все девицы в него влюблены. И так далее.
К слову, Шатов - бывший крепостной Ставрогиных, получивший свободу по реформе 1861 года, и тоже побывавший революционером. Во всяком случае, с Петром Верховенским они знакомы еще по
загранице.
Но Ставрогин не оправдывает ничьих надежд: он пресыщенный человек, и сюжетным символом его пресыщенности является то обстоятельство, что в Петербурге он женится на нищей хромоножке - просто так из скуки. Потом он ее определяет в пансион, где она живет на всем готовом, но брат хромоножки капитан Лебядкин (очень смешной, кстати, персонаж) извлекает ее оттуда, и тоже приезжает в описываемый город, чтобы шантажировать Ставрогина тайностью брака. И для
Лебядкина, и для его сестры это плохо заканичвается.
Короче, персонажей в этом романе много, и они все как-то связаны друг с другом, что создает настоящее драматическое напряжение.
Почему роман называется «Бесы» я не скажу, чтобы не нарушать интригу для тех, кто только собирается прочитать эту книгу. Но, в целом, скажу, что роман, скорей получился, чем не получился. Я прочел его с удовольствием и надеюсь, что некоторых заинтересовал им. Сам же с
интересом буду следить за творческой судьбой этого начинающего, но явно талантливого писателя.
