Дальше - восстановление.
21 день в реанимации.
10 из них - на ИВЛ.
6 - на СИПАП.
5 - с кислородной маской.
Было и переливание крови. Было всё.
Наш врач - Ольга Владимировна - настоящий человек.
Спокойная, чуткая. Она рассказывала мне о сыне, поддерживала.
Это очень важно - когда рядом не только оборудование, но и доброта.
Но не все врачи там такие.
Однажды я пришла - просто спросить, как мой ребёнок, - и попала на врача, который… ну, честно, не должен разговаривать с мамами.
Его грубость до сих пор звенит в голове. Когда ты и так на грани, это бьёт очень больно.
Молоко шло плохо. Очень.
Но я упрямо сцеживалась каждые 3 часа и неслась в реанимацию.
Хотя и там - не всё радужно.
У нас в больнице никто не знает о методе "кенгуру". Ребёнка не прикладывают. На грудь не дают.
За пальчик подержать - и то нельзя.
Я думала, это только у меня. Но в детской реанимации - четыре палаты. В каждой были такие же мамы. И такие же малыши.
Когда мне его наконец отдали - я была в шоке.
Счастье - да. Но и страх до дрожи.
В 32 я впервые держала своего ребёнка. Настоящего, маленького, уязвимого.
С кислородной маской рядом - на всякий случай.
С зондом, из-за которого у него всё лицо было в болячках от пластыря.
Первый раз он закатил мне истерику - и я просто сдалась. Орал - а я не могла успокоить.
Плакали оба.
Массажи, которые делали медсестры, чтобы он покакал - вообще отдельный вид пытки. И для него, и для меня.
А потом…
Когда вес набрался почти до 2 кг, врач сказал: скоро домой.
Но сначала - проверка зрения.
Ретинопатия недоношенных.
Уколы. В оба глаза.
И ещё неделя в больнице.
Самая тяжёлая.
Он дважды синел. Дважды снова увозили в реанимацию.
После одного из приступов, наш врач сказал будничным голосом:
- Ирина, давайте выписываться. Чем дольше тут, тем больше рисков.
- А если он дома снова посинеет?
- Может посинеть. А может - и нет.
Решение далось тяжело.
Но с мужем мы поняли: хватит. Пора домой.
Через пару часов мы уже были там.
Я, он - и тишина.
Тишина, в которой впервые можно было просто… дышать.
Закончу кратно. Нам годик. Врачей после выписки прошли много. До сих пор под наблюдением невропатолога и ортопеда. Но я верю мы справимся. Наш сын в хороших руках ♥️