Итак, вкратце напомню содержание предыдущих серий: с возрастом сон Арианы теряет свою стабильность и прерывается примрно каждые 2-полтора часа на перекус в виде груди. Другие способы в виде укачиваний действуют максимум на полчаса.
Порывшись в интернете, нашла описание методики Эстевиля. В общем-то факты описаны правильно: все про нас, и привычка к ночным перекусам, и нужда в маме рядом в силу привычки и т.д. И мне в силу организованности и страсти к спискам даже понравился план - очень все наглядно. Тем более 3 все выглядело логично, и даже не было призывов оставить ребенка проораться...
В общем пустила я пробный шар. За полчаса покормились, поиграли, потом я положила в кроватку в хорошем настроении, и вышла на три минуты. К концу этих 3 минут недовольное попискивание сменилось добротным плачем. Я зашла к ней, уложила, поговорила и через 2 мин вышла. Вроде как на 5 минут. Выдержала только 4 - мой бедный ребенок таак кричал, как никогода в жизни не кричал. Она стояла на кровати, вцепившись в прутья и со слезами на глазах плакала, разрывая мне сердце...
И тут я разозлилась сама на себя. Зачем мучать ребенка? В книжке все выглядит гладко, но там по сути описывается стратегия борьбы с собсвтенным ребенком! но сердце мое говорит по-другому. Я не верю, что девятимесячный ребенок может закатывать истерики просто из вредности. И что он поорет недельку, а потом привыкнет спать один целую ночь, и ничего потом его психике не будет. Я верю, что ребенку лучше знать, что ему надо, и если он хочет просыпаться 10 раз за ночь и висеть грудь - значит, так ему надо. В конце концов, не до 4 лет же это будет продолжаться.... И гармония наших оттношений для меня важнее... Надеюсь, я не сильно ее обидела своей попыткой оставить ее одну. Не знаю, что на меня нашло.
И да, я верю, что бывают разные подходы к воспитанию детей, и знаю, что детей надо воспитывать, чтобы они знали, что такое можно и что такое нельзя. Но самое главное: я верю, что в отношениях между мамой и ребенком надо слушать только сердце.
Может, я слишком мягкосердечна и мне не хватает твердости, но причиной такого плача я не хочу быть.
Москва
