Оригинал взят у в
А это "бандиты" и "экстремисты" отмечают победу.
Генеральной уборкой на улицах своего города.
Когду по Рунету неслись рыдания "о, что они сделали с прекрасным Киевом", у меня ни грамма сомнений не было, что прекрасный и нежно любимый мной Киев будет в порядке, кажый камешек любовно уложат на место, каждую закопченную стеночку отмоют дочиста. Но я думала, они сначала хоть отдохнут немного и попразднуют. Ан нет, неймется экстремистам.
На Майдане по прежнему ни грамма спиртного.
Ни одной разбитой витрины магазинов (а там, кто был, вокруг слошь все в стекле, самые шикарные магазины города).
Ни одного случая жестокого самосуда.
Никаких примеров нетерпимости к людям других национальностей.
Еще раз: это не стадия "поющей революции" и "теплого океана", которые везде и всюду бывают мимимишными.
Это все после крови и потерь. На второй день после похорон друзей.
Это все после достижения успеха и смены власти. Эти люди сейчас реальные хозяева города, им никто не указ. И своей обретенной властью они распоряжаются вот так. Чистят улицы.
Когда все только начиналось, было столько разговоров про "чтобы стать Европой, люди сами должны измениться", "они с соседями по подъезду договориться не способны, а туда же".
Я не думаю, что люди изменились.
Я думаю, они просто вспомнили, какие они -- настоящие.
Генеральной уборкой на улицах своего города.
Когду по Рунету неслись рыдания "о, что они сделали с прекрасным Киевом", у меня ни грамма сомнений не было, что прекрасный и нежно любимый мной Киев будет в порядке, кажый камешек любовно уложат на место, каждую закопченную стеночку отмоют дочиста. Но я думала, они сначала хоть отдохнут немного и попразднуют. Ан нет, неймется экстремистам.
На Майдане по прежнему ни грамма спиртного.
Ни одной разбитой витрины магазинов (а там, кто был, вокруг слошь все в стекле, самые шикарные магазины города).
Ни одного случая жестокого самосуда.
Никаких примеров нетерпимости к людям других национальностей.
Еще раз: это не стадия "поющей революции" и "теплого океана", которые везде и всюду бывают мимимишными.
Это все после крови и потерь. На второй день после похорон друзей.
Это все после достижения успеха и смены власти. Эти люди сейчас реальные хозяева города, им никто не указ. И своей обретенной властью они распоряжаются вот так. Чистят улицы.
Когда все только начиналось, было столько разговоров про "чтобы стать Европой, люди сами должны измениться", "они с соседями по подъезду договориться не способны, а туда же".
Я не думаю, что люди изменились.
Я думаю, они просто вспомнили, какие они -- настоящие.
