«Она даже не старается». Преподаватель по фортепиано моей дочери Одри стояла передо мной, давая ей честную оценку. Ее глаза были доброжелательными, и ее голос был мягок, но родитель во мне превратил это утверждение в вопрос. Вопрос, на который я не мог найти ответа. Так что я притворился, что чувствую себя не очень хорошо, и убежал в туалет.
Как только мы вернулись домой, я был полон решимости доказать мисс Аманде, что моя дочь может стать Либераче, и даже блистательнее оригинала. Так, мы открыли ее нотную тетрадь и принялись за работу.
Мы сидели бок о бок за фортепиано все 10 минут, пока Одри не стала исчезать. Она даже не смотрела в ноты. Она сидела ссутулившись. Ее пальцы едва нажимали на клавиши. Я старался быть обнадеживающим, но было ясно, что она не старается.
- Милая, - сказал я, - Разве ты не хочешь хорошо играть?
Она ничего не сказала. Она только произнесла странный звук. Как стон дельфина. Я снова спросил.
-Дорогая, ты не хочешь научиться хорошо играть на фортепиано?
-Нет, - резко ответила она.
Неужели моя шестилетняя дочь научилась язвить?
- Хорошо, - сказал я, копируя ее тон. - Я думаю, мы просто не будем больше заниматься. И мы будем продолжать тратить время мисс Аманды, играя одно и то же каждую неделю.
Я встал и пошел на кухню, где мой сын никак не мог закончить домашнее задание.
- Джейк! Что ты делаешь?! Закончи свое домашнее задание! Нам надо ехать на баскетбол через десять минут! Ты даже не одет!
Это был не самый лучший родительский день: я, беспрерывно тыкающий детей, и они, сопротивляющиеся каждому моему замечанию. Фортепиано. Футбол. Домашнее задание. Намочить, намылить, смыть, повторить. Невозможно ничего от них добиться.
Я не горжусь этим, но простая истина в том, что я беспокоюсь о моих детях и степени их вовлеченности. Как папа, я часто чувствую себя втянутым в водоворот ожиданий. Другие родители постоянно говорят о возможностях, которые они стараются предоставить своим детям.
Специальные летние лагеря. Обучение иностранным языкам. Частные репетиторы. Уроки музыки. И когда я слышу, как другие дети участвуют в этих мероприятиях, я невольно чувствую, что мои дети могут пропустить что-то важное, если не будут вовлечены во все это. Я с ужасом представляю, как все другие дети с удовольствием решают квадратные уравнения и получают работу с шестизначной зарплатой, в то время как мои останутся в стороне.
И это все моя вина.
Так, подготавливая наших детей к жизни в конкурентном мире, мы заполняем свои дни деятельностью. Их график расписан от рассвета до заката, чтобы максимизировать свой потенциал. Таким образом они могут учиться. И расти.
Но я боюсь, что в нашем стремлении помочь им, мы можем на самом деле причинить им вред.
"Свободное время" для детей неуклонно снижается с 1950 года. Согласно исследованиям, проводимым с 1981 по 1997, время для игр сократилось на 25 процентов и на 55 процентов сократилось время на общение дома. В отличие от этого, время, затраченное на домашние задания увеличился на 145 процентов.
Плохо ли это?
Я думаю, что да.
Исследовательский проект Жана Твендж, профессор психологии в Сан-Диего, изучал психологические тенденции в юности и заметил резкое увеличение тревожности и депрессии у нынешних детей. И это не единственное изменение. Еще одно исследование Твенджа демонстрирует удивительный сдвиг в мотивации на протяжении многих лет: дети 60-х и 70-х годов были более мотивированы внутренними идеалами (одобрение, чувство причастности и общности), а сегодня дети более мотивированны внешними идеалами (деньги, имидж и слава).
И мы те, кто толкает их в этом направлении.
Как родители, мы полностью фокусируемся на одном неправильном вопросе:
"Что мы можем пропустить, если мы не воспользуемся этими возможностями?"
И мы должны остановиться.
Почему?
Потому что мотивацией в этом является страх. И страх - мое все.
Я боюсь, что над ними будут смеяться, если у них не будет нужных "вещей". Я беспокоюсь, что они не добьются успехов в спорте, если до 10 лет не выберут себе направление и не начнут серьезно тренироваться. Я боюсь, что они не попадут в колледж, если будут плохо учиться в школе.
Но мои опасения в значительной мере необоснованны.
Вопрос «необходимых вещей» легко преодолеть здравым смыслом. Никто в истории мира никогда не был в состоянии купить настоящих друзей. А в спортивной сфере дети, которые выбрали свое направление ничем не лучше тех, кто этого не сделал, а в некоторых случаях, специализация на самом деле идет в ущерб.
А беспокойство за учебу, возможно, одно из самых необоснованных. Мы верим в то, что при поступлении невероятная конкуренция, поэтому стараемся воспользоваться каждой возможностью обучения детей. Однако, количество мест в университетах только увеличивается в последнее время, и поступает по-прежнему две трети абитуриентов.
Но мы по-прежнему поддаемся этому ажиотажу.
Итог: нам нужно остыть и изменить вопросы:
Вопрос № 1: "Что мы теряем в нашем стремлении к успеху?"
Если вы похожи на меня, самые ценные воспоминания вашего детства - не обучение в специальном классе или совершенствование своих навыков. Конечно, были учителя и родители, побуждающие вас сделать все возможное и работать в направлении цели, но это было уравновешено большим количеством других достойных занятий, таких, как разорвать резиновую куклу, чтобы увидеть то, что было внутри, строительство велосипедных препятствий на дороге или гонки лодок из листьев через канаву в грозу.
Но мы пожертвовали этим в погоне за идеалом, и мы превратили наших детей в мини-взрослых в этом процессе. Крошечные профессионалы, у которых нет времени на игры в течение недели, поэтому они отчаянно впихивают их в свой график на выходных, между занятиями спортом и концертами.
Это печально.
Но большая проблема заключается в следующем:
Вопрос № 2: "Что является конечной целью?"
Развитие потенциала ребенка - это хорошая вещь. И нет ничего плохого в дополнительных занятиях. Они развивают необходимые навыки и прививают основные ценности: дисциплину, целеустремленность и настойчивость. И предоставление этих возможностей - моя работа в качестве родителя.
Но есть большая разница между желанием, что лучше для ваших детей, и желанием, чтобы они были лучше.
Желая то, что лучше для ваших детей, - это о ребенке. Речь идет о помощи им найти то, чем они будут увлечены, что раскроет их сильные стороны, будь то в искусстве, музыке, спорте или науке.
Желая, чтобы они были лучше, - это обо мне. Мои ожидания. Мои опасения. Я заставляю их учиться и делать то, что высасывает из них все удовольствие от детства. И в этом процессе я учу их, что я ценю их тогда, когда у них что-то получается. Я учу их, что второе место проигрывает. Я учу их, что результат важнее, чем любовь и признание.
И это так неправильно.
Потому что быть лучшим не должно быть самоцелью. Если бы я попросил вас назвать последние пять победителей премии Оскар за лучшую мужскую роль, не могли бы вы сделать это? Последние пять лауреатов Нобелевской премии в области медицины? Рискну предположить, не используя научных доказательств, что только 10 процентов из вас может это сделать. В лучшем случае. И это примеры людей, которые добились вершины своей профессии. Известны во всем мире.
И мы забываем их.
Но что если бы я попросил вас назвать пять человек, которые сыграли большую роль в вашей жизни? Те, кто учил вас, что значит быть настоящим другом. Личностью. Я знаю, без сомнения, что 100 процентов из нас может сделать это в мгновение ока. И список будет заполнен людьми, в честь которых не были названы улицы или учреждения.
Сама мысль об этих лицах заставляет ваше сердце биться быстрее.
И это, друзья мои, цель. Чтобы быть в списке для наших детей. И чтобы они смогли быть в списке у кого-нибудь другого. В этом постоянно меняющемся мире, полном конкуренции и оценок, должно остаться место для принятия. Пространство для присутствия. Пространство, где время не измеряется в десятых долях секунды.
И только любовь может сделать это.
Сегодня я понимаю, что все, что мы можем им дать - это любовь.
Без условий.
Без беспокойства.
Без сожаления.
Scott Dannemiller
huffingtonpost.com
Перевод Tender Bean