– О, вы меня просто спасли. Спасибо! – воскликнула Лидочка, окинув Семена восхищенным взглядом.
Она была натурой нежной и совершенно неприспособленной к грубым реалиям жизни.
– Не за что, – снисходительно ответил Семен.
Он любил, когда девушки смотрели на него вот так, поэтому практически сразу пригласил Лиду на свидание. С этого начался их роман. Лидочка летала. В присутствии Семена она чувствовала необъяснимый прилив красноречия. Еще никто и никогда не слушал ее с таким вниманием.
– Потрясающее зрелище! – щебетала она, глядя на вечерний закат. – Знаешь, я ведь когда-то писала картины... А еще играла на фортепиано! Но потом забросила. Ведь музыка требует усидчивости, а я не могу без движения...
Любимый с пониманием кивал. За три месяца их стремительно развивающихся отношений девушка успела рассказать ему решительно все о себе, и не только. Семен в подробностях узнал биографию Лидочкиных родителей, бабушки Сони, дедушки Василия, двоюродных сестер Маши, Даши и Наташи, а также занимательную историю жизни троюродной тети Аделаиды и ее абрикосового пуделя по кличке Чемпион.
– Если на него надеть все заработанные в соревнованиях медали, то он и шага ступить не сможет. Просто упадет! – восторженно тарахтела Лидочка. Семен многозначительно улыбался.
"Какой же он все-таки у меня загадочный, – думала она. – Такой глубокий взгляд... А я несу всякую чушь, даже неудобно. Решит, что пустышка какая-то... Надо бы пригласить его на выставку репродукций Дали". Идею Семен встретил, как всегда, сдержанно. То есть – кивнул. В семь ему срочно нужно было идти на важную встречу. "Сегодня же после выставки поговорю с ним. Выясню, наконец, что у него на уме..." – твердо сказала себе Лиза.
В музей шли через парк. Дождь вымыл листву на деревьях, солнце играло лучами на мокрых дорожках, в прозрачных лужах плавали облака. На зеленой траве газона, лениво растянувшись во всю длину, лежал большой рыжий кот.
– Посмотри, какая красота! – блаженно произнесла Лидочка. – Солнце, небо, этот кот в мокрой траве... А на ней еще трепещут дождинки. Все так зыбко, непрочно...
Семен вздохнул.
"Надо же, какой он чувствительный, – поразилась Лида. – Такой восприимчивый..."
"Вот именно, что непрочно, – мрачно думал Семен. – Из-за этого нам и третий гол забили... И нечего полузащитника ругать! При двух рикошетах в разные стороны на мокрой траве попробуй не поскользнись..." Он еще раз вздохнул. Получилось громко и как-то надрывно.
– Удивительно, как многие могут не замечать такой красоты! – проникшись столь неожиданной реакцией любимого, продолжила Лидочка. – Ведь мы живем, словно черновик пишем. Работа – дом, дом – работа. Ничегошеньки не видим. А вокруг цветут деревья и травы, птицы парят над головами, обидно...
"Обидно, – мысленно согласился Семен. – При таком судействе у нас никогда не будет порядка. Ну за что нам, спрашивается, дали пенальти?! А эти удаления? Пришлось играть в меньшинстве почти целый тайм..."
– Не расстраивайся, – улыбнулась Лидочка. – Слава Богу, на земле еще есть люди, способные чувствовать красоту. Кстати, мы пришли.
Лида обожала Дали. Ее тянуло ко всему необъяснимому и мистическому. Семена Дали раздражал. Его вообще пугали шизофреники, к которым, бесспорно, относился и великий художник. Но ради Лидочки Семен был согласен потерпеть.
– Вот, милый, моя любимая картина. Называется "Сон, вызванный полетом пчелы вокруг граната за секунду до пробуждения".
"Ну, и нормальный он после этого?" – насмешливо подумал Семен.
Лидочка отступила три шага и задумчиво склонила голову набок.
– Великолепная Гала... Надломленная реальность в мире сна и предчувствий. Цепь дивных ассоциаций. Реализм ирреального. Гранат осыпается зернами, пчела оборачивается хищниками, замершими в полете. Посмотри, какая несоразмерно большая рыба...
– Большая, – согласился Семен, и ему тут же вспомнилась рыбалка.
"Вот это искусство, – подумал он. – Сидишь на мостике, смотришь на поплавок, вода гладкая, будто зеркало, и тишина... Слышно, как комар на том берегу пищит, не то что пчела... А Валерка, конечно, заливает: "Нет там сомов на пять кило! Нет". Да и ладно. В рыбалке ведь главное не улов, а компания, сам процесс..."
– Сема, – наконец решилась Лидочка. – У меня через неделю день рождения. Так вот... я хочу, чтобы мы провели его вдвоем. Я знаю один уютный ресторанчик, там играют классику – Моцарта, Вивальди, на столах свечи...
"Свечи! Черт, совсем забыл заехать в автосервис! – вспомнил Семен и нахмурился. – Вот заглохну прямо на дороге, что тогда?"
"Молчит... Почему он молчит?" – встревожилась Лидочка и вдруг почувствовала озарение, от которого ее бросило в холодный пот. – Боже мой, какая я глупая! Он же испугался! Он элементарно не готов к подобным разговорам. Вон как расстроился... Наверняка решил, что я собираюсь посягнуть на его свободу, женить на себе. Как стыдно..."
"Только к Петровичу больше не поеду, – думал Семен. – Хватит с меня того карбюратора бракованного... Лучше узнаю у Кабанова адрес его сервиса. Говорит, там обслуживают по высшему разряду. Кабанов, Кабанов... Где ж я его телефон-то записал?" – напрягся Семен.
Лидочка еще раз взглянула на хмурое лицо любимого и чуть не расплакалась. Ее плечики мелко задрожали.
– Что такое? – растерялся он.
– Я понимаю, – дрожащим голосом произнесла она. – Девушка не должна сама предлагать мужчине... В общем, если ты не хочешь... Не готов...
"Какая же она у меня наивная... Такая беззащитная и совершенно не приспособленная к жизни, – мысленно улыбнулся Семен. – Ну ничего. Я рядом, а значит, все будет хорошо".
– Конечно, Лидочка, мы обязательно поедем в твой ресторан, – заверил он и тихо шепнул: – Обожаю тебя. И Моцарта со свечами тоже...
– Правда? – встрепенулась девушка и благодарно прижалась к любимому. – Какое счастье, что мы понимаем друг друга с полуслова!