При всем желании рассказать о своем приключении кратко и по делу, подозреваю, что ничего у меня не получится. Так как эти 12 часов, проведенных в рождении сына, ничего не значат без долгих месяцев ожидания. Поэтому-то мой рассказ и начнется вовсе не с момента наступления схваток, а значительно раньше…

С папой своего сынули я познакомилась полтора года назад. Период ухаживаний быстро обернулся удивительно сильной любовью, дикой привязанностью и нереальным желанием вложить все эти переживания во что-то большее, чем просто признание в любви. Но мой будущим муж родом из Грузии, а там любые движения в сторону брака должны получить как минимум одобрение семьи. Наверное, поэтому мы и решили новый 2008 год отмечать в Батуми, где живут родители моего мужа. Приехали, познакомились… Все сложилось чудно, я очень легко вошла в эту прекрасную семью, муж расслабился. Одним словом, в Воронеж мы вернулись уже втроем, но тогда для нас это был еще секрет.

Близились те самые дни, мы с легким волнением ждали их. Уверенность мужа в благоприятном исходе дела меня слегка обескураживала – начитавшись историй о сложных зачатиях, я не верила, что у нас все получится с первого раза. Атмосфера накалилась за день до нового цикла. Нервы не выдержали, я купила в аптеке несколько тестов и в обеденный перерыв поспешила явить миру благую весть. Какого же было мое разочарование, когда вместо двух полос издевательски появилась только одна. Взгрустнув, я легла спать, но всю ночь мне снились какие-то тесты, анализы, еще что-то. Проснувшись и обнаружив, что дома отключили свет, решила наощупь «добить» второй тест, дабы не лежал без дела. Результат смотрела уже на кухне, у окна, где хоть что-то видно было. И вот на белой, как снег, поверхности, уверенно проступает одна полоска, а следом за ней, так робко и стеснительно – вторая!

Тут надо сделать лирическое отступление. Всегда думала – какого это, сказать любимому мужчине, что у нас будет ребенок? Да он же с ума сойдет от радости! Будет кружить меня на руках, целовать, клясться в любви… Ну примерно такой сценарий нам навязывают фильмы о любви. Моя версия была чуть менее романтична. Мой супруг, после долгого и пристального изучения теста, уточнений и разговоров, повернулся ко мне и торжественно так, прямо-таки с партийным волнением в голосе, пожал мне руку и сказал: «Поздравляю!». Тут же захотелось расцеловать его по-брежневски в щеки и прошептать «во имя партии на все готовы». Словом, вот вам и вся романтика.

Далее был звонок маме, которая восстановила историческую справедливость. Прорыдав, поохав и поахав мы с ней порешили, что жизнь прекрасно и теперь главное не носить тяжести и беречь себя аки хрустальную вазу.

Так и начался мой путь навстречу чудо-ребенку. Прибежав в 5 недель вставать на учет в районную поликлинику, наткнулась там на сумасшедшую старуху-доктора, которая сначала меня отсчитала за столь ранний визит, а потом вообще дала такого жару, что до сих пор вспоминать страшно. Усадив меня поудобнее на этом адском допотопном железном кресле (интересно, это модель 1945 или 46 года выпуска?), вставив внутрь какой-то инструмент, этот божий одуванчик вдруг заметила отсутствие лампочки. Ей тут же стало ясно, что это все проделки завхоза, и она решила запечатлеть это бесстыдство среди своих коллег. Оставив меня в интересном положении перед огромным окном, она быстро оповестила полбольницы, что «свои тырят лампочки» и привела комиссию посмотреть на этот беспредел. Хоть мне и досталась роль второго плана, но впечатлений хватило. После, удовлетворенная произведенным эффектом, эта женщина вдруг поняла, что у меня угроза выкидыша и спустила на меня собак на тему «ты что, хочешь погубить ребенка?». Логики в ее словах не было никакой, пришлось вытягивать факты. Оказывается, легкие тянущие боли, на которые я имела неосторожность пожаловаться, были для нее верным признаком моей неспособности выносить ребенка. А, следовательно, меня надо было срочно уложить в больницу. Быстро выписав направление, она выгнала меня домой за вещами.

Сев в машину, я разрыдалась. Муж позвонил друзьям и попросил контакт их врача. Уже на следующий день, пройдя ненужное узи, мне совершенно уверенно сказали, что никаких проблем нет, беременность хоть и маленького срока, но успешная. И я, навсегда забыв дорогу в районную поликлинику, пошла по знакомству к другому врачу, который на протяжении всей беременности так относился ко мне, что эффект был удивительным. Ни одного лишнего анализа, противопоказания, назначения на стационар – мы вместе прекрасно выносили малыша.

Единственное, что слегка омрачало мою радость в первом триместре – это, конечно, токсикоз. Тошнило меня с завидным постоянством и всегда в очень смешных ситуациях. То в метре от работы (да здравствуют урны!), то в магазине, то в машине. Иногда, не обнаружив под рукой пакетика, приходилось доставать документы мужа из файлов и пользоваться этим чудом цивилизации. Причем, вопреки тенденции, меня тошнило исключительно от голода, а не от еды. Первые признаки голода сопровождались дикими приступами, поэтому приходилось постоянно есть. Меня очень спасали белые семечки, орешки и мармелад.

Все закончилось так же неожиданно, как и началось. Одним прекрасным утром привычные позывы вдруг так и не появились. И началась волшебная пора) Это было очень кстати, так как мы полным ходом готовились к свадьбе. Так сложилось, что ни свидетелей, ни родителей рядом не было – и вся организация легла на наши плечи. А свадьбу мы решили делать с размахом – на 100 человек, с отличной шоу-программой, всякими сюрпризами для гостей и тд. Словом, подготовка превратилась в какой-то бесконечный стресс, а помимо этого мы оба еще и работали с утра до ночи. За неделю до свадьбы у нас с мужем просто пропал сон – вся голова была забита мыслями, хлопотами и проблемами.

Платье у меня было очень милое, романтичное, едва скрывающее мой трогательный животик (был уже 6 месяц). Все утверждают, что я была очень красивой невестой (даже если врут, все равно приятно). Наш главный день пролетел быстро, незаметно и, признаться честно, мало что оставил в моей памяти. Куда больше я потом увидела на фотографиях и диске.

За целый день на высоченных каблуках мои ноги превратились в две тяжеленные глыбы, которые к 11 часам вечера уже не двигались. Платье было длинным, сменную обувь я не взяла, пришлось одеть черные балетки и таскать платье за собой по полу). Особенно круто это смотрелось на ресепшене в гостинице, где прошла наша брачная ночь. Пьяный муж, трезвая беременная невеста в платье, залитом вином, черных балетках и задранным подолом. Но дикая усталость помешала мне насладиться произведенным эффектом – мечтающая о кровати, я быстро уползла в наш номер…

Потом была подготовка к свадебному путешествию (мы решили лететь на острова), тотальная атака окружающих (как, ты беременная собралась лететь на самолете 9 часов???), поддержка врачей (ты сильная, хочешь лететь – лети, только фотки привези) и желание растворится где-то в раю.

Наверное, именно это предвкушение помогло мне перенести тяжелый перелет. Обычно я летаю без проблем, но тут мы полпути находились в зоне турбулентности и трясло нас не по-детски. Но малыш мой был умницей, отважно перенес все испытания, за что я его потом долгие счастливые 10 дней кормила вкуснейшими фруктами, поила соками и купала в океане.

Весь отпуск был наполнен таким умиротворением, что мой сын (уже тогда мы назвали его Дато, Давид, что с переводе значит «любимый») рос как на дрожжах. Домой я возвратилась нереально загорелая, отдохнувшая, красивая и счастливая. Стала ходить на курсы для беременных, много работать и по-прежнему тусоваться с мужем по друзьям, кафе и кино.

Так прошла еще пара месяцев. Официально я уже давно была в декрете, а на самом деле целыми днями работала, носилась со своим коллективом на корпоративные турниры по пейнтболу, боулингу, караоке. Кстати, на караоке-турнире в качестве капитана команды так бодро отплясывала с животом на сцене, что публика была в легком шоке. Но я гордо называла себя «Человек 2 в 1» и не переживала насчет чужого мнения.

Последний месяц был самым сложным. Мой врач ушел в отпуск, мы доделали ремонт и перебрались в новую квартиру, я все еще работала и параллельно разбирала вещи дома и делала уборку. Мой бедный живот все время уставал, а врач на замене пыталась упечь меня на сохранение. Но синдром гнездования давал знать – мне было дико важно навести порядок в квартире перед родами. И вот в какой-то момент, сидя на работе, я вдруг поняла, что ничего не успеваю. Надо было выбирать: или работа, или дом. Моя преданность работе объясняется очень просто: у нас своя фирма и просто некому было передать дела. Но к тому моменту я нашла человека на свое место, поэтому, когда мозг забил тревогу и потребовал отпуска, я весьма легко ушла. Это было за 1,5 недели до родов.

Навела дома красоту, купили с мужем кроватку, комодик, первый набор вещичек (мама потом очень смеялась, рассматривая дорогие костюмчики, которые оказались нам малы). Встретила родителей – они приехали из другого города на помощь. Сфоткалась. И…

Родители привезли очень вкусную рыбу, и вот сидим мы, ужинаем и пьем пиво. Ну я пью очень образно – полкружечки, и смеюсь: мол, соберусь сегодня рожать, врачу будут в шоке. Кого, скажут, привезли? Пьяная, рыбой пахнет на весь роддом)))

А. стоит отметить, что все уже родов заждались. Ни врачи, ни УЗИ точную дату не ставили: было расхождение в 10 дней. Мы открыли с мужем букмекерскую контору и наши друзья делали ставки. К этому моменту продули практически все: остались только мои родители, которые ставили на пятое, и муж – его число было седьмое. И вот четвертого вечером, за рыбой и пивом, все уже с нетерпением поглядывали в мою сторону.

Пошла я между делом в туалет и выбежала оттуда с вопросом: «Мама, а как выглядит пробка?» Мама, к сожалению, не помнила, но мне показалось, что вышедший из меня предмет уж больно похож на эту самую пробку. Тогда я пошла в душ подготовиться – не очень хотелось доверять интимные штучки чужим теткам из роддома.

Но события развиваться не торопились, и пришлось мне лечь спать. Ночью я проснулась от дикого желания – мне нестерпимо захотелось в туалет, причем я не понимала, в каком формате) Сходила – легче не стало. Через 10 минут ситуация повторилась. Это было, мягко говоря, больно. Уже через полчаса я поняла, что все мои попытки сделать вид, что это вовсе не схватки, тщетны. Они были дико болезненными, периодическими и такими реальными! Муж – а мы помним, что он пил пиво вечером – решил вызывать такси, а я стала собирать вещи. И все это происходило так по-настоящему, что стало мне как-то робко. Я пошла будить родителей – они мигом вскочили, и надо было сфотографировать их испуганный вид – такое фото в нынешние времена очень веселило бы всю семью. Поцеловав меня и поклявшись никому не говорить ни слова, родители отправили свою дочь на великий подвиг.

Водитель такси как-то очень спокойно отнеся ко мне, беременной, к мужу – испуганному, к просьбам остановиться (меня стало дико тошнить) – чем еще сильнее испортил мои впечатления. Просто читая рассказы о родах, я мысленно словно смотрела фильмы – и все было так театрально, интересно, захватывающе. А тут – на тебе! Боль, ужас, страх, тоска – и никаких вам красивых картинок.

Добил меня роддом («Электроника»). Вышли мы из такси (время было полшестого утра), темно, вокруг ни души, таксиста как ветром сдуло. Перед нами темный роддом – и тишина. Постучав в закрытую дверь, мы поняли, что не знаем, как туда попасть. И пошли обходить здание. А схваткам хоть бы что – они в мое положение не вошли, идут себе с небольшим интервалом и сводят меня с ума. Так и не поняв, как все таки попадают внутрь, решили звонить врачу. С Сергеем Александровичем Ермолаевым мы познакомились на курсах в центре «Здоровая мама». Мне он показался очень адекватным человеком, опытным врачом и просто позитивным персонажем. Поэтому выбор пал на него. СА быстренько сориентировал нас, отругал меня за то, что раньше не позвонила, сказал, что сегодня как раз его смена и дал установку ждать его.

Постучали мы в дверь приемного покоя, открыла нас сонная медсестра, я переоделась (вернее, разделась) и попрощалась с любимым мужем. И дальше я путешествовала уже одна – только мысленно ощущая его поддержку. Но, увы, она мне не всегда помогала. Например, когда меня усадили на унитаз, прикрыв с одной стороны занавеской, а с другой оставив для позирования проходящему медперсоналу, мне было не до мысленного диалога с мужем. Волновало только одно: как не упасть!!!! Ибо сесть на это чудо, даже с учетом выданной тряпочки, я решительно боялась.

Но и этот героический период остался позади. Меня повели в родовое отделение. Там меня стал осматривать пьяный дежурный врач. Я, конечно, понимаю, что работа тяжелая и нервная, но если честно, таких идиотов надо ссылать на необитаемые острова принимать роды у местных приматов. Тупые пьяные шутки, очень болезненные неосторожные действия – да, именно такие и портят представление об этой профессии.

Но мне было не до него. К этому моменту (раскрытие 3 см) ощущения стали потрясающими. Я мысленно проклинала всех, кто мило улыбался мне и говорил: «Настя, это почти не больно, ничего страшного!». Неужели нельзя было сказать правду?? Я бы подготовилась морально! А так я была абсолютно не готова! На курсах нам говорили, что это мышечная боль, надо раскрываться ей навстречу, ни в коем случае не зажиматься. Я даже блокнот с собой в роддом взяла со шпаргалками – как правильно встретить боль, как нужно дышать, о чем думать. Мой блокнот хранил для меня многочисленные образы раскрытия, которые должны были ускорить процесс, и аутогенные установки – мне не больно, мое тело расслабленно… Так вот – уже на третий час родовой деятельности вместо того, что бы думать о раскрывающемся бутоне розы, я проклинала все на свете и молилась просто пережить этот момент. Аутогенные тренировки, блокнот – все было быстренько послано куда подальше, а я судорожно хваталась на решетки кровати и готовилась к летальному исходу. Поэтому когда приехал мой врач и спросил про эпидуральную анестезию, я взмолилась об одном – поскорее!!!

И вот я в кабинете у анестезиолога – дай Бог здоровья и долгого трудового стажа этой женщине! Она очень аккуратно поставила мне катетер, чем открыла дорогу в рай. После 10-минутного ожидания чуда, оно наконец-то настало и…

Я мило задремала, несмотря на стоны девушки, которая рожала по соседству. Спустя два часа анестезия подошла к концу, и прежде чем мне поставили новую порцию, я испытала все прелести этого этапа. Тупая, ненужная, никчемная, непонятная боль – и вы по-прежнему против анестезии?? Товарищи, идите лечить зубы без обезболивания – и потом мы с вами поговорим о «естественных родах».

Так за моими рассуждениями о достижениях медицины незаметно прошло еще пару часов. Врач, посмотрев меня, обрадовал, что раскрытие 7 см, головка опускается, готовимся потихоньку к родам. Я на радостях прошу чуть подлить анестезии, так как снова стала возвращаться боль, на что мне было решительно отказано. Я то и сама знала, что в потужной период никакая анестезия не должна быть – надо же работать, трудится, а с этими ватными ногами даже в туалет сходить сложно. Но несмотря на здравый смысл стала выклянчивать еще дозу. Врач посмеялся и ушел, но я не сдалась. Как старый хитрый наркоман попросила зайти ко мне анестезиолога и стала выпрашивать у нее «совсем капельку, для бодрости и веселого духа», Анестезиолог тоже не поддался на мои наркоманские уловки. А боль все приближалась…

И вот потихоньку я стала как-то подумывать о туалете… Ощущения тому способствовали. Акушерка обнадеживала – вот-вот, уже скоро пойдем рожать, и это скоро длилось еще около часа. Я так хотела поскорее родить, что стала выпрашивать потужиться немного. Наконец-то мне это разрешили, показали как лучше держать ноги при этом (поза отличная, прям для немецкого кинематографа – на боку, ноги в коленях согнуты, одна поднята под потолок, рука ее держит) и понеслось. Скоро проходящий мимо медперсонал уже стал намекать, что постоянно лежать в такой позе не надо, только на время схватке. Но мне было все равно. Мне казалось, что только такая камасутра приносит мне облегчение, ведь боль все усиливалась и я потихоньку теряла самообладание.

Я снова и снова умоляла врача отправить меня на кресло, и наконец-то меня повели рожать. Взобравшись на это чудовище, я вцепилась руками в ручки и процесс вроде как начался. Но тут случилось непредвиденное – ручки (пластмассовые, надетые на железные штыри) отскакивали!!! И вся моя конструкция рушилась – я теряла точку опоры и не могла управлять своим телом. Все мои потуги превратились в борьбу с ручками на выживание – то есть на удержание. Вместо того, чтобы тужиться куда следует (врачи очень мило называют этот процесс – какай!), я тужилась… в ручки! Конечно, устала я дико. Все время просила полить меня водой - и под конец мы развели там маленький бассейн. Голова горела, руки уже онемели, а процесс все не складывался. Врач уже стал давить на живот, акушерка заставляла меня потрогать головку, которая потихоньку появлялась. Но мне это не понравилось – головка была такой мягкой на ощупь и ненастоящей, что меня это сбило с настроя.

В тот момент, когда я в сотый раз продумывала, как бы смыться отсюда или хотя бы отложить процесс, на меня стали орать уже в три голоса: врач, акушерка и анестезиолог: «Давай, уже близко, последний раз!». Кстати, волшебная сила слов «последний раз» подействовала безотказно – я забыла про эти несчастные ручки, бросила их, потужилась как следует, умерла от напряжения… и мне вдруг стало как то прям полегче. Еще одна потуга – и счастье, бесконечное, объемное, чистое, сумасшедшее, мягкое и легкое наполнило все мое тело и сознание. Я идиотски заорала – какое счастье! Какое счастье! - и увидела Его.

Он был гол (логично), сине-красного цвета (вам бы там посидеть), сложен кубиком (тесно было), больше всего напоминал котенка. Он что-то там прокричал (честно, не помню этот момент, я, наверное, отрубилась) и его унесли на соседний столик.

И было такое счастье! И было так хорошо!!! Признаюсь – в тот момент я еще не понимала, что мое чудо явилось на этот свет, но знала одно – я прошла этот путь и я великий молодец.

Нам поставили 6/7 баллов по Апгару, у нас было одно обвитие, и весили мы 4050 при росте 56 см (к слову скажу, дома Дато ждало приданое 54 размера). И пока медперсонал искал у Дато нос – как же, он же грузин, почему нос маленький? - я позвонила своему любимому мужу.

И были слезы радости, и дикая гордость! Я благодарила врачей, звонила родственникам и друзьям, писала смс и все это стало началом новой жизни. Жизни, где каждая моя клетка получила свое продолжение, где я поняла, что все мои амбиции, желания и мечты превратились в маленького человека, имя которому Давид.

Кстати, как только я родила, сразу же позвонила своим рожавшим подругам и серьезно обвинила их в заговоре. Чудовищное вранье, что все это не больно и легко забывается, задело меня до глубины души - я то понимала, что никогда не смогу это забыть. Чтобы донести миру правду, я так же позвонила всем нерожавшим подругам и поведала им свое сенсационное разоблачение. Я во всех красках расписала как это ужасно и больно, и даже тексты моего праздничного смс были пропитаны этой правдой: «Ура! Дато родился! Это было нереально больно!»

А пока я несла миру истину, врач осмотрел детское место (оно родилось без проблем и совсем не больно) и стал наводить красоту. Тут уже я совсем пришла в себя, стала комментировать процесс накладывания швов, чем очень повеселила всех присутствующих. И спустя пару часов меня наконец-то отвезли в палату. Чуть позже привезли девочку, которая родила дочку, и мы проболтали до самого утра. Так и началась наша жизнь в роддоме.

Рассказывать и ней я не буду, итак моя повесть затянулось, скажу лишь одно: уже ровно на третий день я искренне не могла вспомнить эту родовую боль! Я совершенно не помнила ни своих страданий, ни мыслей о прыжке с 4 этажа родового отделения! Абсолютно ничего!!! Более того – меня уже вовсе не пугала мысль о повторных родах – я вроде как была и не против. И когда мне звонили мои подруги – те, кому я еще не успела нажаловаться на свою судьбу – я честно им говорила, что это вроде как больно, но я ничего не помню. Так, незаметно для себя, я вступила в ряды бессовестных обманщиц, и поддержала мировой заговор.

Мораль сей притчи такова: рожайте смело! Даже несмотря на некий дискомфорт, это событие останется самым светлый и радостным в вашей жизни! Сегодня, глядя на первые неумелые улыбки Датошки мое сердце замирает от нежности и ласки. Ради такого я клянусь – прошла бы все это еще тридцать раз!!!

P.S. но только под эпидуральной анестезией

куда народ...

Похожие записи