Рожала бесплатно в 16 роддоме. 19 июня появилась на свет моя доченька Полина Антоновна 2850, 50 см 8/9 Апгар.
Очень много положительных эмоций и слов благодарности!! Ситуация была крайне не простая (узкий таз, белок в моче, слабая родовая деятельность, преждевременное излитие вод, экстренная операция кесарева сечения и еще какие-то медицинские термины). Успела полежать почти во всех отделениях роддома: патология, интенсивная терапия, предродовая (дважды), операционная, послеоперационная, послеродовая)))) Так что, если будут вопросы, обращайтесь, отвечу.
15 июня после посещения женской консультации весь день резал живот, тянул болел, было ощущение, что детенок давит в промежность. Пришла домой перестирала детские вещи, собрала сумки в роддом. Приняла душ и выполнила все процедуры. Вечером пошли гулять вокруг роддома, ходили-ходили и все-таки я решила зайти и проконсультироваться. Думаю, если ложные, то отправят домой. Срок 38-39 недель (пдр 26 июня). Пришла в приемную, осмотрели, сказали, что могу вступить в роды, а может и все отойти, но они не могут меня отпустить, срок доношенный. Поэтому меня забрали в предродовое, время было часов 9 вечера пролежала там до 4 утра, схватки ушли. Меня перевели в патологию для наблюдения, сказали, если анализы нормальные, то через 4 дня отпустим до родов. 17 пришел наш врач – Колян Армен Карапетович (слышала о нем много хороших отзывов, очень хотела попасть к нему и мне повезло). Во время осмотра углядел узкий таз (!). У него большой палец лег на одну костяшку, а средний без проблем лег на вторую – я была в шоке. Это у нас семейное (маму кесарили из-за этого), я даже и не думала об этом, так как в женской консультации мне ничего не сказали, хотя измеряли, да и попа у меня шире маминой намного. Очень напрягся по этому поводу. Я рассказала, что это у нас семейное, первый ребенок у мамы погиб, так как тащили вакуумом, а потом уже со мной ее кесарили. А я хочу рожать сама по-возможности. Мне ответили, что ребеночек предположительно 2900 родится, поэтому родишь сама. Еще заметил отеки, назначил срочный анализ мочи катетером. Через час пришел результат анализа. Армен Карапетович забежал в палату с медсестрой, сказал, что меня надо срочно обследовать по полной программе и в палату интенсивной терапии. Перевели меня в ПИТ, натыкали капельниц. Пришла врач Юшина Оксана Юрьевна, рассказала, что у меня нашли в моче белок, посмотрят на УЗИ кровотоки и в порядке ли ребенок, а дальше прокапают лекарств и будут следить за этим белком. Если он уйдет, переведут обратно в патологию ждать родов, так как шейка еще не готова. Сказали, что мы в очень хорошем положении, так как ребенок уже доношенный, если что можно стимулировать роды. На УЗИ кровотоки не нарушены. Провалялась целый день под капельницами, к обеду белка стало вдвое меньше, к вечеру ушел совсем. Утром опять появился. Пришла Оксана Юрьевна, начала расспрашивать про узкий таз, и как проходили роды у мамы. Мама приехала в роддом, поговорила с ней (как оказалось, что с первым ребенком, у нее тоже шейка не была готова к родам, ее стимулировали, но была слабая родовая деятельность еще плюс узкий таз). В итоге, было решено не ждать понедельника и провести стимуляцию. В 11.00 мне поставили палочки из морских водорослей (ламинарии, если не ошибаюсь), они механически стимулируют шейку матки (раскрывают ее). Так что с 11 утра у меня начались мини-схватки. В 18.00 у меня отошли воды, палочки оставили еще на 2 часа. В восемь вечера я пошла на кресло, палочки вынули, сняли остатки пузыря, отправили на клизму. Потом мне поставили катетер для эпидуральной анестезии. И я счастливая вступила в роды, мужественно терпела схватки, дышала, расслаблялась на схватке. Началась изжога, потом меня затошнило, при условии того, что я не ела с 14.00. Рвало желчью, а потом я начала отключаться. Дежурный врач Насирова Елена Олеговна посмотрела раскрытие, тихо сказала «е-мое, нам нужны хорошие схваточки» и попросила вколоть анестезию, вкололи анестезию. Я уснула, когда я периодически просыпалась, мне снова кололи анестезию. Проснувшись уже часов в 7 утра, посмотрела на КТГ, схватки зашкаливали, опять начало тошнить, анестезия отошла. Елена Олеговна посмотрела раскрытие (оказалось всего 4 см) и попросила еще вколоть анестезию. Только она уже не действовала. Началась пересмена, боли нарастали, кололи анестезию, но видимо уже не брала она меня. Я начала сходить с ума и паниковать, ребенок без вод уже более 12 часов. Сказала акушеркам: «Извините, но я буду орать… » Я выла, ныла, начала просить прокесарить меня, так как я боюсь за ребенка, ерзала на кровати, садилась на утку, вставала на четвереньки.
На дежурство заступила новая смена – врач Усатенко Галина Валентиновна. В 10 утра она подошла ко мне, посмотрела раскрытие, попросила не паниковать, сказала, что ребенок чувствует себя лучше чем я и ее КТГ в норме, а воды официально отошли не в 18.00, а в 20.00, когда снимали палочки, убрали кусок пузыря с остатками вод, поэтому время еще есть тем более в первые роды этот безводный период может длиться до 18 часов. Потом она спросила меня как рожала моя мама, я рассказала. Она заверила меня, что у нас все будет в порядке, и попросила не волноваться. Вернувшись через полчаса, мне наконец все объяснили: «Когда сняли палочки и остатки пузыря, я вступила в роды, начались схватки, шейка раскрывалась, поэтому меня и тошнило. Когда прошло несколько часов и схватки начали значительно усиливаться, шейка начала закрываться, в результате у меня поднималось верхнее давление на схватке до 150-155, после схватки падало до 109. Поэтому –то я и отключалась периодически, мне ввели анестезию, схватки пошли очень хорошие, но к семи утра шейка открылась только на 4 см. Стимулировать меня нельзя было из-за скачков давления… Сейчас (10.30) шейка еле дотягивает до 6 см, сколько еще ждать полного раскрытия неизвестно, а времени в обрез, поэтому мне предлагают ехать в операционную на кесарево сечение.» Естественно, я согласилась. Подписали согласие и поехали. Галина Валентиновна положила мне руку на лоб и гладила по голове, пока мы не доехали. Было очень приятно, как-то по-матерински, очень успокаивало. Я сказала: «Какая у Вас рука холодная, как хорошо…».
В операционной анестезиолог объяснил про виды анестезии, выбрали местную, сказал, что про меня ему рассказали сразу, как он заступил на смену и они уже давно готовы к операции и ждали только меня. Если начну чувствовать боль, то введут лекарство и я усну, но тогда увижу ребенка уже после операции, когда проснусь. Мне привязали руки, положили на живот пеленку с квадратным вырезом, перед лицом повесили пеленку. Галина Валентиновна спросила: «Кого ждем?», я ответила – девочку, и операция началась. Анестезиолог и медсестра стояли около моей головы и рассказывали, что я должна ощущать, когда будет слегка неприятно. Я отдаленно почувствовала боль, и меня «усыпили». Правда, к концу операции я проснулась, меня как раз зашивали. Слышу врачи разговаривают о чем-то, смеются, пытаюсь им ответить, а губы кажутся здоровыми и тяжелыми. Когда заметили, что я что-то бубню, мне сказали «Ой, да ты нас уже подслушиваешь. Педиатр разрешила показать мне ребенка. 2850, 50 см, 8/9 по Апгар». Ее поднесли ко мне за пеленку уже вымытую и в пеленках. Я смотрю на нее снизу вверх, а она орет. У меня слезы на глаза наворачиваются.
Говорю: «Это моя девочка?»
Хор: « да»
Я: «Это мое солнышко?»
Хор сквозь смех: «Да».
Я: «Спасибо вам!!!»
Последнее, что сказала врач уходя: «Ну ты нас и повеселила». Мне стало так стыдно, я спросила, а что я говорила. Мне в ответ: «Ну, главное матом не ругалась, а то и такое встречается».
Самое интересное, что Галина Валентиновна каждый день приходила в послеродовую узнать как дела, советы давала, на вопросы отвечала.
В послеродовом лежала отдельно от ребенка, меня вела Масленикова Екатерина Юрьевна – очень хороший врач.
, приносили кормить каждые 3 часа. Все очень приветливые (включая уборщиц), детей приносят чистых, опрятных, на вопросы отвечают, помогают с кормлением (как правильно дать грудь, как подержать, когда срыгивает). Педиатры каждый день подробно рассказывают о состоянии малышей, так же с удовольствием отвечают на вопросы.
Очень много положительных эмоций и слов благодарности!! Ситуация была крайне не простая (узкий таз, белок в моче, слабая родовая деятельность, преждевременное излитие вод, экстренная операция кесарева сечения и еще какие-то медицинские термины). Успела полежать почти во всех отделениях роддома: патология, интенсивная терапия, предродовая (дважды), операционная, послеоперационная, послеродовая)))) Так что, если будут вопросы, обращайтесь, отвечу.
15 июня после посещения женской консультации весь день резал живот, тянул болел, было ощущение, что детенок давит в промежность. Пришла домой перестирала детские вещи, собрала сумки в роддом. Приняла душ и выполнила все процедуры. Вечером пошли гулять вокруг роддома, ходили-ходили и все-таки я решила зайти и проконсультироваться. Думаю, если ложные, то отправят домой. Срок 38-39 недель (пдр 26 июня). Пришла в приемную, осмотрели, сказали, что могу вступить в роды, а может и все отойти, но они не могут меня отпустить, срок доношенный. Поэтому меня забрали в предродовое, время было часов 9 вечера пролежала там до 4 утра, схватки ушли. Меня перевели в патологию для наблюдения, сказали, если анализы нормальные, то через 4 дня отпустим до родов. 17 пришел наш врач – Колян Армен Карапетович (слышала о нем много хороших отзывов, очень хотела попасть к нему и мне повезло). Во время осмотра углядел узкий таз (!). У него большой палец лег на одну костяшку, а средний без проблем лег на вторую – я была в шоке. Это у нас семейное (маму кесарили из-за этого), я даже и не думала об этом, так как в женской консультации мне ничего не сказали, хотя измеряли, да и попа у меня шире маминой намного. Очень напрягся по этому поводу. Я рассказала, что это у нас семейное, первый ребенок у мамы погиб, так как тащили вакуумом, а потом уже со мной ее кесарили. А я хочу рожать сама по-возможности. Мне ответили, что ребеночек предположительно 2900 родится, поэтому родишь сама. Еще заметил отеки, назначил срочный анализ мочи катетером. Через час пришел результат анализа. Армен Карапетович забежал в палату с медсестрой, сказал, что меня надо срочно обследовать по полной программе и в палату интенсивной терапии. Перевели меня в ПИТ, натыкали капельниц. Пришла врач Юшина Оксана Юрьевна, рассказала, что у меня нашли в моче белок, посмотрят на УЗИ кровотоки и в порядке ли ребенок, а дальше прокапают лекарств и будут следить за этим белком. Если он уйдет, переведут обратно в патологию ждать родов, так как шейка еще не готова. Сказали, что мы в очень хорошем положении, так как ребенок уже доношенный, если что можно стимулировать роды. На УЗИ кровотоки не нарушены. Провалялась целый день под капельницами, к обеду белка стало вдвое меньше, к вечеру ушел совсем. Утром опять появился. Пришла Оксана Юрьевна, начала расспрашивать про узкий таз, и как проходили роды у мамы. Мама приехала в роддом, поговорила с ней (как оказалось, что с первым ребенком, у нее тоже шейка не была готова к родам, ее стимулировали, но была слабая родовая деятельность еще плюс узкий таз). В итоге, было решено не ждать понедельника и провести стимуляцию. В 11.00 мне поставили палочки из морских водорослей (ламинарии, если не ошибаюсь), они механически стимулируют шейку матки (раскрывают ее). Так что с 11 утра у меня начались мини-схватки. В 18.00 у меня отошли воды, палочки оставили еще на 2 часа. В восемь вечера я пошла на кресло, палочки вынули, сняли остатки пузыря, отправили на клизму. Потом мне поставили катетер для эпидуральной анестезии. И я счастливая вступила в роды, мужественно терпела схватки, дышала, расслаблялась на схватке. Началась изжога, потом меня затошнило, при условии того, что я не ела с 14.00. Рвало желчью, а потом я начала отключаться. Дежурный врач Насирова Елена Олеговна посмотрела раскрытие, тихо сказала «е-мое, нам нужны хорошие схваточки» и попросила вколоть анестезию, вкололи анестезию. Я уснула, когда я периодически просыпалась, мне снова кололи анестезию. Проснувшись уже часов в 7 утра, посмотрела на КТГ, схватки зашкаливали, опять начало тошнить, анестезия отошла. Елена Олеговна посмотрела раскрытие (оказалось всего 4 см) и попросила еще вколоть анестезию. Только она уже не действовала. Началась пересмена, боли нарастали, кололи анестезию, но видимо уже не брала она меня. Я начала сходить с ума и паниковать, ребенок без вод уже более 12 часов. Сказала акушеркам: «Извините, но я буду орать… » Я выла, ныла, начала просить прокесарить меня, так как я боюсь за ребенка, ерзала на кровати, садилась на утку, вставала на четвереньки.
На дежурство заступила новая смена – врач Усатенко Галина Валентиновна. В 10 утра она подошла ко мне, посмотрела раскрытие, попросила не паниковать, сказала, что ребенок чувствует себя лучше чем я и ее КТГ в норме, а воды официально отошли не в 18.00, а в 20.00, когда снимали палочки, убрали кусок пузыря с остатками вод, поэтому время еще есть тем более в первые роды этот безводный период может длиться до 18 часов. Потом она спросила меня как рожала моя мама, я рассказала. Она заверила меня, что у нас все будет в порядке, и попросила не волноваться. Вернувшись через полчаса, мне наконец все объяснили: «Когда сняли палочки и остатки пузыря, я вступила в роды, начались схватки, шейка раскрывалась, поэтому меня и тошнило. Когда прошло несколько часов и схватки начали значительно усиливаться, шейка начала закрываться, в результате у меня поднималось верхнее давление на схватке до 150-155, после схватки падало до 109. Поэтому –то я и отключалась периодически, мне ввели анестезию, схватки пошли очень хорошие, но к семи утра шейка открылась только на 4 см. Стимулировать меня нельзя было из-за скачков давления… Сейчас (10.30) шейка еле дотягивает до 6 см, сколько еще ждать полного раскрытия неизвестно, а времени в обрез, поэтому мне предлагают ехать в операционную на кесарево сечение.» Естественно, я согласилась. Подписали согласие и поехали. Галина Валентиновна положила мне руку на лоб и гладила по голове, пока мы не доехали. Было очень приятно, как-то по-матерински, очень успокаивало. Я сказала: «Какая у Вас рука холодная, как хорошо…».
В операционной анестезиолог объяснил про виды анестезии, выбрали местную, сказал, что про меня ему рассказали сразу, как он заступил на смену и они уже давно готовы к операции и ждали только меня. Если начну чувствовать боль, то введут лекарство и я усну, но тогда увижу ребенка уже после операции, когда проснусь. Мне привязали руки, положили на живот пеленку с квадратным вырезом, перед лицом повесили пеленку. Галина Валентиновна спросила: «Кого ждем?», я ответила – девочку, и операция началась. Анестезиолог и медсестра стояли около моей головы и рассказывали, что я должна ощущать, когда будет слегка неприятно. Я отдаленно почувствовала боль, и меня «усыпили». Правда, к концу операции я проснулась, меня как раз зашивали. Слышу врачи разговаривают о чем-то, смеются, пытаюсь им ответить, а губы кажутся здоровыми и тяжелыми. Когда заметили, что я что-то бубню, мне сказали «Ой, да ты нас уже подслушиваешь. Педиатр разрешила показать мне ребенка. 2850, 50 см, 8/9 по Апгар». Ее поднесли ко мне за пеленку уже вымытую и в пеленках. Я смотрю на нее снизу вверх, а она орет. У меня слезы на глаза наворачиваются.
Говорю: «Это моя девочка?»
Хор: « да»
Я: «Это мое солнышко?»
Хор сквозь смех: «Да».
Я: «Спасибо вам!!!»
Последнее, что сказала врач уходя: «Ну ты нас и повеселила». Мне стало так стыдно, я спросила, а что я говорила. Мне в ответ: «Ну, главное матом не ругалась, а то и такое встречается».
Самое интересное, что Галина Валентиновна каждый день приходила в послеродовую узнать как дела, советы давала, на вопросы отвечала.
В послеродовом лежала отдельно от ребенка, меня вела Масленикова Екатерина Юрьевна – очень хороший врач.
, приносили кормить каждые 3 часа. Все очень приветливые (включая уборщиц), детей приносят чистых, опрятных, на вопросы отвечают, помогают с кормлением (как правильно дать грудь, как подержать, когда срыгивает). Педиатры каждый день подробно рассказывают о состоянии малышей, так же с удовольствием отвечают на вопросы.
