Современное материнство - очень забавная вещь. Всю сознательную жизнь тебе показывают рекламу с младенцами, у которых щеки достают до плеч, а «мимимишность» - до луны и их матерей с лицами, на которых застыло счастье. На самом деле, это технический прогресс. С фотошопом у меня на лице легко может застыть Дастин Хофман. Это ничего не значит. И мы, современное поколение, смотрим на это всё и впитываем. А кто-то даже вожделеет.

Некоторым, как мне, повезло больше и мы немножко в курсе. У меня брат на 10 лет младше, поэтому уже в 13 лет я знала, что такое каждый день забирать его из садика и что такое два часа гулять на детской площадке, где из существ разумных только три чьих-то бабушки и такса Сонька. Так же я знала, что такое просыпаться в субботу в 8 утра от того, что по тебе едет металлический самосвал. Я это очень хорошо помнила, поэтому ребенка сознательно захотела ближе к 30-ти. Девочку.

Еще мне посчастливилось жить в коммуналке и стать свидетельницей того, как у нашей соседки родился третий ребенок. Я помню, как сама еще ребенком, заходила к ним в комнату, в гости, и видела, как не диване сидит всклокоченное нечто и кормит младенца грудью. У всклокоченного нечто был пустой взгляд и какая-то ветошь, обмотанная вокруг лба, с целью изгнать головную боль. Нечто не улыбалось и счастье не источало. Ребенку был месяц. Фотошоп завис бы еще на бровях.

Ровно в семь утра, как и было заявлено, подъемный мост, грохоча цепями, опустился.

Очередь дрогнула и подровнялась, но решетку не поднимали до одиннадцати и никто не выходил.

Наш 4-месячный сын не любил ездить в автокресле. Во время поездок устраивал скандалы, истерики, иногда, конечно, засыпал, если подгадать поездку под сон. Внутри кресла ремнями не пристегивали, чтобы лишний раз не нервировать малыша. Я его брала на руки, давала грудь, чтобы он успокоился.