4 часа утра. Настя начинает тихонечко хныкать и поскуливать.
- Насть, ты чего?
Две секунды молчит и опять тихонько хнычет. Подхожу, наклоняюсь:
- Насть, ты что плачешь?
- Потому что меня никто не любит!
- Я тебя люблю. Иди сюда. Глупости всякие говоришь, - беру Настю вместе с одеялом и тащу к нам в кровать. Боря, сонно:
- И я тебя люблю!
Настя забирается под одеяло, прижимается ко мне, замолкает. Через минуту говорит уже совсем другим голосом:
- Мам, ты ЖАЛКАЯ.
- ?!?!
- Как медведь.
Я жалкая, как медведь?
- Да, просто от тебя идет жаR.
Еще у нее появилась странная привычка ныкать чьи-нибудь вещи. В воскресенье спрятала мои очки, я уже везде обыскалась, Боря надо мной слегка глумился, что, мол, осознаннее надо быть, чтобы помнить, что куда положила. Села, вспоминала, вспоминала - ну хоть ты тресни, ну я на стол их положила, и потом не брала. Методом исключения заподозрила Настю.
- Насть, ты не видела мои очки?
- Ну КОНЕЧНО ЖЕ, видела!
Пошла, достала мои очки из шкафа, где лежат Никитины учебники.
Юля говорит, это она специально так делает, "чтобы ей потом спасибо говорили".
Сегодня утром Настя заныкала Юлины туфли. Юля чуть с ума не сошла - а Настя полезла за диван, рылась там, рылась - и достала Юлины туфли. Высказали мы с Юлей Насте свое "фе" по этому поводу.
