Вчера был день неофициального празднования экватора моей беременности. Он принёс мне приятную прогулку по городу и много тревожных мыслей. Я вспомнила, как, узнав о своём состоянии, ещё не вычленяя конкретных страхов и тревог о будущем, подумала, что обязательно сохраню себя, не растворюсь в быту, ребёнке, разговорах о поликлиниках и врачах, переедании, растяжках и лишних килограммах. Мне очень хотелось, чтоб одной из целей этого периода было не только рождение здорового ребёнка и сохранение таких дорогих ,но шатких, отношений с любимым человеком, а и сохранение собственной личности в новых для меня условиях, абсолютно и бесповоротно новых обстоятельствах потери работы и финансовой, а за ней и ментальной, независимости. 
Быть домохозяйкой я никогда не мечтала, не мечтала и стать женой, и примерной матерью семейства, не мечтала про дом-полную чашу, мне хотелось другого, но судьба распорядилась иначе, и в этом я ей безоговорочно покоряюсь и благодарю. Но значит ли это, что мне обязательно становиться прилежной хозяйкой с меламом в одной руке и мочалкой в другой, превращать свои выходные в бесконечные влажные, генеральные или просто уборки, закупки, поездки к родителям и готовку? Во мне ведь нет кнопки, после нажатия которой я меняю аватарку Вконтакте на фото малыша и начинаю репостить про счастье-милый-рядом-пузико-растёт…
Я хорошо помню, как не хотела никому рассказывать о том, что со мной случилось, как мечтала сохранить это в тайне до самых 9ти месяцев. И отчётливо заметила момент, когда вопросы знакомых и приятелей поменялись от набора «Ну что, ты там ещё замуж не вышла?», «Скоро 30, что ты себе думаешь?» на «А Максим рад?», «А когда вы собираетесь расписываться?», «Как токсикоз?» (это слово вообще заменило вопрос «Как дела?» и стало эфемерной частью меня). После стандартного набора обычно следует какой-нибудь дикий рассказ про знакомую или знакомую знакомой (почти у каждой женщины, оказывается такая есть), ребёнка которой уронили во время родов, что-то ему сломали, или нечто на подобии про страшных врачей и всю гнилую систему медицины в нашей стране. А в это время во мне происходят совсем другие процессы и волны, описать и разложить которые, я это точно теперь понимаю, просто жизненно необходимо.
Я вовлекаюсь в эту ужасную игру и чувствую, как растворяюсь, как теряю самое главное – ощущение собственной значимости. Парадокс… Вокруг меня создали атмосферу заботы, правильного питания и отдыха, меня, образно говоря, обслуживают без очереди и уступают место в транспорте, родные и близкие работают на мой комфорт и культивируют любое моё желание беспрекословным выполнением, берегут меня, как священный Грааль, чахнут надо мной, как над сокровищницей. Моя же задача проста и сложна одновременно – родить здоровую малышку на радость всем. И мне бы хотелось, чтобы частичка этой радости досталась и мне, частичка искренняя, чистая, настоящая, в которой не придётся лжесвидетельствовать, что всё, о чём я думаю и мечтаю связано с ребёнком и семьёй.
Вся моя жизнь меняется необратимо, а с ней корёжится и деформируется моё нутро, и никому не известно, как я запою через пять месяцев.
