Я уже и не надеялась, что заполучу такую желанную Русалочку с илл.Бирмингема да еще и на русском языке. Ведь не так давно я ее заказывала на английском языке, и мне пришел отказ из магазина, теперь я понимаю, что это была не случайность.
Теперь, когда эта книга у меня, я не перестаю любоваться иллюстрациями. Не зря Русалочку Бирмингема часто называют лучшей Русалочкой. Художник как нельзя лучше смог передать образ юной, хрупкой и трогательной Русалочки, ведь в начале книги ей только 10 лет, а когда она спасает принца - 15. Например, у Ломаева она не такая юная, на мой взгляд. И у Бирмингема нет ни одного рисунка с голой грудью русалок, а у Ломаева сколько угодно, но ведь как гласит рекомендация в начале книги, книга предназначена для детей от шести лет и Русалочка Бирмингема более уместна в этом возрасте. Я нисколько не хочу принижать достоинства иллюстраций Ломаева, мне они безумно нравятся, особенно его подводный мир, и обе книги будут жить рядом у меня на полке, но они совсем разные и я хочу, чтобы вы это почувствовали. (Фото под катом)
Раз уж речь зашла о Русалочке Ломаева, то, пожалуй, сравним тексты. Они разные.
У Бирмингема: адаптированный перевод Анны и Петра Ганзен, у Ломаева - Анны Ганзен. Также я сравнила перевод с моими книгами из детства, Русалочка была у меня только в сборниках, одна с илл. Траугот 1990 г., вторая с илл.Гольц 1986 г. и там переводы Анны Ганзен разные и частично не совпадают с переводами новыми. Так что теперь у меня 4 разных перевода. Старые сравнивать не буду, лучше приведу несколько цитат из новых книг.
Б. (Бирмингем): « Далеко в море вода синяя-синяя, как лепестки самых красивых васильков, и прозрачная, как хрусталь, только очень глубока - так глубока, что никакого якорного каната не хватит, чтобы достать до дна. Много колоколен надо поставить одну на другую, чтобы верхняя показалась на поверхности. Там, на дне моря, живет подводный народ.
Только не подумайте, что там, на дне, один голый белый песок; нет, там растут невиданные деревья и цветы с такими гибкими стеблями и листьями, что они шевелятся как живые, при малейшем движении воды. Между их ветвями снуют рыбы, большие и маленькие, совсем как птицы в воздухе у нас наверху.»
Л.(Ломаев): «В открытом море вода синяя, как лепестки красивейших васильков, и прозрачная, как тончайшее стекло. Но зато и глубоко же там! Так глубоко, что никакие якори не достанут до дна, и на него пришлось бы поставить немало колоколен одну на другую, чтобы верхняя высунулась из воды. На дне морском живут русалки.
Не подумайте, что там только голый белый песок. Нет, на дне растут удивительные деревья и цветы, с такими гибкими стеблями и листьями, что они шевелятся, как живые, при малейшем движении воды. В этой чаще шныряют маленькие и большие рыбы, точь-в-точь как у нас птицы в лесу.»
Согласитесь, что «колокольня показалась из воды», лучше, чем «высунулась». И «снуют рыбы» мне больше нравится, чем «шныряют».
Б.: «Странное дитя была эта русалочка: тихая, задумчивая… Другие сестры украшали себя разными разностями, которые находили на затонувших кораблях, а она любила только свои красные как солнышко цветы да еще красивую мраморную статую. Это был прекрасный юноша, высеченный из чистого белого камня…»
Л.: «Странная девочка была эта русалочка - такая тихая, задумчивая… Другие сестры украшали свои садики разными разностями, добытыми на затонувших кораблях, а в ее саду были только алые цветы, похожие на далекое солнце, да прекрасная статуя мальчика из чистого белого мрамора…»
Б.: «Прежде чем взойдет солнце, ты должна вонзить этот нож в сердце принца, и тогда твои ноги опять срастутся в рыбий хвост…»
Л.: «Прежде чем взойдет солнце, ты должна вонзить его в сердце принца, и, когда теплая кровь его брызнет тебе на ноги, они срастутся в рыбий хвост…»
В книге с илл.Ломаева мне больше нравится объяснение для чего нужно вонзать нож в сердце принца, чтобы теплая кровь брызнула на ноги и они срослись. И еще в книге с илл.Ломаева есть последний абзац, которого нет в книге с Бирмингемом, вот он, я его приведу:
«-Через триста лет мы вот так же поднимемся в Божье царство!
-А может быть, и раньше! - прошептала одна из дочерей воздуха. - Невидимками влетаем мы в жилища людей, где есть дети, и, если находим там доброе, послушное дитя, радующее своих родителей и достойное их любви, мы улыбаемся.
Ребенок не видит нас, когда мы летаем по комнате; и, если мы радуемся, глядя на него, наш трехсотлетний срок сокращается на год. Если же мы встречаем злого, непослушного ребенка, мы горько плачем, и каждая слеза прибавляет к долгому сроку нашего испытания лишний день!»
Очень трогательно. Мне даже кажется, что эту концовку я читаю впервые.
Выбрать одну из двух книг очень сложно. Обе книги хорошего качества, отличная бумага, печать иллюстраций, переплет. Русалочка с илл. Бирмингема с буквой "Ё" и напечатана в Латвии, а с илл.Ломаева в Твери. В книгу "Сказки" с илл.Ломаева вошли еще "Гадкий утенок", "Стойкий оловянный солдатик" и "Дикие лебеди".
Извиняюсь за качество фото, получились очень темные, в жизни намного светлее.
