Как мы лежали в Тушинской больнице

Как мы лежали в Тушинской больнице

В четверг, 20.02.2020, ничто - за исключением дурного сна про Тёму - не предвещало напастей. Я как обычно пришла за Тёмой в школу, дождалась его, он вышел… и я чуть в обморок не упала. На лбу - я увидела даже при одетой шапке - сияла здоровенная шишка. Такой шишки у него не было еще никогда. Хотя падал он раньше частенько.

Я в шоковом состоянии спрашиваю «Что случилось?» - «Я упал…». Сажаю на диван и пытаюсь дозвониться учительнице, которую вижу внизу в раздевалке. Телефон не доступен. Машу ей руками через стекло, с просьбой подойти. Она удивленно так - мне? Да, вам, киваю.

Пришла. Показываю. «Ой.. ну он упал, плакал, но было всё нормально..» «Вы о чем говорите? Какое нормально? А если у него сотрясение? Судя по шишке, удар был сильный - что случилось, как?» «Ну я не видела.. Он сказал в туалете…» «А что ж вы мне не позвонили? У вас медсестра-то есть хоть?» «Ну она вообще есть, но сейчас уже, наверное, ушла..»

Вижу, что путного мне ничего не добиться, увожу ребенка домой. Как назло, в тот день папа нас не встречал на машине, и мы тащились 20 минут пешком с ним до дома.

Дома я всё-таки приняла решение позвонить в скорую и хотя бы показать им шишку, потому что мало ли что. Вторая причина вызова - мне надо было зафиксировать травму на бумаге.

Скорая посмотрела, предложили проехать в травму. Я согласилась. Только в травме, слушая разговор с пациентами перед нами, поняла, что нас могут оставить. Дома мне это в голову не пришло, а скорая сказала, что, вероятно, сделают снимок и отпустят - по ребенку не видно ничего критичного. Но лучше перестраховаться, т.к. реакция может наступить позже. Поэтому я с собой не брала вообще ничего, только рюкзак с документами и телефон.

Коровинский травмпункт был к тому времени уже закрыт, он не круглосуточный, поэтому повезли нас сразу в Тушинскую… Ехали прилично по времени, Тёма лежал на каталке.

В приемном сделали рентген, кости целы. За пальцами следит, рефлексы в норме. Уже там я заметила, что на противоположном от шишке ухе (правом) у него след от удара, и след виден даже немного на щеке. Но синяк на ушной раковине. И далее идёт полоса на щеку. В приёмном даже лора пригласили, для порядка, посмотреть ухо на всякий случай.

Расспрашиваю - как упал, обо что. Ладит - об дверь. Но мы так поняли по характеру травм, что удар об дверь пришелся на ухо и щеку, т.к. полоска. Далее его дверью сшибло с ног, и лбом он ударился об пол - поэтому и шишка такая. Пишу и трясёт, как представлю его боль…

Предложили остаться понаблюдать. Даже, я бы сказала, настоятельно посоветовали. Я подумала - ночь полежим и отпустят, согласилась. Папу, который ехал следом, думая, что нас надо забирать, прогоняли зря.

Поднялись в отделение нейрохирургии. С нами поднимали еще девочку, у неё была и тошнота. Еще одну девочку отвезли в травматологию с переломом… Время уже было к 12ти ночи, Тёма вымотался, я с работы фактически, даже чаю дома не успела хлебнуть.

Дежурная врач в отделении снова провела все те же манипуляции, расспросы и т.д. Вердикт - мы вам в любом случае напишем сотрясение, т.к. удар сильный и падение с высоты роста. Достоверно нет такого анализа, который говорит, есть сотрясение или нет. При таких травмах пишем сотрясение. Поэтому ложимся наблюдаться, наблюдать надо будет три дня, т.к. бывает отложенная реакция на третий день, когда сначала всё вроде бы хорошо, а на третий день резко ухудшение. Завтра вас осмотрит окулист, сделаем Эхо-Эг. Только с семи лет мы не даем больничный. «То есть как - не даете?!» «У нас с семи лет посещения, а родители не лежат. Приходите утром и вечером можете уходить» «Я его одного не оставлю». «Вы как хотите, только кровати не предоставляем, больничный не даём и не кормим родителя». «Хорошо». «Вот баночка для ОАМ, кровь завтра возьмут».

Привели в палату. Мы в сапогах с бахилами, с куртками и т.д. Тёма уже на ходу засыпает. Кровати без бортиков, а он дома с бортиком спит (пробовали дома снимать - он на вторую ночь упал, поставили обратно). Свалила куртки на стул, пошла попросить попить себе. «А у нас нет стаканов. Идите поищите в кухне может после ужина немытые остались, помоете и возьмите». Я заглянула в кухню, но там ничего не было… Вода стоит на посту, а попить никак. Ладно, легла спать так. Туалет оказался на приличном расстоянии от палаты. Отдельно детский, отдельно для мам. Отвела его, себя и пошли спать. Всю ночь я, конечно, не спала. Висела с краю кровати, одной рукой держала его, чтобы не упал. Укрылась его кофтой. Свою кофту я даже из дома не взяла - накинула куртку прямо на футболку…

Он поспал нормально. Я спросила у медсестры, как обычно отпускают. Какие шансы. Она говорит - ну сегодня точно нет (была пятница), т.к. анализы возьмут, а без результатов не выпишут, в субботу только если.

Утром первым делом наворчали, что верхняя одежда в палате. Надо отнести в раздевалку! Раздевалка в другом конце коридора, у черта на куличках.

Всё сделали как обещали. Взяли анализы, осмотрел окулист, сделали эхо-эг. Всё без замечаний. Пришел какой-то консилиум во главе с заведующим - у них обход сначала группой, потом отдельно сам врач приходит (система ппц). Заведующий не расспрашивает, ему просто докладывают, кто у него в какой палате с каким диагнозом. Про нас спрашивают - тут мальчику семь лет - как быть с больничным? Он говорит: больничный даём, у нас до 15 лет даётся. Ушли. Странные порядки. При этом вывеска в правилах, что дают до семи, а с семи на усмотрение…

Ходили всё это время по отделению мы в сапогах и ботинках, в бахилах. «Почему в сапогах?» «Ну не босиком же нам ходить! нам некому пока привезти, привезут вечером»

Дальше пришел врач, уже один. Расспросил, посмотрел. Какие у нас перспективы, спрашиваю. Ну три дня смотрим, дальше в понедельник - а нет, понедельник выходной - во вторник если всё в порядке, выписываем.

Блиииин… Во вторник… Только тут до меня дошло, что мы загремели на все длинные выходные..

Едят ребята в столовой, система такая же, как в роддоме. Взрослые, которые ночуют с детьми от 4 до 15 лет, стоят рядом с детьми и облизываются. Либо присаживаются на свободный стульчик и кормят чадо. При этом еды остаётся до фига. Подростки и многие дети не согласны есть больничную еду. Я доедала за Тёмкой по паре ложек. Однажды подошла попросила лишний сок, который всё равно остался - Тёма смотрел на него и очень хотел. Разрешили взять. Взяла чашку с собой в палату, чтобы хотя бы было из чего пить.

Надо сказать, что от нашего дома до Тушинской больницы минут 25 если совсем без пробок. Но без пробок практически никогда не бывает, поэтому минут 40 в среднем. Папа наш только вышел на новую работу, где не очень жалуют отпрашивания и больничные. Бабушка с Дашей. Привезти нам тупо тапки, чашку и щетки было некому. Пятницу мы выдержали стойко, в сапогах, с чашкой из столовки и с грязными зубами. Благо, когда уезжали на скорой я кинула в рюкзак упаковку влажных салфеток (на случай тошноты)! Очень пригодились. Приехать предлагала Настя, невестка, но она с четырёхмесячной Соней, я как представила им тащиться, отказалась, подождем папу до вечера. И слава богу, что я так сказала, и они не поехали, как оказалось!

В пятницу вечером, уже под занавес, еле успел к нам папа! Ему надо было заехать домой, быстро собрать всё необходимое, заехать в магазин купить мне что-то поесть и мчаться к нам. Приехал, когда посещения прекращаются. Но его пропустили. Я попросила только самое необходимое, чашку вроде как взяла в столовой, поэтому не просила. Оказалось, зря, утром в субботу у нас её изъяли. Не положено! Он оставил мне свою кофту, вместо одеяла. Я её в итоге использовала как подушку.

Напихавшись булками и йогуртами под завязку (привет, гастрит), легли спать.

И даже в субботу утром ничто не предвещало. Мальчику на соседней кровати принесли Лего, парни оживились, и все втроем стали его собирать. Тёма был весёлый, активный, обычный. Единственное - на завтраке отказался от каши. Ну я подумала, что не понравилась просто, съела сама за ним, его ложкой. Творожок тоже доела за ним.

Вдруг он сказал, что болит живот. Где-то часам к 11-12ти дня. Прилёг. Я подумала на Имунеле, который он выпил натощак. Полежал, попросился в туалет. В туалете у него ничего не получилось, пришли обратно. Лёг, стал засыпать. Что на него в принципе не похоже. Странные дела, подумала я. Не обещанная ли это сонливость после удара? Положила его на бок, на всякий случай. Начал покашливать. Я сразу поняла. Подняла его быстро, раскидала по сторонам крупную одежду (я спала на кофте Игоря вместо подушки), телефон и игрушки, его начало рвать. Соседка - ой, это от сотрясения, что ли? Говорю - ну наверное, да, третий день, как обещали, позовите кого-нибудь..

А звать некого. На посту никого. Мимо шла уборщица, у неё были мусорные пакеты. Видимо, ей это не впервой - она нам вставила пакет в пакет и дала, чтоб нам никуда не бегать. Сняли всю постель. Слава богу, Тёма не уделался сам, ибо переодевать мне его было не во что. Накануне я попросила ему только запасную футболку привезти, а штанов не просила. Я же помнила, что мне все вещи придется тащить обратно самой. Тогда я еще планировала возвращаться на метро…

Рвало его на протяжении какого-то времени еще несколько раз, раз пять, может шесть. Несколько раз он просился в туалет, но в туалете ничего не получалось. Один раз до туалета мы не добежали, и мне пришлось немного застирать ему штаны. С каждым разом возвращаться из туалета было всё сложнее, его шатало. Оставлять одного я не могла, так как он не понимал, когда его начинает рвать. Раковина была в палате.

Медсестры даже не подошли. Я сама бегала на пост (благо рядом), просила тазик (нету, возьмите горшок - вооооон там в санитарной комнате найдёте), просила врача (вызвали, ждите), говорила, что ребенок просит пить (не поите, нельзя!)

Когда, наконец, заглянули: обувь нужно в раздевалку! Мля, ребенка рвёт, не могу оставить, какая раздевалка?! она далеко!

Наконец, пришел сначала дежурный врач. Расспросил, обратил внимание на попытки поноса и жалобы на живот. Сказал, что это не травма, а инфекция, и пришлёт педиатра. Тёма к этому моменту практически всё время спал. Или блевал. Иногда вскакивал, орал - КАКАТЬ! - я снимала его на пол на горшок, ничего не получалось, поднимала обратно, и он отрубался мгновенно. Бледный, губы бело-голубого цвета.

Как и ожидалось, позвали делать церукал. Я его вела под руки, в процедурке начал заваливаться, белый как мел, я поймала, подняла на кушетку, сделали укол. Укол не помог. После церукала рвало однофигственно. Впервые вижу, чтоб церукал не остановил рвоту.

Пришла педиатр, осмотрела, расспросила. Инфекция, будем вас переводить в инфекционное. Я немножко выдохнула, всё-таки инфекция исход получше, чем от сотрясения.. Только там сейчас мест нет, ждите пока тут. Соседей из палаты как ветром сдуло. И я их понимаю!

Медсёстры пришли за Тёмой, поставить ему катетер. К тому времени уже предложили нам не ходить, а ездить на кресле. Повезла его в процедурку. Меня оставили за дверью. Через пять минут вывезли. Без катетера. Не смогли найти вену. Обезвожен.

Развели регидрон, велели давать по одному кубику из шприца, каждые 5-10 минут. Он просил пить, я только 1 мл за щеку, он тут же спать… Как начали регидрон - рвоты больше не было.. Ждали мы перевода в инфекционку до вечера, темнеть начало, я на время не смотрела. Только поила его регидроном по 1 мл и переписывалась с мамой по вотсапу.

Наконец, за нами пришла медсестра, сказала собирать все вещи, включая верхнюю одежду, обувь и всё из хол-ка. Она везла Тёму, я тащила шмотки. И вещей вроде немного, но набралось так, что еле дотащила. Два лифта, длинный-длинный подвал. Прямо - патологоанатомическое отделение, налево инфекционное… Жутко. И белый, как мел, Тёма на кресле-каталке. Одела ему уличные брюки, благо зима. Хлопковые-то я застирала.

Привезли туда, там боксы, с туалетом и ванной при боксе, меньшим метражом и тремя кроватями. Еду приносят в окошко. В этом отделении есть свои плюсы по сравнению с нейро.

Все три пациента нашей палаты поступили практически одновременно. Тёма был самый плохой. Он лег и тут же уснул на клеёнке. Принесли постельное, я застелила и он снова уснул. Спал он так и на второй день тоже… Врач пришла тут же. Осмотрела, констатировала обезвоживание, покачала головой, что до сих пор без капельницы. Регидрон Тёму немного оживил, до процедурки тут он дошёл сам, с моей помощью. Поставили катетер, вены нашлись. Поставили очень удачно, в кисть, а не в локоть, как всем. Тут же привезли капельницы, всем троим. Еще был мальчик восьми лет и девочка, 5,5 лет, она с температурой высокой уже и стонала. У мальчика и девочки был кашель.. Ну понятно, подумалось мне.. Дальше нас ожидают сопли и кашель.

К ночи у него поднялась температура. Вставляла свечку. Далее всю ночь, всё воскресенье, понедельник и половину вторника я сражалась с температурой. Такой температуры у Тёмы не было еще никогда. Максимальный подъем я зафиксировала 38,9. Градусники там дебильные, электронные, перемеряла по три-четыре раза, они врали, и я научилась понимать по степени горячести, насколько дело плохо. Чередовала свечки и сироп, обтирала водой: из влажных салфеток сделала себе комок, который мочила в раковине и обтирала ему ноги, выше ему было неприятно. Еще на подъем температуры он покрывался мурашками. Это значило, что пора приготовиться и скоро надо будет сбивать…

Игорь собирался приехать к нам в субботу и привезти мне супа, так как всю субботу я ничего не ела, только утром Тёмкину кашу. Но в инфекционку уже нельзя приезжать, а передавать можно только строго определенные продукты. Но ему удалось передать мне суп в термосе. Никто не понял, что там был термос, и я поела, когда Тёма спал под капельницей.

В этом отделении всех мам сразу поставили на питание, и больше возить еду не было необходимости. Больничный тут тоже полагается естественным образом. Я неприхотлива к еде и мне хватало вполне, к тому же сильно есть мне и не хотелось уже. Плюс Тёма сначала часто отказывался от еды и я доедала за ним тоже (ему капали глюкозу, на ней есть не хочется).

Спать здесь тоже было в разы удобнее. Все три кровати стояли у стен, поэтому деток можно было не держать. Вдобавок две из трёх кроватей (включая нашу) были оборудованы складывающимися бортиками, можно было поднять при необходимости, но нам не понадобилось. Здесь мы спали валетом. Я научилась определять температуру по темкиным ступням ) Вместо подушки у меня была всё та же Игоря кофта, обернутая полотенцем ) Одеяла нам здесь хорошо хватило одного на двоих )

В воскресенье, понедельник Тёма спал, слушал аудиосказки, снова спал. Немножко ел. Рвота больше не повторялась, но начался конкретный такой понос. Когда я говорила с педиатром и рассказывала, что в три года он из сада притащил рвоту, заразил всю семью, но прошло всё довольно быстро у всех, она сказала, что вероятно, тогда у нас был какой-то норавирус, а вот сейчас больше картина ротавируса. Банки дали на два анализа - общий и ротавирус.

Все дни вплоть до четверга делали капельницы. С того отделения продолжили давать диакарб и аспаркам. Но хотя я их начала давать в нейрохирургии, с началом рвоты я их давать прекратила. Куда ему мочегонные, ели у него обезвоживание. Также давали Диосмектит, и еще горстку таблеток (аципол, мезим, еще что-то). Я давала только порошок от поноса.

Почти вся еда его устраивала (он любит поесть, поэтому ему норм). Не ел только гречку, которая шла для детей, и я скармливала ему свою гречку, которая для мам (подслащеная и с добавлением молока). Отварное мясо тоже не ел (его и я не ела, хотя я неприхотлива). Супы все уходили на ура, котлеты и гарнир примерно по половинке. Компоты и чаи несладкие пить отказывался, поэтому пил только воду. Воду приносили в бутылках по 0,5 ежедневно. Также стояла кипячёная у поста.

В понедельник во второй половине у него потекли сопли. Я уже смирилась со всем и просто плыла по течению. Лёг спать с заложенным носом и подкашливая. Что удивительно - просто себе на память для обрисовки картины вируса - наутро вторника от соплей и кашля не осталось и следа!

Меня догнало во вторник. Утром проснулась от урчания в животе. Побежала. И так весь день. Мне не хотелось афишировать, чтобы не выгнали. Видела, как двух женщин в эти дни увозили по коридору на каталках. Меня Бог миловал, обошлось одним днём, без рвоты и температуры. Ну может и была невысокая, но к утру среды почти всё прошло. Я попросила Игоря привезти мне во вторник вечером неосметин и парацетамол. Он закопал и спрятал препараты в прокладки и трусы и передал без проблем. Я выпила сама и Тёмке стала давать вместо больничного свой препарат, он дороже и качественнее, а действующее вещество одинаковое и дозировка одинаковая. После того, как заменила препарат, понос у него остановился сразу (может, так совпало).

Во вторник выписали первого мальчика (подкашливающего). Вместо него к нам подселили годовасика )) Но ночь прошла спокойно, и чудесная девочка Мирослава плакала только на ночь. Утром же и весь день потешала Тёму и другую девочку, Аню. Подселяют обычно выздоравливающих к выздоравливающим. Свежачок, насколько я поняла, не подселяют.

Аню и Мирославу выписали в среду ) Мы остались одни буквально на час, и вскоре к нам привели девочку.

Девочку привели со словами, что я не с ней, она одна, без мамы. «Она из интерната» - шепнула мне женщина, видимо, бывшая соседка по палате…

К такому я была не готова. Параллельно с этим у Тёмы начался кашель. И видно, что свежий, т.е. только начинающийся. Я на нервах, а тут девочка, которая со входа сразу подскочила к нашей кровати, нашей тумбочке, начала хватать наши вещи и т.д.

Таня Морозова ходит всегда на цыпочках. Ей шесть лет. Она рисует злых тёть, не умеет не только читать, но и считать до десяти. Она начинает путаться после двух - один, два, а потом…четыре.. или пять? Она не знает названия месяцев, путает дни недели. «Когда мне было двенадцать… а сейчас мне шесть». Любимая сказка у неё Колобок, а про Теремок и Репку она не слышала. Маму зовут Настя, а папу Максим. Бабушка у неё тоже есть.. Но живёт она «в приюте». «Потому что к нам приходили гости, мама начинала ходить вот так (показывает, шатаясь), а потом мама и папа начали драться, а мама взяла нож и держала его за спиной, вот так, и хотела бабушку резать, а я лежала на кровати и боялась.. Потом я убежала к какой-то тёте, там я побыла, и потом меня привели в приют. Приют мой дом родной. Только меня бьют…»

Девочка Таня хочет стать врачом, но не выговаривает многие буквы, у неё логопедические нарушения, при которых путают местами буквы (леопард=арапард и так почти все слова), она ходит на цыпочках, боится оставаться одна, боится темноты. Она сама стирает свою одежду и сама собирает свои анализы в баночку. Да, анализы кала тоже. Она не может есть чайно ложкой суп, даже если очень хочется есть, потому что чайная ложка для чая. А если бы у неё был цветик семицветик, то её заветным желание было бы, чтобы Ясмина (подружка по интернату) перестала болеть…

Я приехала домой и наудачу вбила в поисковике Таня Морозова, 6 лет, интернат. Оказалось, в новогоднюю ночь была громкая история и девочку искала полиция. Её увели из дома родителей всего на ночь, чтобы вытащить из попойки, а затем привели в полицию…

«А когда вы уедете, мне куда идти? в другую палату? а вы мне скажете, куда идти? я одна боюсь, не уезжайте…»

За ней пришли до того, как мы уехали. Перевели в палату напротив, к другим выздоравливающим.. И она была для них нежелательным явлением, как и для меня накануне. Маленькая худая девочка в розовой футболочке, с беззубым ртом, не понимающая, что происходит, и рассказывающая про то, что мама её любит, просто пока не может забрать.. Одна в мире, в котором приносят, суют в рот таблетки и уходят, а воду - чтобы запить - ей не открыть… Где таблетки разносят в баночках и говорят, что их нужно съесть с едой. Но Таня кивает и через пять минут забывает, что это принесли и когда это нужно съесть. Где дают баночки для анализов при поступлении, но Таня не понимает, что это и зачем. Она поступила в субботу, как и мы. А в четверг утром оказалось, что она не сдавала ничего. Её можно было выписать раньше нас, но она не знала, что ей делать с этими баночками..

Никто не контролирует температуру, никто не помогает, когда рвёт (еще и отругают, что нагадил), никто не стирает трусы, если обкакался, и одежду запасную тоже никто не выдаст. Ей шесть лет и она одна. Случится что - никому не будет дела. Спишут с бюджета и снимут с довольствия.

У каждого ребенка при поступлении есть персональная медсестра - его мама / папа / бабушка, которые следят за температурой, бегают на пост и просят жаропонижающее, не спят и контролируют ребенка всю ночь, помогают, когда его тошнит, объясняют, что происходит и что нужно делать.

У Тани Морозовой нет никого и ей шесть лет. Только шесть лет. И ей некому завязать волосы в хвостик. Зато она кричит мальчику из соседней палаты через стекло: "давай поцелуемся!".

Я только вчера начала приходить в себя после всего этого.

Нас выписали в четверг. Я обратила внимание врача на кашель, но сказала, что мы справимся с ОРВИ дома с педиатром. Врач со мной согласилась.

Дома в пятницу утром я проснулась от неритмичного сердцебиения. То ли на фоне стресса то ли переутомления - обострилась то ли началась аритмия. Каждый день теперь периодически прихватывает: сердце сбивается с ритма. У мамы такое уже давно, она теперь на таблетках. Говорит, стресс меня накрыл после того, как всё закончилось. Наверное...

Даша в четверг ночевала у бабушки вместе с Игорем, я попросила привезти её только в пятницу вечером, чтобы я всё помыла-постирала из больницы и пронаблюдала, что у Тёмы будет с кашлем. У Тёмы, как и ожидалось, третья история, уже ОРВИ, но с этим мы уже справимся с педиатром, на больничном.

Вечером созвонились по видео с Дашей и я за первые же секунды увидела, что она стала моргать глазом. То ли волосы отращиваемые ей стали мешать, а их ей не закалывали без меня, то ли нервное, как бы то ни было, я повела её сегодня к окулисту. По зрению нарушений не обнаружено, теперь наш путь к неврологу.. Параллельно отстригла ей снова чёлку и запретила мультики обоим.

Мы как в другом мире побывали. Полгода где-то мы не имели дел с медициной, и я отвыкла от всего этого.

PS. моя мама позвонила в школу, высказала спокойным тоном наше ко всему этому отношение.. Про халатность и невнимательность учителя, про то, что я уже просила однажды быть внимательнее, но не помогло.. После этого они звонили, извинялись и прочее и прочее..

PPS. еще от двоих знакомых знакомых и от знакомых соседей по палате пришли вести о том, как в одном отделении Тушинской больницы цепляют ротавирус и дело заканчивается инфекционным отделением. Кто-то цепляет в травме, кто-то в нейрохирургии, кто-то в кардиологии. При этом там всё чисто, убираются и протирают часто, никого из соседей не тошнило, туалеты чистые, руки мы мыли..

Спасибо дочитавшим.

Берегите детей!