На украинско-румынской границе в селе Банчены (западная Украина) располагается необыкновенная обитель – Свято-Вознесенский монастырь. Здесь живет известный на всю Украину монах-усыновитель. У 48-летнего епископа Лонгина (в миру Михаил Жар) 332 ребенка. Многие из них ВИЧ-инфицированы, больны гепатитом С и ДЦП. Отец Лонгин забирает из детских домов и интернатов самых безнадежных, с тяжелейшими диагнозами детей и даже если не спасает их от смерти, то продлевает им жизнь в заботе и любви.
Пряничный городок
Своим детишкам батюшка отстроил великолепный приют в селе Молница, настоящий детский пряничный городок с цветами и сказочными фигурками. Для мальчиков, для девочек и для ВИЧ-инфицированных детей возвели три разноцветных корпуса. Мраморные лестницы оборудованы подъемниками для тех ребят, кому трудно самостоятельно передвигаться.
Здесь очень уютно и пахнет по-домашнему. В комнатах красивая мебель, ковры, множество игрушек. Везде – аквариумы с рыбками и цветы. За воспитанниками ухаживают 104 человека, из которых 65 – монахини, остальные – оплачиваемые сотрудники: медсестры, повара, воспитатели. Дети (кому позволяет здоровье) свободно бегают по корпусам, играют в шумные игры. Они часто подбирают на улице котят или щенков и приносят их в дом. Им не запрещают выхаживать животных, их добрые побуждения только приветствуются.
Для своих деток батюшка также построил бассейн, сауну, теплицу, стадион со специальным покрытием.
Однажды младшие дети попросили у папы – отца Лонгина – ролики. Он ролики купил – больше 200 пар, но оказалось, что кататься на них в деревне негде. Тогда на помощь приехали иноки из Банчен (монахи любят навещать детей, дарить им подарки на дни рождения) и проложили асфальт на заднем дворе приюта.
У архимандрита Лонгина много наград – церковных и государственных, в том числе и звание Герой Украины. Инок действительно стал для украинцев буквально национальным героем, но для своих нескольких сотен детей он просто папа, который окружил их заботой и любовью. Он и в футбол с ними играет…
До сих пор, несмотря на безумную занятость, отец Лонгин часто с утра сам варит суп для своих детишек! Когда он появляется в детском городке, ребята бегут к нему со всех ног: «Папа, папочка пришел!» Будучи не в силах дотянуться до каждого, чтобы обнять и поцеловать, батюшка ложится на пол, а малыши наваливаются на него сверху с визгами и хохотом: «И меня поцелуй, папочка! И меня!»
У самого отца Лонгина было трудное детство. Он очень бедно жил с матерью, уже в 11 лет вышел работать на ферму дояром. Один день учился в школе, второй – трудился на ферме. Пропускал много уроков, пришлось перейти на ночную работу скотником. «У меня были только одни штаны, мамины, - вспоминает архимандрит. - Ночью я убирал за скотом, а утром стирал свои штаны, обматывался простыней, надевал поверх нее мокрые брюки и шел в школу. Дети от меня шарахались – даже после стирки одежда воняла фермой. Друзей у меня не было – никто не хотел со мной играть».
А вскоре он остался сиротой. После смерти матери полгода пролежал в больнице. Как-то зимой стоял на улице, смотрел на дым, вьющийся над соседскими крышами, и вопрошал Бога: «Господи, почему у меня нет дров? Да ладно с ними, с дровами… Вот если бы мама была жива!.. Но нет ни мамы, ни тепла, ни семьи. Почему?!»
Поэтому когда в голодные 90-е, будучи молодым священником в храме села Бояны, отцом троих детей, Михаил Жар привез в детский дом молоко, он долго не раздумывал. Условия, в которых находились дети, настолько потрясли 27-летнего батюшку, что тот сразу забрал с собой двух малышей.
Немного погодя отец Михаил увидел в черновицком детском доме трехлетнего Ваню с ДЦП. Ему стало так жаль этого ребенка, что он убедил жену Лидию забрать мальчика. Малыша возили по святым местам, клали в ясли, где родился Иисус Христос. И он начал ходить! Сейчас ему 24 года, папа назначил его директором магазина. На все вырученные деньги Ваня накупает сладостей и раздает другим детям. После Ивана официально отец Михаил усыновлял детей до тех пор пока не переполнилось место в паспорте. Остальных он уже брал под опеку.
Обитель
В 1996 году отец Михаил принял постриг, стал иноком Лонгином, но это вовсе не означало, что батюшка оставил своих детей. Они переехали вместе с ним на новое место. По благословению он начал строить обитель, с первыми четырьмя монахами обживать пустырь. Местные жители хорошо знали батюшку и любили, как-никак до пострига он служил по соседству. Поэтому, когда началось строительство монастыря, помощников собралось много: работали на стройке, везли кирпич, бревна, продукты и деньги.
Со временем на территории монастыря выросло семь храмов, трапезная, братские корпуса, колокольня, фонтан, вольер с павлинами, конюшня для пони — малышей катать. Вместе со строениями росло и количество детей, опекаемых отцом Лонгином.
«Однажды отпевал я молодую женщину, - вспоминает архимандрит. - Была зима. Смотрю, после отпевания на могиле остались четверо мальчишек. Все ушли, а они стоят совсем замерзшие, в резиновых сапожках на босу ногу и не идут никуда. На улице мороз градусов 20. А самый маленький из них был еще крошечка. Я спрашиваю: «Что вы не идете домой?» А они мне говорят: «Мы без мамы не пойдем. Нам идти некуда». Отец-то от них ушел, а мама вот умерла. «Ваша мама теперь на небесах, - говорю. - Пойдете ко мне жить?». Кивают. Ну, я и привез их в монастырь».
Когда детей стало больше, чем монахов, начали думать о строительстве для них отдельного здания. Удобное место нашлось в четырех километрах от монастыря, в селе Молница. А в Боянах в то время на базе прихода образовалась женская монашеская община. Сестры и стали заниматься детьми.
Так и получилось, что теперь в Банченах – мужской монастырь (в нем сейчас – 86 монахов), в Боянах – женский (в нем – 120 монахинь), а в Молнице – детский приют. Отец Лонгин – духовник обоих монастырей.
При такой насыщенной жизни отец Лонгин не отличается здоровьем. Он перенес три инфаркта, две операции на сердце, удаление раковой опухоли и химиотерапию. В 2004 году во время операции у отца Лонгина остановилось сердце. Врачи не могли запустить его пять часов.
– Помню, я на минуту пришел в сознание и подумал: «Господи, если ты позволишь мне пожить еще немного, я построю собор Святой Троицы», — вспоминал архимандрит. - Бог даровал мне жизнь, и я сдержал свое обещание. Просил, чтобы люди приходили и клали по одному кирпичику в строящиеся стены храма. Собор строили пять лет. Сейчас это один из красивейших и крупнейших православных храмов в Европе.
Приют для отверженных
В 2002 году в доме малютки отец Михаил увидел двухмесячную Ларису. От нее отказалась мать, потому что дочь была ВИЧ-инфицирована. Воспитатели держали ее запертой в отдельной комнате. Девочку вообще не брали на руки, а к кроватке подходили в маске и перчатках. Врачи предупредили батюшку, что СПИДом могут заразиться все члены его семьи. Было страшно, но еще больше было жаль обреченного младенца. За одну ночь монахи провели воду в отдельную комнату, поставили в ней самую красивую кроватку. Потом отец Лонгин отправился в женский монастырь и сказал монахиням: «Я взял девочку с ВИЧ. Кто желает ухаживать за ней, понимая, что и сам может заразиться неизлечимой болезнью?» Вызвались сразу несколько человек. Девочку окрестили Филафтеей, она почти не ходила, потому что ее все время носили на руках. Потом Филафтея немного окрепла, она приходила в церковь и, когда иноки пели, стояла перед ними и дирижировала. А недавно врачи были очень удивлены, увидев ее анализы: следов ВИЧ-инфекции в крови нет. Сейчас Филафтея учится в пятом классе и ей сняли страшный диагноз.
А в 2009 году, когда отец Лонгин оформил опеку над 36 малышами в возрасте от года до семи лет из Киева, Николаевской, Одесской и Днепропетровской областей, заселили корпус для ВИЧ-инфицированных детишек. В настоящее время здесь живут уже 80 ребят с таким диагнозом: отец Лонгин собрал их из детских домов по всей Украине. Их не ограждают от других воспитанников: ребята вместе ходят в школу, играют, плавают в бассейне. Единственное, сестры следят, чтобы малыши чистили зубы индивидуальными щетками. Эти ребятишки нуждаются в постоянном медицинском наблюдении, поэтому в приюте было создано детское отделение областного центра СПИДа, где они находятся на антиретровирусной терапии и их кормят очень калорийной пищей, потому что всем прописаны сильные лекарства.
«Малыши меняются на глазах: сразу поправляются, веселеют, расцветают, — утверждает старшая медсестра центра, помощник эпидемиолога Раиса Килару. - Шести деткам уже сняли диагноз ВИЧ-инфекция… Дети пробыли в нашем центре всего полтора года и излечились. Мы трижды брали анализы у Филафтеи, Миши, Лаврентия, Антона, Алины и Валентина. Тесты подтвердили, что в крови детей вирус иммунодефицита отсутствует».
Важнейшим для монастыря событием стало открытие в конце 2011 года дома инвалидов. Под опекой архимандрита находится 125 детей-инвалидов, самому старшему двадцать лет, а младшей – годик.
…Глеб живет в приюте 18 лет. Больная раком мать родила сына-калеку и перед смертью сама принесла младенца отцу Лонгину. Глухой, слепой, с тяжелейшим поражением нервной системы, он узнает людей только по прикосновениям. 11-летний Нектарий с рождения страдает гидроцефалией и артрогриппозом. У мальчика огромная голова, маленькое тело и недоразвитые конечности. Лежа на полу, он улыбается гостям и кивает головой.
Степу батюшка встретил в интернате для детей-инвалидов. Безрукий мальчик выскочил вперед и прочитал стихи собственного сочинения. Потом он ходил по пятам за батюшкой, а когда тот собрался уезжать, Степа прижался лицом к рясе и попросил: «Заберите меня, пожалуйста, отсюда!» Батюшка заплакал, обнял Степу и увез с собой. Теперь по большим церковным праздникам отец Лонгин берет его на звонницу. Степа звонит в колокола, зажав канат в зубах. В новом доме он подружился с Ромой, который играет на синтезаторе, его поставили – специально – рядом с его кроватью. Этому мальчику трудно передвигаться. У него – ДЦП.
Кроме трех сотен детей и двухсот иноков, под опекой отца Лонгина находятся еще и 60 живущих при монастыре престарелых людей.
Архимандрит Лонгин не перестает дивиться тому, откуда берутся средства на содержание такого количества людей. Каждый день он ходит на почту: туда постоянно приходят денежные переводы со всей страны. Помогают спонсоры. К примеру, одна женщина подарила детям корову, другая – два гектара земли. На этих гектарах для детского городка монахини выращивают картошку. Помимо этого, в угодьях обителей – поля, сады, огороды, ферма, цветочные оранжереи. Дети трудятся на монастырских хозяйствах наравне со взрослыми. В итоге, своих продуктов и монастырю и приюту хватает, а излишки бесплатно передают окрестным социальным учреждениям.
Однажды вечером с монахами архимандрит Лонгин трудился в поле: собирали кукурузу. В тот момент к нему прибежали с кухни и сообщили, что закончилось подсолнечное масло и не на чем готовить ужин. Вечером местные магазины закрыты, но чтобы приободрить всех батюшка сказал: «Если надо, Господь пошлет нам подсолнечное масло». Прошло полчаса, и вдруг в обитель приехал незнакомый мужчина: «Батюшка, я привез вам… 200 литров подсолнечного масла». На радостях монах схватил мужчину за руки и стал кружиться с ним: «Тебя послал сам Господь. Сегодня в монастыре закончилось подсолнечное масло!» Тот вырвался и убежал, а через час мужчина вернулся: он привез еще 40 литров масла!
Сейчас отец Лонгин строит поселок для повзрослевших отпрысков. Двадцать детей уже сыграли свадьбы. Все они получили высшее образование. «Но разве можно в наше время построить дом на зарплату учителя или врача? - сокрушается архимандрит Лонгин. - Помогаю, чем могу: оставить детей на половине дороги – большой грех. Сейчас мы строим 10 домов. Но скоро будут новые свадьбы. Чтобы обеспечить всех жильем, я взял в аренду землю в Черновцах. Если Господь сподобит, скоро зальем фундамент под многоквартирные дома».
Анна Петросова
