- Мам, а когда мы станем ангелами? (смотрю очередную серию цикла передач про библейские сюжеты)
- Ммм.. в конце жизни. (лихорадочно соображаю, что будет дальше)
- Мам, а когда наступит конец жизни?
- После того, как ты ее всю проживешь, будешь делать добрые дела, когда все добрые дела сделаешь, тогда и наступит ее конец.
- Мам, так ведь конец-то у всех разный... (откуда взял?) А вдруг я уже сделал все свои добрые дела в жизни? (офигеваю от вопросов)
- Ну, милый мой, добрых дел на свете очень много, и чтобы их переделать, порой, требуется вся большая и длинная жизнь. (чувствую, что несу охинею).
- Эхх... А в ангелы только добрых мальчиков берут и послушных?
- Угу
- Тогда я пошел проживать жизнь, добрить всех.
Агатычу придумали интерьер под ее характер: деревянная стена, топорик, алебарда, длинный желтенький блестящий плащ и остроконечный колпачок. На стене отрубленные головы плюшевых медведей...


Хорошо пишет, но плохо читает. Читает спотыкаясь на буквах и звуках, часто не может сложить слоги в слово. Но! Слова пишет правильно! Практически без помощи.
У Федора в жизни три фетиша: гонки, гимнастика и женщины. Если свою женщину, на которую он пускает слюни, он может видеть боль-менее регулярно в фильме Три Мушкетера. То с гонками и гимнастикой дело складывается не совсем так, как хочется. Сегодня ходили к тренеру по гимнастике. Тренер, конечно, был до предела корректен
Сказал, чтобы приходили через полгода, подтянув ОФП и похудев. Первым делом, когда вышли за пределы спортзала, Федор попросил булочку. Ыыыы, ржала как конь и отказала. Когда спросил, что сказал тренер, я скрывать не стала, что булочек ему теперь не видать и после 10 отжиманий. Только после 20. Хотя он не умеет делать ни одного, чо уж скрывать. Слезы на глазах были, не скрою. Посмотрим, что день завтрашний покажет. Вроде бы, пока сидел в зале насмотрелся на гимнастов, остался в восторге. Вышел полный решимости прийти и покорить всех через полгода. Я же вышла оттуда полуседая: на уже существующие травмы, дети крутят колеса, прыгают и падают. Мой старческий мозговой брюхлизм там достиг апогея.
Пысы: снова взяли абонемент в бассейн. Осталось составить расписание занятий. И жуткое желание послать нахрен этот детский садик.
Теперь я поняла, как можно поседеть за 10 секунд и как перед глазами проносится вся жизнь.
- Мама, а ты помидоры будешь морозИть или духлИть?
- Сегодня буду духлИть.
- Хорошо,я пошел чистить чеснок для духления.
Фотография останавливает миг жизни чтобы он не исчез бесследно. Миг все равно умирает, но фотография словно замораживает его, будто он просто спит. Остановка памяти не имеет безграничности оттенков. Но, меня завораживает именно черно-белая съемка. Как мне кажется она отражает истинную сущность того, что я фотографировала. На этих фотографиях не устают мои глаза. Они красивы и просты. На них хочется смотреть и смотреть, узнавая каждую деталь. От них веет какой-то грустью, особенной аурой что ли... Я долбанный график, привыкший видеть мир в оттенках черного и белого. Мне нравится такой мир. Без цвета он, как без звуков, обостряется! Вылазиет наружу все то, что было скрыто под маской цветности... Он прост и многогранен одновременно. Я не могу, к сожалению, подробно описать чувства, испытываемые мной, когда я вижу чёрно-белые снимки, да, думаю, и не стоит этого делать.