Продолжаю рассказывать о книгах детства, известных не настолько широкому кругу, насколько заслуживают.
На сей раз это книга «Кеес - Адмирал Тюльпанов» Константина Константиновича Сергиенко.
Кто читал Сергиенко в детстве, тот прочитанные книги, наверное, не забудет никогда. Это удивительно светлый человек, я бы даже сказал, наш советский Экзюпери, который, к сожалению, довольно рано ушёл из жизни. На самом деле, многие его книги, в том числе эта, многократно массовым тиражом переиздавались (и переиздаются до сих пор - крайний раз «Кееса» издали аж в 2011 году), его повесть «До Свидания, Овраг!», переработанная в пьесу «Собаки», идёт в детских театрах, в сумме его книги переведены на 12 языков мира. Сам автор, кстати, тоже переводчик, профессионально знал, по-моему, три или четыре языка.
Тем не менее, довольно мало от кого слышу узнавание, когда упоминаю о его книгах.
Итак, «Кеес - Адмирал Тюльпанов».
Эта книга, как и многие другие детские историко-приключенческие повести Сергиенко, повествует о реально жившем человеке. В нашем случае это 12-летний мальчик Корнелис (или, кратко-детски, Кеес) Схаак, живший в голландском городе Лейдене в драматичные времена первой в мире буржуазной революции, известной у нас как Нидерландская Революция, а за рубежом как Восьмилетняя Война. Эти события послужили источником вдохновения для множества творцов всех времён и видов искусства - можно упомянуть для примера хотя бы «Эгмонт» (Гёте и Бетховен) и «Тиль Уленшпигель» (де Костер).
В тяжёлые времена осады Лейдена испанскими войсками Кеес берётся выполнить важное для города и повстанцев в целом поручение, знакомится с друзьями - бродячим шутом Караколем, девочкой Эле из Аренландии (в первом издании Сергиенко прямо указал положение её родных мест с точностью фактически до нескольких километров, но в последующих изданиях эта информация была обфусцирована - предполагаю, что по требованию цензуры), хитрым подростком по прозвищу Лис - но и неоднократно сталкивается с угрозами, ставящими его на грань смерти - это и испанский офицер дон Рутилио, и иезуиты, и страшный разбойник Железный Зуб…
Книга действительно захватывающая, там и море приключений, и любовная линия (конечно, не с самим Кеесом, но для сюжета немаловажная), и изложение исторических событий (одновременно и интересное, и достаточно точное), я просто не могу рассказать всего, что хотел бы, дабы не лишать вас удовольствия. Сам читал в возрасте десяти лет и с удовольствием перечитывал много раз (крайний раз - в сорок, читая вслух сыну).
И напоследок, конечно же, несколько цитат для затравки.
===
- Девочка, может, немая, - сказала Боолкин.
- Те-те-те! - воскликнул Караколь. - Не такая уж и немая! Просто не хочет разговаривать по-нашенски.
- А как же ещё? - спросил Михиелькин.
- Ого! - сказал Караколь. - Вот тут-то и кроется тайна! Но, чувствую я, придется мне рассказать. До чего любопытные ребята! Ну ладно, бим-бамс! Вы, конечно, знаете про город Эйдам?
- Знаем, - сказал я. - Туда отец ходил на заработки.
- А что вы знаете про город Эйдам?
- Там вкусный сыр с красной коркой, - сказал Михиелькин.
Боолкин подумала и сказала:
- Там живёт человек с бородой до пола.
А я сказал, что там строят большие корабли.
- Всё это мелочи! - объявил Караколь. - Разве в Лейдене нет сыра? Пусть с жёлтой коркой. А человек с бородой - что за невидаль! Только мешается под ногами. Да и корабли, где их только не строят - и в Амстердаме, и в Гоорне, и в Зандаме. Нет, вы мне скажите такое, чего нет ни в одном городе!
- Там нашли русалку с хвостом, - сказал Михиелькин.
- Вот! То самое! А что вы знаете про эту русалку?
---
Я снова увидел Сметсе. Приложив ладонь козырьком, он смотрел на всадника.
- Эй! - закричал он. - Старый знакомый! Не вы ли это, дон Рутилио, Рыцарь с Кислой Рожей?
Всадник обернулся, и в ту же секунду хлопнул пистолетный выстрел. Я даже удивился, как быстро пальнул этот конник. А то уж я думал, что он не любитель сражаться, потому и держится сзади.
Сметсе даже ойкнул, потому что пуля цвикнула у него над головой.
- Брось-ка, сеньор! - закричал Сметсе. - Слезай лучше с коня, да попробуем пешими. Уж больно часто ты стал мне попадаться. Видно, сам чёрт носит тебя по Голландии. Ссадить бы тебя для порядка!
Но всадник и не думал слезать с коня. Он двинулся прямо на Сметсе, держа в руке второй пистолет. А Сметсе стоял с одним кинжалом, и видно было, что ему несдобровать.
---
- Корнелис Схаак? - спросил меня человек. - Идите за мной.
Мы вошли в комнату поменьше, но посветлее. У человека был усталый вид. На столе валялись бумаги, карта, по-моему, циркуль, линейка. У окна стоял ещё кто-то, он даже не смотрел на нас.
- Я ван дер Дус, - сказал человек. - Комендант обороны. А тот, что с вами разговаривал, секретарь магистрата. Бывший учитель.
Человек сел и забарабанил пальцами по столу.
- Корнелис, ты, говорят, сочиняешь стихи?
---
В эту минуту дверь отворилась. Колыхнулось пламя свечи. Кто-то огромный вошёл пригибаясь и встал у порога. Слимброк оглянулся и онемел. Замерли и мы.
- Здравствуй, Адриан, - простуженным басом глухо сказал вошедший. - Давно я тебя ищу.
- Ты?! - чуть ли не шёпотом выдавил Слимброк. - Дьявольщина… проклятье…
- Дьявольщины нет никакой, - сказал человек. - Просто я вернулся, Адриан. - По-прежнему он оставался в тени. - Пора нам теперь рассчитаться.
---
- Ну ты и мастак сочинять, - сказал я Рыжему Лису. - Наврал про всякие капканы…
- Совсем оглушил бедного башмачника, - сказал Караколь.
Рыжий Лис перестал жевать и посмотрел на нас:
- Пусть ещё скажет спасибо, что не сказал про него правду.
---
Мы улеглись на сене. Ко мне подполз Рыжий Лис и зашептал:
- Адмирал, мой нос чует непогоду. Я говорю:
- С чего ты взял?
- Я эту компанию различаю за тысячу шагов. Брат Ансельмо, брат Эразмус… Сдается, адмирал, что мы попали к моим друзьям.
- Если к друзьям, - говорю, - тогда чего волноваться?
- Эти дружки ещё те, адмирал. Да и мой папаша среди них не последний человек, а он за мной гоняется.