Не нравилось утром есть манную кашу,
Отнюдь не капризной, воспитанной Даше.
Но кашу, что мама давала с утра,
Доесть до конца, никогда не могла…

Сказала за завтраком, но извиняясь:
«Я есть эту кашу уже не могу!»
У мамы, однако, лицо поменялось --
«Наверно, придётся звать Бабу-Ягу!»

Восторг с  изумлением был, в самом деле.
Сумела со стула аж на пол присесть.
«Ты, правда, так думаешь и неужели,
Что станет Яга, кашу манную есть???»

«…сам в рот не брал хмельного,
Но обожал... подхалимаж».
С. Михалков «Заяц во хмелю»


Прийти к богатому купцу
Пришлось младому молодцу
У дочери руки просить
(Богатым станет, может быть).

Окинув взглядом бедняка,
Единой дочери отец
Подумал, вроде, наконец,
Дождался дочки жениха.

Но, больно, бедноват жених
(Сама, хоть, дочка не краса).
Поспрашивать вдруг молодца
Купец собрался в тот же миг.

Вопросов много задавал.
И были в них такие речи:
«Во всём ли сможешь обеспечить,
Кого руки просить ты стал?»

Жених, на все вопросы, смог
Ответить так: «Поможет бог!»

Нежданно люб купцу жених,
Кой в ожидании притих.
Что беден, хоть купец и знал,
Но нравилось, как называл
Его, глядишь -- достойный зять…
Подумал: «Буду помогать!»

Записка под ёлкой от девочки Веры --
«Тебя попрошу, добрый мой дед Мороз,
Хоть мне уже семь, я в тебя всё же верю,
Чтоб в новом году ты мне это принёс…»

И список приложен Морозу-владыке.
В нём много чего стала Вера просить.
От модных кроссовок с названьем в честь Ники,
До нового диска к Sony PSP.

А дале приписка (сурово, но мило) --
«Но, если писала, всё это зазря,
И не принесёшь мне, всего, что просила,
Не стану, не буду я верить в тебя!»

Толи скрип, толь шум дождя,
Слышится вдруг маме.
Видит, в комнату войдя,
Дочку на диване.

Удивления полна --
«Взрослая ты, вроде,
По дивану, знать должна,
В туфельках, не ходят!»

«Вот опять мне не дают,
Поиграть в игру свою!» --
Но ответила, однако:
«Не хожу, а прыгаю!»

"Никогда не теряй терпения -
это последний ключ,
открывающий все двери."
Антуан де Сент-Экзюпери

Спросил у мудреца юнец --
Что нужно в жизни этой,
Для благ, успехов, наконец,
Счастливым быть на свете?

Мудрец ответил, что во всём,
За что берёмся с рвением,
Чтоб трудность стала нипочём --
Набраться лишь терпения!

«Коль стану воду в решете,
Переносить, и что же?
Всяк согласится, скажет ведь --
Терпенье не поможет!»

«Достойный с решетом пример!
Хоть молод - сказ серьёзный!
Терпенья наберись, поверь,
Дождись зимы-мороза,
Чтобы вода замёрзла!
А, коли правильно поймёшь --
И в решете -- перенесёшь!»

Свой сон поведала подругам,
И знала, что за этот сон,
Журить и осуждать не будут.
В том нет вины, что снился он…

Чего не приключалось с нами,
Когда, порою, сладко спим.
Вот и она, за облаками,
Зашла в Небесный магазин.

С сознанием, что не предстала
Её душа, покинув плоть,
По магазину лишь гуляла,
Вдруг, за прилавком -- Сам… Господь!

Приобрести -- что пожелает --
Ей предложил Сам «продавец».
Такое в жизни раз бывает,
Всё пожелала, наконец --

«Здоровья, Счастья и Любви,
Успеха, много, много денег!»
«Ну что ж – сказал Господь – возьми!
Довольна ль будешь, в самом деле?»

Поставил перед ней товар.
А был товар тот – коробок.
«Прими, что пожелала, в дар.
Всё для тебя достать я смог!»

Не стало вдруг иллюзий сладких.
Была в смятении она.
Но прозвучала речь одна:

«На Небесах здесь, у прилавка,
И, знать об этом, ты должна --
Я раздаю, лишь... семена!»

Любил мужик во всём стараться,
Всё наживал трудом своим…
Вот, как-то, Бедность и Богатство,
Предстать сумели перед ним.

«Оставим мы тебя в покое,
Коль сможешь разрешить наш спор.
Решить не можем до сих пор:
Из нас двоих, кто краше боле?»

Вот так задача-незадача,
Нежданная, средь бела дня!
«Скажу, что -- Бедность, не иначе,
Уйдёт Богатство от меня --

Подумал наш мужик-трудяга -
А стану, лишь, Богатству льстить,
Не пощадит меня, беднягу,
Не сможет Бедность мне простить!»

Собрался с духом бедолага -
«Красивым, (не назвать иным),
Богатство, входит в дом, однако,
Красива Бедность… со спины!

Твоим уходом любоваться,
Готов я, весь остаток лет.
Красивое и ты, Богатство,
Хоть и спины красивой нет!»

Стирала свитер мама,
Он после стирки сел.
И стал вдруг папе мал он,
Когда его надел.

А, коль была причина,
Купить он новый смог.
Но есть ещё… «мужчина» --
Их маленький сынок.

Ему-то, свитер впору,
К теплу давно привык.
Надел без разговора.
(Хоть мал, а всё ж... мужик!)

Пусть маленький, однако,
Философом был сын.
Нашёл под шкафом, как-то,
Засохший мандарин.

По изреченью сына,
Так все вокруг узнали,
Судьбу у мандарина --
«Знать, мандарин… стирали!»

Послушав сказку на ночь,
Спешила дочь узнать --
А сколько лет осталось,
Чтоб взрослою ей стать?

«Всему своё есть время -
От мамы был ответ -
Дождёшься непременно
Своих ты взрослых лет!»

Но доченьке не спится.
«Ответь скорее мне,
А принц за мной примчится,
На белом ли, коне?»

«На белом, белом... с гривой...
Ну, спи же, наконец!»
«А влезть, тот конь, ретивый,
Сумеет в наш подъезд?»

«Всё может быть и статься!
Тебя заждался сон»
«По лестнице взобраться,
Скажи, сумеет он?»

«Сумеет, всё сумеет,
Ты будешь спать, иль нет?»
И вот уж сон навеял,
Уютный тот ответ.

И дочка засыпая:
«Всё сможет для меня!
Я замуж выйду, знаю,
За белого коня!»