Про домашних хозяек и фамильное серебро.

Все домашние хозяйки знают, что ежедневная работа по хозяйству состоит из двух основных частей:

1). приготовление еды

2). уборка

И всю эту мышиную возню, из которой собственно состоит день, можно отнести либо к первому, либо ко второму пункту. Мы то убираем, то готовим, то опять убираем после готовки. Если не уборка, то готовка, и так далее.

Приходится делать и то, и другое, однако же каждой конкретной хозяйке ближе и приятней либо один, либо другой пункт. 

Одни содержат дом в стерильной чистоте, ходят по нему с влажной тряпочкой и постоянно придирчиво осматривают все поверхности, чтобы вовремя заметить вновь появившееся пятно. В таком доме постоянно поднимаешь ноги, потому что хозяйка то и дело кидается подтирать под вами пол, и боишься положить вилку, потому что тарелку тут же выхватят из-под носа, не смотря на то, что вы еще жуете, унесут и помоют. И поставят перед вами чистый прибор, в шестой раз за вечер, замарать который вы уже постесняетесь. Готовить такие хозяйки не очень любят, зато уборка - их конек.

И есть другие, а как же - асы в приготовлении блюд и полные засранки в быту.

У моей мамы давным-давно была такая подруга. Готовила так, что куда там ресторанным поварам с регалиями.

Как то она праздновала свой пятидесятилетний юбилей - конечно же, праздновала дома, готовила исключительно сама. Сколько уж там человек было приглашено - не знаю, но несколько десятков точно.  Такие толпы, конечно, обычно приглашают в специально снятые для этого залы - кафе или там заводские столовые, но в данном случае хозяйка-то у нас, не забывайте, богиня готовки, и ей очень хотелось это продемонстрировать. Тем более в свой юбилей. Чтоб урвать комплименты.

Для сервировки стола хозяйке потребовались вилки и ножи, желательно, не сборные, а одинаковые, и к тому же не алюминиевые, которыми тогда многие пользовались в быту, а более-менее достойные - праздник все-таки. Пиисят лет не каждый день. Ну и выяснилось, что у четырех или пяти подруг, включая мою маму, дома лежат одинаковые мельхиоровые наборы вилок и ножей. В те времена многие вещи в квартирах были одинаковые. "Выбросили" ковры - весь город идет после работы из мебельного с одинаковыми коричневыми рулонами. Кто-то стоял в магазине с шести утра, прослышав, что "будут давать ковры", кому-то досталось "по звонку" - неважно, результат у всех один.  "Выбросили" сапоги - все женщины идут домой с большими белыми картонными коробками. "Выбросили" мельхиоровые наборы столовых приборов - почти все тут же отоварились. Деньги у людей были, тратить их в нашем городишке было особо некуда. Только и ждали, где что будут "выбрасывать".

Да, так вот, наборы. Верные подруги, не говоря ни слова, конечно же, за день до праздника принесли юбилярше четыре или пять кожаных чемоданчиков, внутри которых на красном бархате ослепительно блестели новехонькие ножи и вилки.

Не насовсем, разумеется, не навсегда дали, а на юбилей. Попользоваться и вернуть. В подарок дарили что-то другое.

В общем, юбилей отгремел, гости были как всегда потрясены изысканными блюдами. Всю неделю только о том и говорили, восхищались хозяйкой, переписывали друг у друга рецепты блюд. Но время шло, а о приборах не было ни слуху ни духу. Дней через десять подруги стали волноваться - а где же вилки-то. Может, хозяйка в суете и хозяйственных заботах неправильно поняла и подумала, что ей их подарили, мало ли.

Еще дней через пять собрали делегацию, пошли вызволять фамильный мельхиор.

- Ой, девчонки! - весело засуетилась юбилярша, закрывая спиной вход в квартиру, в которой виднелся живописный бардак. - Дя, я знаю, помню, вилки... Давайте я вам в понедельник принесу, а? Всем! Просто... дело в том... что мне надо их помыть...

Девчонки так и сели.

Больше двух недель прошло, угу.

Я помню, матушка рыдала горючими слезами, перемывая химическими растворами собственного приготовления почерневший мельхиор. Ибо в те времена из бытовой химии дома были только сода да черное хозяйственное мыло. Рыдала и обещала - больше ни в жисть. Никому. Никогда и ничего.

Ну мама у меня химик, справилась. Отмыла. Потом еще подругам помогала. Все в шоке, в ужасе, а что делать. Пятьдесят лет человеку, уже не переделать. Не бомжиха и не алкашка, вполне себе нормальная женщина. Не помешанная на чистоте.

Нынче этот мельхиор подарен мне и не лежит в бархате, а служит по назначению. Маман им не пользовалась после того случая ни разу, сбагрила мне. Вот как-то так, угу.

Как в анекдоте. Ложечки нашлись, а осадок остался...