Первые роды - вертикальные

Как у меня водится, рассказ длинный и разбавленный всяческой лирикой, так что предупреждаю сразу любителей читать сжато и исключительно по делу

Наконец я добралась до полюбившегося мне теперь балкона. Передо мной стоит ноутбук и банки с очень вкусной квашеной капустой, которую мне нельзя (чего только я себя не заготовила перед родами, как только я не гнездовалась...), по левую руку от меня спит девица под окном, очень уютно устроилась, а по правую руку от меня норвежская эмалированная кружень с муми-троллями и чайком внутри. Наконец у меня есть минутка (нет, за минутку с таким многословием явно не управиться), минут двадцать, чтобы написать про сами роды (Прим.: в результате писала с пяти вечера, то бабушки придут, то корми, то подгуз:)). Честно говоря, за истекшие девять дней мне уже успела надоесть эта тема, так как пришлось повторять рассказ неоднократно, и ещё много раз придётся - все спрашивают - ну а ничего особенного в самом рассказе и нет. В общем, сейчас напишу, распечатаю, и всем интересующимся буду совать бумажку:) А сама - на балкон к Марье и мумми-троллям.

Как уже знают мои друзья, перед родами я жила спокойно, без всяких предвестников - и уже это само по себе начинало меня беспокоить. С трудом добившись права рожать самой (см. предыдущий рассказ :)) я начала самую малость сомневаться, насколько хорошо мне это вообще удастся. Готовность выдержать всё, что потребуется, никуда не делась, но меня уже начинало удивлять, что у всех чуть ли не с двадцатой недели регулярные треники, под конец опускается живот, убывает вес, отходит пробка, становится сначала тяжелее, потом легче, короче что-то происходит, в то время как я продолжала себе носиться, Ездила попить пива (б/а)) в центр с друзьями, при этом уступая место в метро и автобусах обделенным старушкам, ходила в бассейн и на фитбол. Ничего не тянуло и не опускалось, я была уверена, что перехожу свой ПДР (17 ноября), и меня будут или стимулировать, или дождутся, пока малая станет большая-пребольшая и опять завопят про кесарево. Последние пару недель я ставила свечи - то Красавку, то Бускопан ( не знаю, был ли толк, но зато в туалет ходила хорошо), принимала масло примулы, заставляла мужа делать мне массаж известных мест со специальным маслом Веледовским, а после этого, опять же с использованием насилия, склоняла к исполнению супружеского долга (каждый день не удавалось, через день. А вот глядишь, не отлынивал бы, сердешный, родила бы без разрывов).

Живот в утро родов

16 ноября я записалась на осмотр в роддом. И снова, уже не в первый раз, врачи 4го роддома меня неожиданно обрадовали - шейка короткая, мягкая, 1см, вот-вот можешь зарожать. Отпустила меня Мариэтта Михайловна с напутствием возвращаться ложиться в среду-четверг, если дотяну, и с предупреждением, что после её осмотра будет отходить пробка. После этого мы заехали с мужем поесть в какой-то шалман и поехали в больницу к друзьям. Вечером я ещё прогулялась и легла баиньки. Под утро проснулась с небольшой болью в пояснице, какая у меня всегда бывает за несколько часов до начала месячных. За пару дней до этого у меня вот так же поболело часок - я даже успела вскочить, сходить в душ и привести себя в порядок, но не была уверена, что это треники, ведь меня не отпускало - списала на перегруз (после бассейна прошла 6 км и ещё убиралась). В этот раз, однако, боль была посильнее, и я снова побежала в душ. Никогда я ещё так тщательно не следила за интимной стрижкой. Ну разве что в первые месяцы знакомства с любимым мужем. Боль, однако, не усиливалась, а может, и ослабевала. Я решила помыть кухню и прихожую - это всё равно стоило сделать. Первый раз я прибегла к методу мытья пола в раскоряку. Хочу сказать, при всей моей двигательной активности, это далось мне тяжелее всего. Уже позже я заметила, что в какой-то момент живот всё же опустился - ночью ли, или ещё накануне, но он очень мешал и путался у меня в коленях. Потом я попрыгала на фитболе. Потом вспомнила рассказ о родах японской подруги, которая с началом чего-то похожего на схватки танцевала и мыла санузел, и пошла скрести сортир (мы не ищем лёгких путей, а он требовал уборки). Вдруг рожу, а в унитазе известковый налёт? Как я повезу ребёнка в такой гадюшник? В общем, выдраила квартиру, проголодалась, поела, и в 8 утра поняла, что меня совсем отпускает - пошла спать. Проснулась в двенадцать, попила декаф кофею с круассанчиком - есть ещё не хотелось. Захотелось ближе к четырём, мы собирались пойти куда-нибудь поесть и в кино на "Гравитацию". Я поставила тушиться печень с гречкой, завалилась на диван, ответила подруге в мессенджере стандартное "поканеродилаинесобираюсь", встала с дивана, и тут у меня отошли воды. Я очень удивилась, ведь была уверена, что это случится ночью, и вообще сначала будут схватки. Но потоп не оставлял места сомнениям, и я подхватила мужа, сумки и выбежала из дома через 10 минут, не забыв съесть четыре ложки каши под жалостливые причитания мужа "как же пупсик не покушал", налить себе в дорогу чаю (в кружку с этими самыми мумми-троллями) и прихватить слоечку, заплесневелую половинку которой я вчера нашла в своей сумке. Попутно я засунула между ног одноразовую пелёнку и такую же подстелила под себя, и могу сказать, что это был правильный шаг. Мне очень повезло, что роды начались в воскресенье днём, в отвратительную погоду, когда многие сидели дома. В результате супротив субботних полутора-двух часов, мы доехали за 40 минут, не превышая свою обычную скорость. Роддом находится от нас на другой стороне Москвы, в 40-50км, и через два дня мы ехали после выписки домой по пробкам больше четырёх часов.
В дороге я всё ещё не чувствовала никаких схваток, разве что пару раз что-то слегка отдало в поясницу, но никакого нарастания, никакого пика и интервалов не было. Я даже уже стала прикидывать, что, возможно, будут стимулировать. Поскольку у моей мамы было кесарево, я не могла сориентироваться по ней, как буду рожать (сама беременность у нас была идентичная до невероятия). Вдруг, думала я, у меня так всё легко протекало, а теперь окажется слабая родовая деятельность, и меня вообще прокесарят, это после всех мытарств-то?
С дороги я позвонила главврачу, которая велела звонить ей в любое время суток, и сообщила радостную весть. Она мне сказала имя врача, которая будет принимать у меня роды, и на которую я сразу же нарыла с телефона кучу восторженных отзывов. В результате врач посмотрела меня два раза - в приёмной, чтобы убедиться, что у меня текут воды, а не это я уже второй час писаю и не могу прописаться, и потом ещё разочек наверху в самом начале. Потом она сменилась.
Когда мы приехали, в приёмном меня уже ждали очень ласковые медсёстры (вообще персонал в 4-м роддоме просто замечательный за одним исключением, которое, как считается, и приняло у меня роды). Ласковая Галина Ивановна ласково поставила мне клизму и наказала терпеть. Прибыла ещё одна девочка, которой поставили клизму тут же и посадили нас на с два соседних унитаза, разделенных перегородочкой. В результате я терпела до родблока, где у меня уже были индивидуальные удобства. Врач расстроила меня, заявив, что шейка сглажена не полностью, а открытие по-прежнему равно единице. Она поставила меня в известность, что теперь ей нужны от меня схватки, на что я заверила её, что мне самой они нужны, и я постараюсь оправдать надежды и не подвести чаяния. Галина Ивановна привела мне мужа, который в панике даже оставил в холле пальто с документами. За ними я его потом гоняла из родовой, заявив, что на велосипеде, если что, из роддома домой не поеду. Нас привели в отдельный родблок - огромный, это и предродовая и родовая с кушеткой-трансформером, телевизором, КТГ и унитазом за перегородочкой.

С излития вод прошло часа два, было около семи вечера. Времени мне дали до одиннадцати, если до этого времени дело не пойдет полным ходом, обещали поставить капельницу. Несколько раз меня подключали к аппарату, чтобы следить за состоянием малой, потом отключали и разрешали гулять. Её пульс до самого конца был стабильно 150, воды продолжали подтекать, но видно, их ей там хватало, хотя накануне на УЗИ мне и поставили умеренное маловодие. У меня наконец начались схватки - и сразу довольно сильно. Я засекла, интервал составил 2-3 минуты. Было вполне терпимо, но я стала вспоминать техники дыхания. Когда схватки ещё усилились, хорошо пошёл короткий вдох и выдох на "хи-хи-хи". Пришёл дядя-врач в весёлой шапочке и сказал, что стимуляция не нужна, открытие уже 4 пальца. Спросил, не хочу ли эпидуралку. Я поинтересовалась, есть ли у меня время на подумать, он пообещал спросить ещё разок через полчаса. Было вполне терпимо, но я вспомнила, что кому-то эпидуралка хорошо помогает в раскрытии, а я хотела сделать всё, чтобы оно шло быстрее, ведь норма безводного периода ограничена 12ью часами. Действительно вернувшись через полчаса, он получил утвердительный ответ, после чего анестезиолог подтягивался ещё часа полтора. Я переписывалась с ни о чём не подозревающей мамой (она ехала на машине по дождю, темноте и колдобинам из деревни за 500км, и я не хотела её пугать), слушала Адель на плеере и смотрела с мужем Камеди Клаб.

10 вечера, почти середина пути

Он параллельно умудрялся работать на ноутбуке, ему нужно было доделать срочное дело. Наконец пришёл анестезиолог - была почти полночь, я уже начала немного уставать, так как схватки шли одна за другой и нарастали. КТГ показывал сначала 40%, потом уже 70%. Я легко терпела, но уже хотелось спать и жутко хотелось есть. Муж принёс чаю, и я заточила половинку заранее припасённого батончика мюсли. Пришёл анестезиолог, согнул меня и воткнул свою иголку, я изо всех сил старалась не дёргаться, но это было сильнее меня, от укола я дёрнулась, за что была ругана. Наконец анестезия свершилась, усатый дядя (трейдмарка анестезиологов), пообещав добавлять по требованию, ушёл. Следующие 40 минут я лежала под КТГ и чувствовала себя пассажиром плацкарты, который уютно лежит на верхней полке, без сна, но разомлевший, и следит за тёмными силуэтами ёлок в окне. Картинка из детства. В общем, я покайфовала, не переставая, впрочем, чувствовать некоторые схватки (силу которых аппарат оценивал более, чем 100%) Вскоре действие стало ослабевать, но я дождалась, пока оно пройдет совсем (был всего час ночи), чтобы попросить добавки. Меня осмотрели, и сказали, кто руки с мылом мыл, чай будет пить без сахара, что добавки не дадут, так как у меня полное открытие, и я пропущу потуги. Надо сказать, что это был особенно извращённый садизм, так как потуги меня заставили пропускать, то бишь продыхивать, ещё 4,5 часа. Совершенно непонятно, как мне в этом помешала бы эпидуралка. Именно на этом этапе она бы пригодилась мне, как никогда, потому что если обычно потуги заставляют продыхивать совсем недолго, мне сказали - вы у нас не первая с такими глазами, нам лучше знать, продыхивайте, пока само всё не опустится, тогда чуть-чуть подтужитесь, и всё. Никто не стал слушать, что я бы лучше уж сразу, но посильнее, и что ничего моим глазам не будет. Меня уложили на кушетку, велели подтягивать одно колено в сторону к уху и на схватке гасить дыханием воображаемую свечу. Я старательно пыхтела, иногда заходила акушерка и очень меня хвалила, но было тяжечко. Очень хотелось принять обещанное вертикальное положение и как-то прохаживать схватку, а не только продыхивать, но я старательно тянула колено и "раздвигала таз". В соседних блоках страшно кричали роженицы, причём кричали не по 5 и не по 10 минт, а по паре часов, так что я офигевала, почему им-то не подльют эпидури. Мне кричать не хотелось, не до того, когда так сосредотачиваешься. Через час или два, тут я уже не особо следила, пришла другая акушерка, которая спросила, с какой стати я лежу, что я, стоять не могу? Я подскочила с кровати, и уверила, что могу и хочу, стало полегче. Иногда я повисала на руках у мужа (спиной к нему) и немного отдыхала, это было единственное положение, в котором реально гораздо легче было терпеть. Иногда ходила, на схватке останавливаясь и зависая над кушеткой с опорой на руки. Крутила тазом, пытаясь помочь головке продвинуться. Мне сказали сообщить, когда захочется по-большому, но долго не верили, что уже давно хочется. Сказали, а, да, близко. Ну ещё минут десять. Через полчаса - ещё минут десять. И ещё. И ещё. Соседние родблоки были под завязку, и дежурная бригада была весьма занята, никто не верил мне, что потуги идут без перерыва, и что какать хочется очень, можно мне потужиться, пожалуйста? Не знаю, что бы я делала без мужа, который периодически приводил мне кого-то, сами бы они, наверное, пришли бы уже когда я родила. Ещё он поил меня водой, которой я выхлебала очень много - после каждого продыха горло буквально слипалось, не представляю, как кому-то могут запрещать пить во время родов, я бы просто задохнулась. Акушерка зашла, неохотно сказала - ну, попробуй растужиться, если, говоришь, схватки такие сильные. Подстелила под меня пелёнку прямо на пол, усадила на корты и сказала, что делать. Как только я присела, почувствовала, что схватки слабеют - я уже продыхивала очень долго. "Ууу, ну так ты не родишь", - сказала она и снова ушла. "А КАК я рожу??" - чуть не заорала я ей вдогонку, но воспитанная мамой деликатность не оставила меня и тут, чтоб её :/ Уж где-где, а в родзале отбросить бы её было и не грех. Меня снова скрутили схватки страшной силы, "Зови врача, зови кого-нибудь, я, б****, рожаю!" - потребовала я у мужа. Он нашёл "моего" врача, который до этого только разок лениво глянул моё открытие, и тот сказал ему - "Ну что я могу поделать, раз она тужиться не хочет". Лениво зашёл, я присела, и снова почувствовала, как схватки уходят - организм уже просто выдохся, плюс, по-моему, я реально так реагировала на нервировавшего меня докторишку, смотревшего и на меня, и на всё окружающее через очочки весьма презрительно. Он вздохнул и принёс капельницу с окситоцином. Потуги, которые были страшной силы, я должна была продыхивать, а вот теперь, когда родовая деятельность ослабла, они решили стимулировать. Я им покажу, как я не хочу, подумала я, и, когда доктор вышла, стала тужиться сама над пелёнкой, через пару минут я спокойно сказала Ваньке, что чувствую голову, и пускай кого-то приведет или ловит сам. Акушерка пришла, недоверчиво меня посмотрела и живо погнала на кушетку, параллельно поднимая у той спинку. Я залезла, присела на корточки, встав к лесу передом, к зрителям задом, схватилась за перекладину поднятой спинки и стала изо всех сил напрягать пресс на схватке после вдоха на задержке дыхания. Ванька волновался за мои глаза, что у меня краснеет лицо, но тут уж извините, совсем не напрячь остальные мышцы вместе с животом - нереально. Никакого напряжения в глазах я не ощущала. Потом специально смотрела - даже сосудики не полопались. Потуги я не считала, уже было не до того, по-моему, на первой схватке, на втором усилии пошла головка - мне сказали потужиться посильней, что я с радостью исполнила, потом снова - продышать. Это уже было нетрудно, главное я, наконец, почувствовала, что скоро малая будет со мной! К тому времени я уже начала отчаиваться, потому что их "меры" по постепенному продвижению в результате продыхивания не вели ни к чему. А всего-то и надо было, что приложить усилия. Уже позже я поняла, что из-за большого количества родов (30 за смену) им было попросту не до меня - всё шло ок, вот они и оставили меня "на потом". И вот, я продышала в последний раз, и - снова потуга, на которой ребёнка во мне повернули (я почувствовала, что рвусь, но было пофиг), и выскользнули плечики. Это мгновенное чувство облегчения (я справилась!) и, оглядываясь через плечо и видя серо-розовый комочек на кушетке - эйфории (неужели это моё, неужели это я родила человека!). Как будто до последнего я думала, что беременность ложная, всем почудилось. Не верилось (и продолжает не вериться), что я, такой обалдуй, мама. Не помню, что я говорила, что-то такое причитающее, вроде: "Смотри, смотри, Ванька, какая маленькая", и он что-то такое лепетал такое же нечленораздельное. Марья сразу закряхтела, а через секунду - завопила. Мне велели лечь, и сразу плюхнули её на живот. Она, полежав несколько секунд, целенаправленно поползла вверх и, ухватив сосок рукой, затихла. Я боялась её перекладывать.

Пардоньте за топлесс

В результате присосалась она уже после того, как меня зашили, а её обработали и запеленали, положив уже ко мне на каталку. Зашивали меня долго, аккуратно, и, хотя снова поставили эпидуралку, было достаточно больно (акушерка снова мне не верила, хотя я и не жаловалась - просто констатировала факт, что обезболивание не подействовало). Но разрывы и ссадинки были только наружные, шейка не пострадала. Ванька ответил на смс моей маме, которая писала на мой телефон (6:00 - Как дела? - Ещё нет - 6:30 - Готово!) и позвонил своим, которые вообще ничего не знали и были уверены, что вечером мы ушли в кино. Так закончились мои роды. По Апгар нам поставили 7 и 8, только из-за долгого безводного (13 часов с излития), причём этот докторишка спросил у акушерки (всё та же ленца в голосе): ну что, семь и восемь пишу? Ну я-то видела, что там десять из десяти))) Вес 3430, рост 51 см. Два дня мы провели в роддоме, о нас хорошо заботились и хорошо кормили, но в среду мы были очень счастливы выписаться, и вот уже неделя, как с нами вместе поселился маленький пончикряк с пушистыми ушами.

Я очень рада, что родила сама, несмотря на первоначальные запреты врачей, потому что это ни с чем не сравнимый шквал эмоций. Я очень рада, что со мной был муж, потому что я просто не знаю, как бы выдержала все эти долгие часы одна. Я рада, что родила вертикально, просто по ощущениям - это было то, что надо. Ну и я счастлива, что, неважно какими способами, неважно за сколько часов, 18.11.2013 в 6:30 утра у нас родилась Марья-Моревна, прекрасная королевна, сразу влюбившая в себя маму, папу, бабушек, дедушку и подвернувшихся под руку окружающих.