сегодня на глаза попалась статья в кп о том, какое иногда излишнее внимание мы проявляем к брендам колясок/велосипедов и т.д.
«У меня «лексус», уберите с его дороги свою «помойку» В Москве к уважению или брезгливости, замешанных на социальном неравенстве, приучают с детства.
остальное под катом
О том, что обладатели дорогих машин приравнивают себя на дорогах к богам, можно писать огромные психологические трактаты.
Мне казалось, что все это – из-за того, что в пионерском детстве все были равны: все ели одинаковые эклеры за 22 копейки и пили один и тот же томатный сок из стеклянных колб.
А потом вдруг кто-то получил доступ к удивительным французским пирожным со взбитыми сливками, а чьим-то уделом так и остались ржаные сухарики. И вот обладатель этого пирожного с розочками, все не угомонится и пытается лишний раз продемонстрировать свой социальный успех.
И что лет через двадцать вырастет новое поколение и будет на дорогах мир, любовь и хотя бы намек на порядок. Ну, как в Европе.
Так я, наивная, полагала, пока не у меня у самой не появился представитель того самого будущего поколения. И вот здесь я поняла: этот дурдом, основанный на сравнении своих лошадиных сил с соседскими в нашей стране не закончится никогда. Ибо начинается еще все в утробе матери.
Вот форум по выбору колясок. Здесь уже видно, какой в обществе приличный социальный и психический крен. Есть несколько марок европейских качественных колясок. Действительно качественных. Они сконструированы таким образом, что малыш в них сидит на уровне маминой груди. Стоят такие коляски в Европе порядка 300-500 евро – в зависимости от комплектации. Но массовой истерии вокруг нет – в Европе на рынке малышкового автотранспорта есть и другие варианты. Как дороже, так и дешевле. У нас же маркетологи сумели провести такую грамотную политику по формированию имиджа этих колясок, что их цена взлетела до 70-80 тысяч. И в голове тысяч женщин сформировалась установка: «лучшей коляски для моей крохи нет!».
И тут же в сети появилась куча сообществ, где мамашки, состоявшиеся и будущие, стали объединятся исключительно на основании наличия этой самой коляски за 70 тысяч рублей. Чей-то достаток позволяет купить это телескопическое чудо мимоходом, отправляясь в супермакет за молоком. Кто-то на эту радость ухает все «декретные». И , перебиваясь потом с перловки на морковку, нисколько не жалеет. Ибо греет основная мысль, которая служит этим дамам девизом: «Зато наши детки с рождения смотрят на всех свысока. Наши малышки – лучшие, они это заслужили».
Они обсуждают свою богоизбранность абсолютно серьезно. А дискуссий на тему «как же достало это быдло на польском «тако» на этих форумах – гигабайты. А мамы с колясками фирмы, допустим, «мир детства» для этих форумчанок вообще – ошибка эволюции. Только потому, что их коляски стоят меньше трех тысяч рублей. Мамы колясок за 70 тысяч периодически встречаются друг с другом в реальной жизни. И, объединившись в «двойки» и «тройки», рассекают по торговым центрам с таким же презрением на лицах, как осматривают на светофоре соседей владельцы кабриолетов.
Я долго списывала это массовое безумие на пролактиновый плен. Ну, мол, кормящим простительны любые странности.
Оказалось, что это только цветочки. Довелось нам на днях прийти в поликлинику. Там – прохлада и простор. Счастливчиков, вроде нас, схвативших отит в июле или еще какую бяку, единицы. В колясочной всего три коляски. Мы в одном из свободных четырех углов паркуем свой трехколесный велосипед и идем к врачу. Через полчаса возвращаемся. Наш велосипед лежит в центре колясочной, перевернутый вверх колесами. В углу, где парковались, стоит другое трехколесное чудо. Оставшиеся три угла свободны. Естественно, у сына в голове при виде этой картины, полное смятение и недоразумение: «Мам, а что это с нашим велосипедом?».
-Ну, это какой-то малыш увидел бабочку на стене, захотел туда велосипед поставить, выкатил наш, уронил. Нехорошо, конечно, поступил. Но он ведь, наверное, маленький еще, а мама его ему не рассказала, что это нехорошо. Она карточку в это время брала, и какой он погром устроил, не видела. – объясняю сыну причину этого кавардака, свято веря именно в этот сценарий.
Но ведь это не изнасилование, не ДТП с участием чиновника и не убийство – в пустынной поликлинике сразу же нашлись люди, которые все-все видели.
- Нет, малыш, это мама во-о-он того мальчика пришла, твой велосипед из угла выкатила, свой туда поставила, твой ногой пнула и пошла, - тут же рассказала сыну бабушка прелестных двойняшек.
-Да-да-да, так и было! – подтвердили еще две девушки с малышами.
Тут в колясочную вплыла виновница этого беспорядка. Раньше дамы такого типажа заведовали овощебазами или отвечали противным голосом «пива нет!». Сейчас по их пятисантиметровым накладным ногтям с жар-птицами на турецких и египетских курортах без труда опознают русских.
- Зачем вы это сделали? – спрашиваю у дамы.
- Потому, что у нас – «лексус», а у вас – непонятная срань! – невозмутимо ответила женщина, выкатывая свой велосипед из угла.
«Лексусы» - это марка детских велосипедов, очередной фетиш мамашек, испытывающих потребительский оргазм при виде коляски за 70 тысяч. Только «лексусы» в десять раз дешевле. И к автомобильной марке имеют отдаленное отношение – только одно из слов в названии. Но российские мамы цепляются в слово «лексус» и впадают в потребительский транс. Шлепают велосипеды в Китае. Наша, как выразилась дама, «срань» - из Франции, собрана дотошными французскими руками. Стоит чуть дороже этого самого «лексуса». Но модель не попала в маркетинговое цунами, которое поднимается где-то в районе коломенской ярмарки детских товаров. И ее нет в линейке «крутых», формируемой продавцами этой самой ярмарки. А посему, обладать таким велосипедом вроде бы, как и «не козырно». Но мне это без разницы. Это не дает право владелице «лексуса» его пинать. И даже если бы это был полусгнивший драндулет времен моего детства, вытащенный на солнечный свет из дачного чулана, это не делает меня и моего сына хуже и ущербнее маленького альфа-самца на китайском «лексусе». Примерно это я попыталась донести до владелицы столь престижнейшего транспортного средства.
- Ты тупая и не лечишься? – женщина пошла в атаку. – Я повторяю, у меня – «лексус», и паркую я его там, где мне нравится. И мне плевать, что там стоит твоя помойка, поняла?
Если бы диалог происходил на настоящей парковке, то по закону «реальных пацанов» в это время муж этой особы, наверняка бы, уже вытащил из бардачка травматический пистолет. Владелица «лексуса» же достала мобильный и начала звонить. Видимо, мужу: «Тут одна лохушка рамсов не видит, приезжай, разберись!».
Я же, пока она звонила, вспомнила, что сын забрал с собой из кафе пару пакетиков порционного сахара. Незаметно надорвав пакетик, молниеносно насыпала вокруг грубиянки белую дорожку, пробормотала с видом городской сумасшедшей пару невнятных «ибылдыр-калбыдыр», плюнула под колеса «лексусу» и , сделав «безумные глаза», прошептала, что я из «потомственных ведьмачек», что навела я на нее «порчу страшную» и наложила «три проклятья» и что ждет ее «беда на поле бранном», что бы обходила она стороной настоящие парковки и колясочные в поликлиниках, если не хочет, что бы из-за этой порчи «ее род страдал до третьего колена».
Тетка в эту феерическую чушь поверила, перекрестилась и, схватив сына под мышку, убежала без оглядки.
Свидетели этой сцены лишь от души посмеялись. А потом каждый вспомнил, что «а ведь и у нас во дворе такие живут!».
И страшно подумать, что будет на наших дорогах и парковках, когда из китайских лексусов пересядут на настоящие те мальчики, которым родители с детства внушают, что «у кого «лексус», тот и прав».
