Четыре месяца. Тебе бы могло быть уже четыре месяца. Или ещё лучше, через несколько дней могло б исполниться только три. Я больше не рыдаю круглыми сутками. Но по-прежнему очень больно. И я тихонько плачу, когда становится совсем невыносимо. Какими-то обрывками всплывают воспоминания вдруг, и сердце моё сжимается, и словно замирает. 2 марта, в 10:30 физически мы расстались с тобой навсегда. Душой я все ещё крепко держу тебя своих объятьях, не в силах отпустить хотя бы на минутку. 2 июля, сидя на работе, погружённая в бесконечные документы, я вдруг почувствовала тоску, подняла глаза: на часах 10:30. Как я живу? Не знаю. Просто проходит день за днём, складываясь в недели, а они в месяца. Точно так же на протяжении восьми месяцев они складывались в акушерские недели. Только тогда я была счастлива и хотела поскорее с тобою встретиться. Помню утро, когда наступил первый день 36 недели. И я радостно рассуждала «Осталось минимум две недели, но если ещё четыре, то ничего, потерпим. А вообще, люди и в 36 рожают, а я как слон все сорок прохожу». Но мы не встретились. Через четыре дня твоё сердцебиение не обнаружили. А я до сих пор вздрагиваю от непонятных шевелений в животе, как будто ты ещё там.
