Рабиновича послали в загранкомандировку в капстрану. Оттуда он прислал
телеграмму: «Я выбрал свободу». Созвали партсобрание, чтобы заклеймить
Рабиновича и сделать оргвыводы. Вдруг в середине собрания входит Рабинович!
Немая сцена.
- Мне было интересно, – говорит Рабинович, – как вы поймете мою телеграмму!
* * *
Два выпивших еврея стучатся в двери женского монастыря глубокой ночью.
- Уйдите, здесь только Христовы невесты! – кричит в ответ настоятельница.
- А мы со стороны жениха! – отвечают евреи.
* * *
Ксендз говорит раввину:
- Вот Вы – простой раввин, и умрете раввином. А я надеюсь со временем стать
епископом.
- Допустим. Что дальше?
- А епископ может стать кардиналом!
- Допустим. Что дальше?
- Ну... кардинал может стать Папой.
- А дальше?
- Что дальше, что дальше?! Не может же человек стать Господом Богом!
- Как сказать… Одному еврейскому мальчику это уже удалось.
* * *
В одном купе оказались ксендз и раввин. Католик угощает иудея ветчиной:
- Закон запрещает нам есть свинину, – отказывается ребе.
- Жаль, – сочувствует ксендз. – Это такое удовольствие.
На прощание раввин говорит:
- Кланяйтесь своей жене.
- У меня нет жены, – сообщает ксендз. – Закон запрещает нам совокупляться с
женщиной.
- Жаль! – вздыхает ребе. – Это такое удовольствие!
* * *
Известный раввин оказался на званом обеде за одним столом с англосаксом, весьма
гордившимся своим происхождением.
- Один из моих предков, между прочим, – заметил потомок первых переселенцев, –
подписал Декларацию Независимости.
- Надо же, – заметил раввин, – а один из моих предков подписал Десять Заповедей.
* * *
- Были фараоны и евреи. Фараоны вымерли, евреи остались.
Были инквизиторы и евреи. Инквизиторы вымерли, евреи остались.
Были нацисты и евреи. Нацисты вымерли, евреи остались.
Были коммунисты и евреи... Сейчас – арабы и евреи…
- Ты что хочешь сказать?
- Да ничего, просто евреи вышли в финал...
телеграмму: «Я выбрал свободу». Созвали партсобрание, чтобы заклеймить
Рабиновича и сделать оргвыводы. Вдруг в середине собрания входит Рабинович!
Немая сцена.
- Мне было интересно, – говорит Рабинович, – как вы поймете мою телеграмму!
* * *
Два выпивших еврея стучатся в двери женского монастыря глубокой ночью.
- Уйдите, здесь только Христовы невесты! – кричит в ответ настоятельница.
- А мы со стороны жениха! – отвечают евреи.
* * *
Ксендз говорит раввину:
- Вот Вы – простой раввин, и умрете раввином. А я надеюсь со временем стать
епископом.
- Допустим. Что дальше?
- А епископ может стать кардиналом!
- Допустим. Что дальше?
- Ну... кардинал может стать Папой.
- А дальше?
- Что дальше, что дальше?! Не может же человек стать Господом Богом!
- Как сказать… Одному еврейскому мальчику это уже удалось.
* * *
В одном купе оказались ксендз и раввин. Католик угощает иудея ветчиной:
- Закон запрещает нам есть свинину, – отказывается ребе.
- Жаль, – сочувствует ксендз. – Это такое удовольствие.
На прощание раввин говорит:
- Кланяйтесь своей жене.
- У меня нет жены, – сообщает ксендз. – Закон запрещает нам совокупляться с
женщиной.
- Жаль! – вздыхает ребе. – Это такое удовольствие!
* * *
Известный раввин оказался на званом обеде за одним столом с англосаксом, весьма
гордившимся своим происхождением.
- Один из моих предков, между прочим, – заметил потомок первых переселенцев, –
подписал Декларацию Независимости.
- Надо же, – заметил раввин, – а один из моих предков подписал Десять Заповедей.
* * *
- Были фараоны и евреи. Фараоны вымерли, евреи остались.
Были инквизиторы и евреи. Инквизиторы вымерли, евреи остались.
Были нацисты и евреи. Нацисты вымерли, евреи остались.
Были коммунисты и евреи... Сейчас – арабы и евреи…
- Ты что хочешь сказать?
- Да ничего, просто евреи вышли в финал...
