Как я сделала эко с роботами вместо врачей

Это не цепкий заголовок, это резюме, которое суммировало мой опыт процедуры эко в клиническом госпитале Мичуринский под руководством врача репродуктолога Трофимовой О.А.

Я всегда была здоровой женщиной. И не потому, что я не ходила к гинекологам и ничего про себя не знала, я ходила, я знала, я ощущала себя здоровой. И я знала, что, когда придёт время зачать ребёнка, всё будет отлично. И всё было: мы запланировали ребёнка, исключили алкоголь, я ушла с работы, чтобы минимизировать стресс, и на второй месяц незащищённого секса у нас получилось зачать. И нет, не было никакой ловли овуляции, особых поз и графиков. Всё было просто и легко, я удивилась, что не зачала в первом цикле)

9 недель спустя, на 8е марта 2022, я узнала, что беременность замерла. Дело было в городе Краснодаре, и надо было срочно делать чистку, так как замерла беременность уже 2 недели как. На следующее утро я пришла в центральный роддом, по рекомендации, к особенному врачу, всё как обычно. Помню молодую девочку, полупрозрачную от ужаса, с мерцающей серой кожей, и её маму, которая старалась усмирить свою злость и быть поддержкой. У неё почти получалось. Помню пухленькую женщину в цветном халате, которая почти не говорила по-русски. Помню женщину, лет около 40, с глубокими морщинами, сухую, жёлтую, с потрёпанным пестрым пакетом и сиплым голосом. Все мы сидели в очереди на процедуру аборта. Каждый со своей историей и причиной. Вокруг висели постеры с пухлыми малышами и призывы подумать дважды. Что-то про национальную программу и год семьи тоже было. Но совсем не трогало. Тогда я подумала, что, наверное, было бы здорово разделить потоки тех, кто хочет избавиться от ребёнка и тех, кому не повезло его сохранить.

Доктор, которому я потом заплатила 20 тысяч за процедуру, которая должна была быть бесплатной, оказалась очень суетной, занятой, не помнящей моё имя, но помнящей, сколько я ей должна. Я лежала в палате с 3мя девушками, одна из которых была, очевидно, на сохранении, с большим животом и казалась очень простой и милой. Одна называла своего ещё живого ребёнка ненужной запчастью и в краской описывала милашке тяготы материнства - у неё было 2е. Третья беременность, по всей вероятности, застала ей врасплох, и механизм перестал работать, так она и оказалась на тех осмотре. В одном она точно была права - абортарий походил на гараж, с металлическими кушетками, несколькими врачами-механиками и нескончаемым потоком голых тел. Никакой приватности и эмпатии, никакой надежды, что этот опыт не покорёжит тебя. И он покорёжил. Ох мама дорогая, я никогда до этого не чувствовала себя куском мяса, кроме как тогда. Меня голой уложили на металлическое кресло, медсестра заговорила мне зубы, я провалилась в наркоз, очнулась на леопардовых ситцевых простынях в той же палате и милашкой и женщиной-киборгом. В голове распускались один за одним цветы розового лотоса, из живота как будто одну за одной вытягивали резиновые нитки, трусы были в крови. Я пролежала так 3 часа, проваливаясь и выходя из наркотической дрёмы. Через ещё 3 зашла врач, та самая, что была очень занята, сказала, что мне бы пора собираться домой, но до этого надо зайти к ней. Через час я сидела у неё в кабинете, протягивая 20 тысяч. Она потратила больше времени на то, чтобы сообщить мне телефон анастезиолога, которому, как выяснилось надо заплатить ещё 5, чем на слова сожаления. На вопрос: можем ли мы исследовать плод и выяснить причину замирания, она сказала: «так 1 раз всего, мы будем разбираться только на третий-четвёртый»

Я вышла. Дождя не было, грустной музыки не было, ничего не было. И моего ребёнка тоже не было. Я зашла в цветочную лавку и купила себе букет лимонных и ярко-розовых гвоздик, сфотографировала его на фоне темного асфальта и написала мужу «купила цветов, от тебя». Он звонил, не мог найти слов чтобы утешить, говорил, что скоро прилетит (муж тогда был в Москве). Я вернулась домой, в квартиру, ремонт которой закончили неделю назад, чтобы встречать в ней новую жизнь, легла на кровать и проснулась к июне. Я честное слово не знаю, как прошло 3 месяца со времени аборта. Что я точно знала - это что я не хочу снова попасть на конвейер

2 года я не могла забеременеть. Много всего случилось за это время. К моменту, когда я поняла, что мне нужно ЭКО мы с уже год жили на Кипре. Чего не отнять у европейских госпиталей, так это приличия. Врачи, медсёстры, оборудование - всё очень приличное. И стоило ЭКО тоже очень прилично - 9 000 евро. Я решила, что буду делать его в Москве, где я слышала про Мать и Дитя как одну из лучших клиник. Прочитав не один десяток отзывов из всех врачей я выбрала Трофимову Ольгу Алексеевну и госпиталь Мичуринский. В кол-центре госпиталя меня уверили, что самая обширная программа стоит 250 000 рублей. Сайт говорил то же самое. Онлайн-консультация с Трофимовой убедила меня, что решение поехать в Москву не так плохо: я могла сэкономить деньги и получить отличную медицинскую помощь, и всё это на родном языке, в современном госпитале. А ещё повидать друзей и провести лето в Москве. И я поехала.

Первый приём был очень мил: он длился около часа, мы были вдвоём с мужем, врач отвечала на все вопросы и улыбалась. Я заплатила 5500 и была вполне довольна. Одна маленькая деталь: на выходе врач дала мне 2 страницы текста - анализы, которые нужно было сдать перед стартом протокола. Там были вирусы, бактерии и тесты всех мастей. И нет, 6 страниц анализов, что я привезла с Кипра было недостаточно. Новая пачка исследований носила гордое имя «рекомендации по закону 813 ФЗ», была обязательна к исполнению и стоила итого 80 000 рублей. Не повезло не только мне, но и мужу, ему тоже досталась распечатка ценой в 30 тысяч. Неделю спустя, с идеальными анализами и осознанием, что ЭКО точно не будет стоить 250 000 я вернулась в клинику. Приём длился уже 30 минут, на выходе меня ждали шприцы с гормонами за 30 000 рублей, календарь как их колоть и договор на 230 000 на расширенный протокол ЭКО. Интересным было то, что на последствия гормональной терапии было отведено значительно меньше времени, чем на инструкцию о том, как пользоваться ручкой для инъекций. Терапия, впрочем, прошла без последствий. Если не считать того, что у меня в первую неделю были сильные приливы жара по ночам, что врач сочла «индивидуальной реакцией».

До пункции фолликулов было еще 2, кажется, приёма, по 15 минут, с заключением «все хорошо, приходите тогда-то»

В день пункции я провела полчаса в палате, 2 минуты из 30 компанию мне составлял анестезиолог, который задал мне те же вопросы, на которые я отвечала в анкете перед операцией, и счёт за «приём» у которого мне потом пришлось оплатить на регистратуре

В палате я была одна, еду мне принесли довольно странную, да есть особо и не хотелось. Наркоз отпустил через час, снов про лотосы не было, живот тянуло совсем чуть-чуть, я была на полпути к мечте и вполне довольна собой. Ближе к 14 часам я выпила чай с заранее купленным круассаном, оставив сладкие блины с кусочками солёной рыбы и остывший омлет с каперсами на съедение кому угодно другому, кроме себя.

Уходя, я показалась врачу, узнала, что извлекли 10 ооцитов, все отличные. На регистрации я снова заплатила традиционные 15-20 тысяч. В этот раз за видимо не умеющего читать анкеты пациентов анестезиолога, разморозку спермы мужа, который не смог остаться в Москве на весь период ЭКО и за обработку эякулята, вторую уже по счёту. Видимо, материал мужа требовал серьёзной работы и 1 раза не хватило

На следующий день я получила смс, что из 10 яиц 5 оплодотворили обычно, 5 икси. В развитие пошли только ИКСИ. Позже я пыталась понять, почему не все 10 оплодотворили наверняка, но сути это не меняло. Меня поставили перед фактом, ничего не сказав. Одно успокаивает: теперь я знала, почему не могла зачать 2 года: сперматазоиды мужа просто не могли проникнуть сквозь оболочку моих яйцеклетк. Конечно выяснить причины было невозможно, лечить такое тоже, ответа на вопрос: «почему тогда получилось 2 года назад» я не нашла. Сколько не пытала врача.

Спустя 4 дня я получила ещё одно сообщение, где мне предлагалось решить, буду ли я брать пунцию для генетического теста из 2х яйцеклеток, которые развились до состояния 3ВВ. Сколько стоит генетический тест, что такое 3ВВ, чем чревата пунция - ответы на эти вопросы мне давал чат GPT. Что делал врач? Торопил. И нет, доводов о том, что мне недостаточно информации для принятия такого решения не заставили её ни позвонить мне, ни ответить на вопросы. В итоге через час я ответила отказом, на свой страх и риск.

Уже в день подсадки эмбриона я узнала, что мои 2 эмбриона доразвились до состояния 5АВ. Знай я это, вероятно согласилась бы на пунцию для генетики. Но я не знала и была настолько зла, что расширенная программа ЭКО за 250 тысяч уже стоила 400, что всем сердцем не хотела отдавать ещё 100 за тест, который ничего не гарантирует.

На следующий день я отправила врачу свои анализы на гормоны: уровень эстрогена был «высоковат», что на цифрах означало превышение нормы в 100 раз. Как так вышло, что дозированная стимуляция привела к такому сильному превышению? Ответ вы знаете - «индивидуальная реакция». Я ещё не раз это услышу, когда что-то пойдёт не так

Перенос назначили на следующий месяц. Что для меня, живущей в Москве в гостях, прозвучало угнетающе. И нет, у меня не было варианта взять риски на себя и сделать перенос в этом же цикле. Гиперстимуляцию упоминали как страшного зверя, не говоря о том, что это, какова вероятность её наступления и что делают, если нет возможности ждать. Протокол (от этого слова меня ещё не раз бросит к дрожь) не предполагал гибкости

Итак, мне оставлось ждать ещё месяц. Для врача же наступил долгожданный отпуск. Дату переноса эмбриона я назначала с замещающим врачом - с Хокиной. Приёмы длились по 10 минут, стоили 5500, заключением по каждому приёмы была лишь дата следующего визита. И да, эти приёмы снова не были включены в расширенную программу ЭКО. Я пытаюсь припомнить, был ли хоть 1 раз, когда я, придя к клинику, не доплачивала что-то. И нет, я не припомню такого.

Ещё до отпуска сама Трофимова назначила мне примерную дату переноса на 11-13е сентября. Это было важно, ведь билеты на Кипр нужно было купить заранее

Однако теперь, во время отпуска основного врача дату назначала Хокина, и её мнение было другим, переносим 15-16го, то есть в тот день, когда я уже должна была быть на Кипре. Новый цикл хоть и шёл хорошо, но тесты на овуляцию не показывали положительного результата. Я рассказала врачу о уже купленных билетах, она уверила, что перенос - штука простая, и дату можно подвинуть, билеты точно не надо менять. Знай я заранее об отсроченных окнах имплантации, настояла бы на своём. Но я не знала, врач не удосужился рассказать, моя готовность сменить билеты не убедила её идти по результатам узи, а не календарю. Сказав «всё в порядке, вы скорее всего сегодня совулируете» дату подвинули на 2 дня вперёд, на 13е сентября.

День 13го сентября был для меня особенным: я должна была стать мамой. А такие штуки случаются нечасто. Со свежим маникюром, укладкой и в новом платье я поехала завтракать в любимое кафе. Счастливая и сытая, я прогулялась по центру, села в такси и поехала в госпиталь. Пересадка была назначена на 15 часов. Её делала только что вернувшаяся из отпуска Трофимова. Процедура проходила в темноте и заняла 15 минут. Оказавшись в палате, я поняла, что еды, воды, чая в этот раз никто не принёс. И да, палата была оплачена ровно по тому же тарифу, что и в прошлый раз. Подождав, когда боль уляжется, я оделась и вышла в коридор. Там никого не было. Поняв, что особенным день был только для меня, я оделась и пошла к врачу. Она уверила, что всё прошло отлично, прописала свечи прогестерона и пожелала хорошего пути. Через 11 дней я должна была сдать тест ХГЧ и прислать результаты ей.

Кажется, это был мой последний визит в Мать и дитя, ура. Я пошла на регистратуру убедиться, что все документы в порядке. Конечно, они не были в порядке.

Оказалось, что договор на хранение спермы мужа, который мы заключили в его приезд не был автоматически расторгнут ещё месяц назад, как мне обещали. Ведь сперму разделили на 2 порции, и одна из них всё ещё хранилась без моего ведома, и за хранение начисляли деньги, и расторгнуть договор можно только в присутствии мужа, который к тому времени уже 2 месяца как был на Кипре.

Со свежим маникюром, укладкой и в новом платье я провела 2 часа в попытке исправить глупость сотрудника регистратуры. Когда со всем разобрались, передо мной снова оказался счёт на 15 тысяч - на этот раз за хранение второго моего уцелевшего эмбриона.

Я прилетела на Кипр, муж встречал с табличкой «моя любовь +1». Я не разрешала ему гладить мой живот, боялась сглазить: надо было потерпеть 11 дней, дождаться теста и вот тогдааа. У. меня снова начались приливы по ночам. Но дни шли, я ничего нового не чувствовала и старалась отвлекаться от мысли о беременности.

Утром 11го дня мы поехали в лабораторию. В календаре стояла встреча, которая называлась «торжественный завтрак втроем». Тест пришёл, когда мы заказали кофе. Отрицательный. Торжество отменялось. Я легла на стол и пролежала так какое-то время, муж гладил меня по волосам.

Как и обещала, я отправила тест врачу. В ответ получила: «Оксана, здравствуйте.

Мне очень жаль. Отмените препараты, через дня три начнется менструация». Мне показалось, что я случайно отправила сообщение какому-то боту. Проверила. Нет. Попыталась задать вопрос о причинах неудачи и получила «исследования не назначаются после одной неудачной попытки ЭКО и рекомендуют после отдыха повтор переноса»

Ощущение липкости и странный запах окутали меня: как ни боролась, я снова оказалась куском мяса на конвейере.

По мнению моего врача, ситуация, в которой я оказалась, не была повторной потерей долгожданного ребёнка. Это просто одна неудачная попытка ЭКО, и мне рекомендовали попытаться ещё раз. Как будто предыдущие 30 месяцев я не пыталась. Как будто каждый из этих 30 раз не разбивалась надежда, когда я видела на прокладке кровь. Как будто прилететь из другой страны в частный госпиталь и заплатить полмиллиона (а именно столько итого стоила вся программа) не означало стараться изо всех сил. Теперь-то я точно понимаю, что это не означало, что я могла рассчитывать на индивидуальный подход к лечению и эмпатию. Жаль, что этого мне никто не сказал. Я собрала себя в кучу и написала что-то вроде «Ольга Алексеевна, сжальтесь надо мной. Я же говорила, что потеря ребенка была трагедией, я принимала антидепрессанты, что я из другой страны, что я прилетела в очень дорогую больницу и вообще делаю всё, чтобы трагичного опыта не повторилась». В ответ я получила: «к таким вещам надо готовиться заранее» и телефон психолога-репродуктолога. С ценой приема в 7, кажется, тысяч рублей. Мне снова отвечал робот

PS

Через неделю я получила на почту счёт на 22700, меня просили оплатить разморозку эмбриона, который в меня перенесли, и которого к тому времени во мне уже не осталось. Как оказалось, эта услуга тоже не была включена в программу. Счёт я не оплатила.