Стащила. Очень уж понравилось.
Я не даю оценку качеству своего материнства, полагая, что это еще более абсурдная затея. У меня много вопросов по части правильности собственных поступков в отношении детей, мне, как и любой матери, есть за что себя погрызть и есть за что похвалить. Однако, существует одна вещь, в которой я уверена на все сто процентов - я абсолютно точно знаю что такое легкость бытия с детьми и как ее добиться. Я абсолютно точно знаю, что дети - это легко и приятно, и даже в сложности воспитания легкости больше, нежели тяжести. Я точно знаю как быть счастливым там, где иногда хочется застрелиться. И я точно знаю, что у несчастных родителей не может быть счастливых детей. А счастье детей - главная родительская цель.
Мамы, о папах чуть позже, обычно проходят все стадии эволюции чувств к своим детям - от любви до ненависти и обратно. Уберем моменты психоанализа, разного рода депрессий и синдромов и включим простую бытовую логику.
Дети не бывают разными по шкале тяжести воспитания. Бывают разные родители и их отношение к своим детям и к себе. Наши дети - барометр нашего отношения к жизни. Они - наше зеркало, как бы порой нам не нравилась в нем картинка.
Сразу скажу, что текст будет не о воспитании детей, а о том, как существовать со своими детьми в счастье и согласии, не ставя крест на своей жизни, не превращая ее в пеленочный, детсадовский, а затем подростковый ад. О воспитании и его принципах скажу коротко: я убеждена в том, что дети рождаются готовыми личностями. Мы ничего не можем в этих личностях изменить, не применив серьезную силу, которая может только сломать, и то очень маловероятно. Но навредит точно. Мы не можем научить детей быть честными, храбрыми, добрыми, сильными духом. Это те качества, с которыми рождаются. Они включены в наш генетический код. Мы можем привить им поведенческие принципы - вставать, когда входит старший, есть ножом и вилкой, мы даже можем научить их такту. Но основополагающим человеческим качествам научить нельзя, с ними рождаются. Если вы феерически добрый и щедрый человек, а у вас родилась отвратительная злобная жадина, смиритесь и полюбите жадину и зло таким, какое оно есть. Любовь творит чудеса. И помните - все, что мы можем сделать - это дать направление. Дать любовь и знания. И любить детей такими, какие они пришли к нам. Даже если они не во всем оправдывают наши ожидания. Мы живем не для того, чтобы потреблять, а для того, чтобы отдавать. Мы уже дали своим детям жизнь, их собственную жизнь, не нашу. Им не нужна наша жизнь, им нужна наша любовь и наше счастье.
Давайте будем честны перед собой - мало кто из нас просто любит детей. Вообще детей. Любых. Не на картинке, не на забавном видео в интернете, а живых таких, орущих, чумазых, капризных детей, которые постоянно не там, где надо и не в то время когда надо. А еще их много и громко. И у них, конечно же, твари родители, которые не в состоянии заткнуть вопящие рты и сделать так, чтоб хотя бы на полчаса воцарилась тишина.
Окна моей спальни в Москве выходят на двор начальной школы. Я знаю о чем говорю.
Мы любим своих детей, потому что любим себя, а дети - продолжение нас. Но и свои дети доводят нас до белого каления ровно так же, как мы доводим сами себя. Дети как никто другой умеют указать на наши недостатки и слабости. Проиллюстрировать нашу никчемность в вопросах астрофизики и молекулярной биологии. Далеко ходить не надо - почему море синего цвета, а закат красного - на эти вопросы могут внятно ответить далеко не все родители. Мы требуем от детей быть лучшей версией нас. Новое поколение человека с исправленными багами и улучшенным интерфейсом.
Еще нам, конечно, хочется верить в то, что наши дети - особенные. Во всех смыслах - и в хороших и в плохих. Если с хорошими чертами все понятно - они же все в мать, то с плохими сложнее - им нужно дать объяснение. Если ребенок пьет нам кровь, у нас есть железное «потому что» - он особенный. Он гиперактивный. У него характер. Надо терпеть и переждать. Ну или методиками, методиками всякими его как следует.
И гиперактивный ребенок начинает скитаться по группам особенного развития. Кружки, секции, кубики, квадратики, шарики. Методики, методики, методики. Только сидя или только лежа. Только шепотом или только на голове. И кругом очень много взрослых, сочувствия, вздохов, обсуждений, оценок. Как он сегодня общался? Он подрался? Давайте изучим проблематику. Он социопат? Он не хотел играть в зеленые шарики? Давайте поглубже нырнем в эту тему. Ему не нравятся шарики или зеленый цвет? А может быть у него фобия резины?! Он боится мира? Шарики напоминают ему вселенную, которая должна быть бесконечной, это уже есть в его подсознании, а ему дают вполне себе законченный шар и поэтому он ему не нравится? Мы этим шариком ограничиваем его природный потенциал? Давайте заменим шар на куб и будем наблюдать! Смотрите, он бросил куб! О чем это говорит? Давайте поглубже изучим этот феномен. Была ли агрессия в этом броске или он бросил, чтоб ему его подали?
При этом, заметьте, родители совершенно всерьез ведут такие разговоры, не употребляя по ходу пьесы никаких психотропных веществ.
Графики развития, иновационные методы диагностики и лечения. Собаками? Дельфинами? Лошадьми? И ребенок херачит с лошадьми, с собаками, с дельфинами, слушает мантры, занимается динамической гимнастикой, ныряет, висит вниз головой, удерживаемый за правую ногу, ибо он скорее всего левша, так вот давайте держать его за правую, чтоб левая - которая главная, была на свободе - так ему комфортнее и так естественнее.
Вниз головой, подвешенным за ногу - это же абсолютно естественное положение человека.
И ребенок исправно висит каждый день, но почему-то ничего не меняется. Однако, доктор видит некоторые улучшения, о которых пока рано говорить, для полноты картины ему потребуется время. Проходит время и гиперактивный или сложный или особенный - называйте как хотите, а, вот еще - индиго!, - он таким и остается в случае если его не совсем замучали цирковыми подвесами и подводным плаванием. В худшем случае он замолкает и замыкается. Конечно, он охуел. Он еще жить не начал, а уже под восторженное улюлюканье толпы родственников висит вверх ногами и слушает спряжения французских глаголов вместо детской сказки.
Счастье, что он не понимает, что не набирает вес так, как обязан набирать. Иначе он вообще перестал бы есть.
Я наблюдаю гиперактивность не у детей, а у их родителей, зараженных методиками воспитания, желающих все контролировать и забывающих об одной очень простой вещи - все, что нужно нашим детям - это любовь. Все, что мы можем и должны им дать - любовь, здоровье и образование. Все, чему мы должны их научить - уважение. К себе и окружающим. Ребенку достаточно просто понять, что не только ему должно быть комфортно рядом с вами, но и вам рядом с ним. Ребенок достаточно быстро усваивает, что уважать нужно не только свое время, но и чужое.
Мы все проходим через одни и те же ошибки. Ниже список моих. Там длинно и ненормативно!)
К рождению своего старшего сына я готовилась как к выходу на войну. Ну, во-первых, понятно же, что «с рождением ребенка, твоя жизнь, Елена, изменится навсегда. И не факт, что в лучшую сторону».
Насмотревшись по сторонам, я пребывала в абсолютной уверенности, что пиздец неумолимо приближается и нужно укреплять тылы. Я сразу взяла две няни. Про запас. Потому что мне казалось, что один человек справиться с грудным ребенком не сможет. А я человек работающий и трусливый. Подойти к грудному младенцу и взять его на руки - это было из ненаписанной мною книги о научной фантастике. К слову, в роддоме, когда я увидела своего первого сына, я долго на него смотрела, обуреваемая очень разными эмоциями и думающая о том, как я должна на это все реагировать, чтоб это было правильно и, не найдя ответа, задала вопрос мужу, стоящему рядом и восторженно глядящему на меня: «А можно я его потрогаю?»
Еще до рождения сына, находясь в поиске нянь, я взорвала мозг мужу и всем вокруг рассуждениями о том, что няня должна быть обязательно с высшим медицинским образованием и еще мне нужен какой-то сверхсекретный человек, владеющий сверхсекретными методиками развития орущего пакета. Теми, о которых никто не знает. То есть не монтессори, не все эти комаровские и прочие. А что-то особенное. Ничего особенного, к счастью, не нашлось. У меня был обычный сверхсекретный человек, занимавшийся с моим ребенком динамической гимнастикой и плаванием прямо с рождения и прямо под полные ужаса вопли родителей.
У моего мужа железная нервная система, я бы развелась, но он не смог - второго такого сокровища как я на земле не существует. Первые полгода жизни нашего старшего сына напоминали бег с препятствиями. Мы все жили в ожидании пиздеца. Сейчас что-то произойдет. Что-то случится с ребенком. Что сказал доктор? Обследовать? Конечно, будем обследовать. Анализы? Конечно, сдадим анализы. Еще обследовать? Да! Дети ведь в принципе рождаются для того, чтобы их обследовать и тщательно за ними наблюдать. И выдумывать проблематику, чтобы было с чем бороться. Наверное, стоит сказать, что ребенок при этом родился абсолютно здоровым. Но ему, конечно же, нужна была няня с медицинским образованием, потому что он вышел не в жизнь, а в болезнь.
Через полгода моего старшего сына постигло первое в его жизни настоящее счастье - я забеременела вторым и слегка переключилась от анализов, динамической гимнастики и ныряний с задержкой дыхания - на подготовку к родам. Учитывая, что в тот момент я еще и в адском режиме работала, времени на анализ развития ребенка в соответствиями с моими ожиданиями и мнением соседей оставалось все меньше, ребенок же становился все счастливее.
Но тут мы решили полететь на отдых.
Понятно, что это был мой первый отдых в статусе матери маленького человека.
Здесь стоит сказать, что у моего мужа на тот момент появился вполне реальный и обоснованный шанс развестись со мной еще раз, потому что на отдых мы должны были полететь с двумя нянями - одна же очевидно не справится, так же моей мамой - чтобы следила за двумя нянями, выгульщиком собаки - потому что собака - это тренировка материнства, и ей тоже по-хорошему надо устроить пиздец. К счастью, на тот момент мой пес перестал выставляться и закончил с ежедневными кроссами. Да, он бегал кроссы. Чтоб были мышцы. Красивые. Но гулять ему было надо, ровно как и плавать в море, а я ведь была очень занята обдумыванием разных схем выращивания детей и анализом их воздействия на неокрепший человеческий организм. Гулять с собакой самостоятельно означало потерять несколько ценных часов, которые я могла бы потратить на изучение поведения своего ребенка. Так же с нами полетел водитель и старший сын моего мужа, плюс его няня. Умирать - так с оркестром!
Это было самое тяжелое лето в моей жизни. Наверное, после него я не люблю Форте деи Марми. Там, на пляже, в кругу высланных от греха подальше жен, я услышала как одна девушка своему трехмесячному ребенку развешивает по комнате буквы из английского алфавита, чтоб он привыкал и учил. Тут же почувствовав себя ужаснейшей матерью на свете, я купила буквы и развесила по дому. Как же я заебала своего сына бесконечными проверками - усвоил ли он буквы или нет. От ужаса он все усвоил. Я возгордилась.
Потом у нас обязательно должен был быть жесткий распорядок дня. Едим в определенное время и определенную еду (меню на четырех страницах и пиздец той няне, что его нарушила). На солнце находимся ровно по часам. Ни минутой больше, ни секундой меньше. Плаваем как можно больше. Он испугался волны? Его надо срочно обследовать. С ним что-то не так. Нормальные дети не боятся волн. Еда - только из пароварки. Пароварку купить в Форте в то время было невозможно, ее специально вез муж из Москвы. За что был благополучно арестован его багаж для проверки, и он пропустил свой рейс. Сотрудникам аэропорта не могло прийти в голову, что это странное устройство - то самое, без которого ни один ребенок не может нормально питаться.
Муж пребывал в состоянии абсолютного шока и буквально в первый же день отдыха напился до смерти и свалился с велосипеда, поломав все возможные конечности, что позволило ему до конца замечательного итальянского сезона лежать трупиком на пляже и не заниматься анализом поведения нашего сына.
Периодически он подавал голос, умоляя меня оставить ребенка в покое. Он нормально стоит, нормально сидит, нормально держит совочек.
…Ну, понятно же, что совочек надо держать совсем иначе!…
В свою первую относительно дальнюю поездку сын отправился в возрасте семи месяцев. Восемьсот километров на машине. Машина была завалена игрушками на случай, если ему будет плохо и скучно. В тот момент, когда я увидела, что сын прекрасно играет своими пальцами на ногах вместо игрушек, во мне начал зарождаться мозг.
Впрочем, мозг мой все же не был совсем выключен все это время. Мне хватило сознания не устраивать в доме гробовую тишину, потому что «спит младенец!», у нас всегда был полон дом гостей, виски, музыка на полную мощность. Дети прекрасно спят в любых условиях. Любые дети. Не только мои. Мне хватило мозга не кутать ребенка и в комнате его всегда было довольно прохладно, няни не выдерживали и носили тулупы, сын же играл в одном памперсе. Я его бесконечно закаливала, но тут дело не в моей истерике и желании делать как правильно, а исключительно в моем спортивном детстве. Шла по инерции. И, да, он вообще не болел. Никогда. И зубы вылезли незаметно, и переход от двух дневных снов на один прошел незаметно. Честно говоря, о проблематике перехода с двух снов на один я узнала совершенно случайно, когда уже третий мой сын благополучно стал спать один раз в день, а у приятельницы была целая трагикомедия со сном ее дочери. В общем, все обычные ужасы молодых мам прошли незаметно. Ну, в чем-то я должна была отличиться в лучшую сторону.
Ситуация немного поправилась с рождением второго сына. Тут стоит отметить, что мой старший сын по большому счету в младенчестве был ангелом. Да и сейчас не особо изменился. У него идеальный характер. Он очень позитивный, улыбчивый, он действительно всему учится очень быстро и рано. Рано пошел, рано заговорил, рано научился читать, ну вся эта ерунда, дающая мамам повод для дополнительной гордости. И он вообще не капризничал. Я думала, что все дети такие, ну, во всяком случае - мои дети.
Но мой средний сын показал мне, что такое заблуждаться.
К его появлению на свет я была абсолютно готова. Я уже не боялась взять его на руки, за секунду меняла памперс и проводила все обычные манипуляции. Но сын постоянно орал. Даже не так. Он не столько орал, сколько был недоволен. Всем вокруг. Светит солнце - плохо, не светит - еще хуже, холодно - плохо, тепло - тоже плохо. Плохо было все. Только спустя несколько лет я поняла, что он родился, чтоб показать мне как можно заебать другого человека вечным недовольством. Он отыгрывался за старшего. Я в этом абсолютно убеждена, ибо ровно в тот момент, когда мой возг окончателно сформировался и я перестала третировать детей, мой средний сын изменился. Сейчас это невероятно позитивный и оптимистичный человек, каких планета, поверьте, еще не видела. И он всем доволен. То есть я не знаю что должно произойти в его жизни, чтобы он сломался. Невероятная воля и умение найти позитив даже там, где его нет в помине.
Но тогда, семь лет назад, с ним было невыносимо. Выли все, и няни, и дедушки с бабушками, и мы с мужем. Классический тяжелый ребенок. Который не хотел делать НИЧЕГО. Вообще. И, да, я постоянно сравнивала его со старшим, чего делать было категорически нельзя.
Тут стоит отметить, что наша семейная жизнь в тот момент подошла к невероятной пропасти. Но мне казалось, что так у всех и так и должно быть. Семья - это же когда вокруг все кипит, а ты еще повышаешь температуру. Должны бесконечно взлетать и садиться вертолеты, дом должен быть полон не очень знакомых тебе людей и предметов, у каждого помощника должен быть свой помощник, потому что РАСТУТ ДЕТИ! Надо все организовать, все по графику, все ходят строем и у каждого свой флажок. И для чего все делалось? Чтоб облегчить жизнь. Понятно, что с женской логикой бороться бесполезно.
У меня на тот момент было уже четыре няни. Четыре. Потому что двое детей. Выгульщик собаки. Два водителя. Уборщица. Детский тренер. Детский массажист.
Утро понедельника было самым страшным моим кошмаром, ибо в это время происходила пересменка и в доме одновременно находилось минимум восемь посторонних людей. Муж боялся выйти из спальни. Потом собирал волю в кулак, вскакивал и быстро быстро убегал из этого ада. За ним следом вылетала я. Успев прежде раздать всем указания, потому что они же дебилы, не ведают что творят.
Лед тронулся в тот день, когда я со скандалом выгнала очередную порцию нянь аккурат перед поездкой на летний отдых. Придя домой с работы, я осторожно подползла к мужу и зажмурившись, шепотом произнесла то, что очень давно хотела, но боялась сказать: «Давай поедем на отдых с детьми сами, без нянь, без никого. Давай уберем выгульщика собаки, я буду сама гулять. Я уберу водителя - я больше не могу. Давай уберем всех к чертям собачьим. У меня нет больше сил на этот пиздец. Можно будем только мы и наши дети? Я справлюсь, обещаю»
И тут случилось невероятное - муж сделал десять сальто в воздухе и восторженно заорал: - Я хотел предложить тебе то же самое, но не знал как!
И мы поехали. В этот день мы перестали быть родителями тяжелых и гиперактивных детей, а стали нормальными людьми с нормальными детьми, живущими нормальной жизнью и получающими от нее удовольствие.
Наш в этом смысле секретный секрет долгой счастливой жизни построен на эгоизме. На нашем с мужем эгоизме. Да, я всегда была убеждена, что с детьми должно быть легко. Они должны быть в радость. Если с детьми тяжело - ты сам дурак. Без возражений.
Старший мой сын на момент той знаменательной поездки был уже относительно взрослый - почти три года. Младшему было полтора. Он не хотел ходить сам - только в коляске. Он отказывался есть сам - его можно было только кормить с ложечки. Еще он не хотел ходить на горшок, не хотел спать когда надо было спать и просыпаться, когда пора было вставать. Ну, вы поняли - он ничего не хотел. Так говорили мне няни, «сбивавшиеся с ног, пьющие валерьянку и нуждающиеся в постоянном отдыхе, потому что смотреть за детьми - адски тяжело, тем более если дети особенные».
Прилетев в Биарриц, мы уложили детей спать, выпили вина и я погрузилась в тревожный сон, с ужасом ожидая утра, когда начнется моя новая жизнь с очень сложными детьми. Засыпая, я успела прочесть смс от подруги со словами «Ну, ты еще живая?»
На утро, приготовив детям завтрак я, вдруг, вспомнила, что младший же не ест сам и его надо кормить. А мне очень сильно хотелось кофе и курить. Гораздо больше, чем кормить сына с ложки. Но я же мать. Попыталась его покормить, он вертел головой, плевался и стучал руками по столу. Потом он начал орать. А я смотрела на него и не понимала зачем он делает все, за что я готова его убить. И тут я осознала, что хотя детей своих безумно люблю, но у меня еще есть муж, которого я люблю не меньше и есть я сама, которую я тоже люблю. Мне хотелось кофе, мужу хотелось кофе, нам обоим хотелось нормального завтрака мужчины и женщины, а не только матери и отца. И я впервые в жизни сделала надо собой усилие, поставила тарелку с кашей перед очень тяжелым и гиперактивным ребенком, дала ему ложку, наклонилась к нему и очень громким шепотом сказала: вот твоя еда, ты взрослый, ты в состоянии есть сам. Захочешь есть - съешь. Кормить тебя с ложки я больше не буду никогда. И никто не будет.
И ушла на террасу пить кофе. Кофе был нервным, но я держалась. Пару раз срывалась посмотреть как там сын мучается от голода, но муж меня оба раза удерживал и сажал на место. «Если что - мы услышим», - спорить с мужской логикой бесполезно.
Вернувшись к сыну через сорок минут я с ужасом и удивлением обнаружила, что он все съел. И съел ложкой, а не руками. А старший рядом играл в лего. То есть им обоим было нормально. Вообще нормально.
Но дальше нас ждал пляж. Где был песок, а мой на тот момент младший сын категорически отказывался «ходить ножками» даже по асфальту, увидев песок он впал в кому, лег, заорал, закатил глаза и всем своим видом дал понять, что по песку он никуда не пойдет, хоть убей его. Кое-как, я доволокла его до нашего места на пляже, поставила на ноги и заказала вина, чтоб раскрасить небо в своих глазах. Муж, в котором так же как во мне проснулась мать, вдруг ощутил себя настоящим отцом, побежал и купил доску для серфинга, чтоб учить детей кататься (ну, то есть ясно, что наша гиперактивность не могла быстро улетучиться, ей нужно было время). Если старший кое-как поюзал доску, то младший категорически отказывался вообще что-либо делать. Его не интересовали игрушки, не интересовала доска, он всем своим видом давал понять как сильно он нас презирает за то, что вынужден стоять на песке. Да, именно стоять, потому что сидеть он категорически не хотел.
Что бы я сделала несколькими месяцами ранее? Начиная с истерики и заканчивая попытками разобраться в ситуации досконально, я бы превратила весь наш отдых в ад под названием «что с ним?». Но поскольку я была твердо нацелена изменить свое отношение к проблеме, которую ты не можешь решить, я сказала сыну - не хочешь играть и сидеть, стой.
И он стоял. Люди, которые это наблюдали, не верили своим глазам. Он стоял по нескольку часов и я только мазала его кремом и поворачивала согласно траектории движения земли относительно солнца. Ну чтоб не обгорел. Я могу сказать, что это было очень удобно. Его можно было поставить и заниматься своими делами. Не то чтобы я не обращала на него внимания, я переодически предлагала поиграть, но получив отказ, предложение не повторяла. С одной стороны это может показаться дикостью, потому что ребенку нужно помочь. Если ему плохо - ему надо помочь обязательно. Но мы хорошо знаем, куда выстелена дорога благих намерений. Правило номер два, которое я уяснила в тот момент - ребенок должен учиться самостоятельно справляться со своими проблемами и невзгодами. Мои прыжки раненой кошки вокруг него в надежде нащупать проблему лишь только удалили бы нас с ним обоих от ее решения. Самостоятельность - это не только умение завязать шнурки. Завязать шнурки и сходить на горшок - это навык. Самостоятельность же - умение анализировать и видеть свои ошибки, искать пути их исправления. Он нашел. На поиски ему понадобилось около двух недель. Через две недели он прекрасно ходил пешком, ел ножом и вилкой, играл в игрушки и ездил верхом на доске для серфинга.
За полтора месяца, что мы провели в Биаррице, дети с нами вместе объездили все окрестности, выучили наизусть все песни Guns'n'Roses, вытеснившие из их светлых голов песенки про лягушат и зеленую травку, посетили все возможные музеи, винодельни и мишленовские рестораны, которыми полон этот волшебный регион.
Периодически я получала звонки от друзей, которые осторожно так спрашивали не готова ли я еще застрелиться без няни или я предпочитаю повеситься. С удивлением я обнаружила, что проживаю самые счастливые дни моей жизни, у меня замечательные дети с которыми мне легко. Именно так я отвечала на вопросы своих друзей, но те думали, что я окончательно сошла с ума или же нашла хорошего наркодиллера на местности. Некоторые из них даже прилетели к нам убедиться в этом воочию. Были разочарованы.
Секрет счастья и легкости бытия оказался очень и очень простым - оставить в покое развитие своих детей, не заставлять их делать то, чего не делаешь сам, жить с ними своей жизнью, а не их жизнью. Последнее звучит довольно неоднозначно и для некоторых людей спорно, но это моя абсолютная истина. Мы с мужем делали только то, что хотели сами, ездили только туда и только тогда когда хотели сами. И дети визжали от восторга. Они жили нашей жизнью, в которой не было места аквапаркам и детским развлекательным центрам, зато было много музыки, поездок с ветром вдоль океана, море красивых мест, интересных людей и вкусной еды. И это было то время, когда я постепенно начала отказываться от оценивания своих детей.
С тех пор мы объездили с детьми полмира, водили их на рок концерты, катали на мотоциклах, возили на пикники, я их брала с собой на работу, когда занималась ивентами, когда снимала рекламу, все стало как-то очень просто. Изменились не они, изменилась я - перестала усложнять. Я избавилась от армии ненужных помощников и нашла одну, но феерически прекрасную няню, и вообще перестала слушать докторов.
Но в какой-то момент мне подумалось, что все изменилось только потому, что они просто выросли.
И тут родился мой третий сын. И все поменялось окончательно.
Вообразить, что я, работающий и увлеченный одновременно кучей вещей человек, буду сама сидеть с ребенком было невозможно. Никак. Никто не мог себе этого представить, даже мой муж.
Почему я решила заниматься ребенком самостоятельно, взяв няню лишь про запас, чтобы можно было вечером уехать из дома поужинать - потому что я эгоистка и не люблю когда мне врут. Я не хотела слушать как чужой человек будет рассказывать мне о том, что у меня сложный ребенок, что он плохо спит, плохо ест и все такое в привычном духе. Я, человек, для которого вход детей без стука в родительскую спальню - строжайшее табу, человек, который НИКОГДА не спал с ребенком в одной комнате, устроила детскую прямо в нашей спальне. Да, я как и все мамы, вставала каждые три часа чтобы его покормить. При этом я не по-детски работала до беременности и сразу после родов. Я его купала, я его развлекала и отдала няне на ночь в первый раз за три дня до выезда на съемки фильма, куда он ехал со мной, но должен был спать уже не в моей спальне, ибо я и без того на съемках ложилась в 3 и вставала в 6 утра. Ребенок должен был привыкнуть спать не со мной. Но скорее, должна была привыкнуть няня. Ночь ту я спала ужасно, ровно как и все последующие и как только съемки закончились, ребенок снова переехал ко мне вплоть до возвращения в Москву.
К слову о совмещении работы и маленьких детей. Это не сложно. Вообще. Ты лишь более внимательно относишься к своему графику, живешь интервалами от кормления до сна и обратно, в это время успеваешь сделать все, что нужно. Младший сын поехал со мной на съемки когда ему исполнился месяц. И вот этот факт так же говорит о том, что не нужно прятать детей в стенах дома из каких-то своих страхов. Даже не знаю каких. В день выписки из роддома, мы приехали домой, переоделись и поехали с новым сыном и двумя старшими детьми в ресторан отмечать рождение. Поначалу муж настороженно отнесся к этой идее, ведомый вдруг проснувшимся в нем тезисом «он же еще маленький, ему только три дня», но быстро опомнился. На пятый день мы повезли его на экскурсию в Прованс.
На сегодняшний день наш младший сын проехал больше 8 000 километров на машине, пролетел в три раза больше на самолете, проплыл на лодке, спал в корзинке, менял памперс в багажнике, видел все выставки, которые видела я и слушал всю музыку, которую слушаем мы с мужем. Он живет нашей жизнью, не мы его. И он пребывает в состоянии абсолютного комфорта. И в состоянии абсолютного комфорта пребываем все мы.
И если бы у меня не было еще двоих старших детей и опыта анализа собственных поступков и проступков, я могла бы подумать, что с третьим сыном мне чрезвычайно повезло. С самого рождения и по сей день он только и делает, что улыбается, радуется каждой мелочи, прекрасно спит всю ночь буквально со второго месяца жизни, прекрасно ест сам уже сейчас, идеально переносит дорогу, может спать тогда, когда есть возможность и не спать тогда, когда такой возможности нет, обожает меня, братьев, няню и с особенным трепетом относится к папе, чья жизнь значительно облегчилась с того момента, как я перестала истерить и начала наслаждаться естественным развитием детей, которое происходит гораздо быстрее и качественнее если им не мешать.
И под занавес о материнском подвиге.
У меня есть знакомая семья с несколькими детьми. Жена там не работает и «всю себя отдает детям». Понятно, что она страшно устает, света божьего не видит, занимаясь детьми и мужем, а это очень сложная работа. Сценарий, в общем, классический со всеми драматургическими вставками в нужных местах. Всякий раз встречая их семейство, мы слушали ее рассказы о невыносимых сложностях бытия матерью и женой. О бесконечных проблемах, о том, что она ничего не успевает, и как много надо успеть, и как дети пьют кровь, и как она не высыпается. Муж ее тактично молчит.
Однажды я встретила отца этого семейства в спортзале вместе с их ребенком. Мы разговорились, я спросила как и что, жизнь, дела, работа, все такое, и он, указывая на сына, ответил, что вот приехал с ним потренироваться, и так делает уже несколко недель, позже отвезет его в школу, потом в офис, после заберет дочь из секции и они едут на какой-то детский праздник. На вопрос как жена, он коротко на выдохе ответил: нормально, дома.
И тут я поняла, что в нынешней системе мира мужчине в принципе не нужна жена как жена в нашем, женском понимании. Мужчина очень легко и просто справляется не только со своей жизнью, в чем проблем отродясь не было, но и со своими детьми, не воздвигая себе памятник. Пока измученная тяжелой жизни тунеядца жена страдает за маникюром от недосыпа, муж занимается детьми, зарабатывает деньги, отдыхает, веселится и не испытывает никакого дискомфорта. Да, он может не погладить футболку своему ребенку и вывести его на улицу в мятой одежде, зато в этой одежде они поедут в бар, где будет играть крутая музыка, вокруг будут крутые дядьки и папа будет веселиться, а ребенок будет носиться по бару и никто его не будет кошмарить за то, что так себя не ведут. А потом они поедут на рыбалку и выронят в реку весла и будут грести руками до берега, начнется гроза, они промокнут до нитки, замерзнут, папа накинет на ребенка свой свитер, даст горячую сосиску и уложит спать под Пинк Флойд, НЕ ПОЧИСТИВ ПЕРЕД ЭТИМ ЗУБЫ! и попросив ничего не говорить маме. Папы знают секреты счастливого родительста лучше мам. Папам с детьми нормально. Потому что они, в отличии от большинства мам, живут своей естественной жизнью, которая не меняется после рождения детей, а только дополняется. Папы - эгоисты в хорошем смысле слова.
И в отношении детей такая форма эгоизма видится мне единственно верным способом не сойти с ума и быть счастливым несмотря на то, что выращивать и воспитывать детей крайне тяжело. Нам, женщинам. И нам за это, конечно же, памятник. Желательно стометровый и из золота)
Если вы дочитали до этого места, памятник вам уже стоит и искрится! Плюсик в карму и будьте счастливы!)
Химки