Оригинал взят у mamabubusek в экзистенциальный ужас материнства
Давно
хотела попробовать написать про это:) В обществе нашем как-то все
больше встречается отношение к материнству как к долгу, как к некой
жертве, как к некой беспечности, как к чему-то инвалидизирующему. Хотя
официально об этом никто, конечно, не говорит: официальная версия
говорит совсем другое. Но проклятая реальность просачивается через
чахлый фасад уважения к женщине-матери и всеобщего детолюбия.
Ошибкой
было бы полагать, что мы, женщины из этой культуры материнства, лишены
страхов. Иначе не было бы стольких форумов с отзывами о роддомах, родах,
обсуждений в разных сообществах всего на свете - от соплей до игрушек,
где в многочисленных комментариях матери ищут поддержку и сочувствие.
Предметы ухода за детьми не закупались бы нами в таком огромном
количестве, чтобы с облегчением продаваться в неиспользованном виде.
Матери, которые кормят ребенка после 2 лет, не осуждались бы частью
сограждан, а матери, носящие детей в слингах, не вызывали бы столько
удивления, граничащего с брезгливостью. И не было бы форумов на тему
"как лучше ответить, если тебя учат воспитывать твоего ребенка".
Быть
матерью реально страшно. Это уязвимость. Уязвимость прежде всего на
биологическом уровне: здоров/нормален мой ребенок? Что сделать, чтобы он
был еще здоровее (битва прививочников с антипрививочниками)?!
Уязвимость в экономическом смысле: женщина теряет годы стажа, который
засчитывается только в количестве 1,5 года на ребенка, теряет
самостоятельный доход, теряет карьерные перспективы, квалификацию. Ей
приходится или бросать карьеру, или бросать ребенка. И наличие этого
выбора - страшно. Быть матерью страшно еще и потому, что в обществе
нормальным считается, что женатый мужчина, чья жена беременна, или плохо
выглядит из-за вечного недосыпа, ищет секса за пределами семьи.
Порицают женщину, потому что она плохо за мужем ухаживала, а не мужа,
что он довел свою женщину до такого состояния, оставив ее без помощи.
Мать уязвима еще и потому, что окружающие, друзья, родственники, как
сговорившись, не считают ее тревогу чем-то осложняющим жизнь, а то и
вовсе пропадают с горизонта: она-де только о какашках и соплях говорит,
сумасшедшая клуша. В конце концов, носить и рожать ребенка элементарно
страшно: женское тело видоизменяется, через него проходит ребенок с
головой диаметром около 10 см, а до этого - несколько часов схваток,
которые иногда проживаются мучительно, в одиночестве.
А потом
оказывается, что ребенок вовсе не такой, каким он казался на экране
аппарата УЗИ. Он странного вида поначалу, он кричит, он что-то требует.
Вырастая, он совершенно не похож на мальчика/девочку с картинки в
журнале. Он что-то ломает, обливается молоком, крошит печенье,
разбрасывает игрушки, не дает гостям свои кубики, боится собак и не
может без воплей уйти с площадки, на которой гуляет уже 4 часа.
Оказывается, что понятие "мы же договорились" не работает: ребенок может
устроить истерику в общественном месте, хотя его к этому готовили.
Ребенок может сказать грубость важному для вас взрослому.
Ребенок может
начать тупить в момент, который вы наивно представляли моментом вашего
материнского триумфа. Ребенок может забраться в чужую сумку, а вы -
получить скандал. Он плачет, он требует, он отказывается есть кашу, а
хочет есть только печенье.
Мать несет эту ношу, и никто не
спрашивает, как ей там, - удобно ли? Она должна скрывать, что ей
страшно, что она может причинить боль своему ребенку, или вообще,
испортить ему жизнь. Мать должна делать и давать самое лучшее своим
детям, отрезая от себя фунты мяса. А если не хочет отрезать - она плохая
мать.
Это очень, очень страшно. Не говоря о том, что страшно выйти
на улицу, потому что там машины, страшно оставить ребенка на площадке,
потому что там маньяки, страшно отдать бабушке, потому что она накормит
аллергенами, и будет приступ.
Но самое страшное не это. Самое страшно
- что нельзя бояться. Нужно делать морду кирпичом, и переть на
баррикады. А кто не прет - тот плохая, очень, очень плохая мать.
И этот текст - лишь небольшая часть того, что я бы хотела сказать на тему экзистенциального страха материнства.
