Тихо страдаю, перечитывая...
___________________________________________
Я влюбился по уши. Яростное желание перекроить себя, стать совсем другим, быть достойным её, чтобы она могла мною гордиться. Уничтожить, стереть с лица земли все оплошности, гадости, которые мне пришлось сделать в жизни, собрать всё это в одну кучу и сжечь, а пепел развеять над молчащей пустыней. Ради этого я пошёл бы на любые жертвы.
В такие минуты хочется предостеречь всех дурачков неискушённых, весь современный молодой хлам, это юное чванливое утиль-сырьё: "Ослы! Идиоты! Вы, как чокнутое государство, разбазариваете свой драгоценный золотой фонд на товар, который чем-то показался вам необходимым, а он состоит-то всего лишь из ерунды: толстый зад да коровье вымя перетисканных грудей, на которых при определённых условиях были бы отпечатки разных пальцев и рук: потных и жирных, грязных и вонючих".
Господи, как же всё-таки я её люблю! Люди, дайте слова, дайте мне никогда и никем ещё неслышанный шёпот губ, эту музыку рыдающего от счастья существа, чтобы я смог совсем по-новому произнести "Я люблю тебя" и чтобы, закрыв ладонями уши, она бросилась ко мне на шею и закричала, как никогда ещё не кричали женщины: "Не надо!!! Я тебе верю, верю!!!" И уже совсем тихо, потом, погодя, совсем измученная, солёными от слёз губами ещё раз сказала: "Не надо! Я тебе верю!".
Осталось 9 вечеров. Девять. И всё. И конец. Ничего хорошего впереди не вижу. Каждый из вернётся в исходное положение. Разница только в том, что я никогда уже не смогу и не буду жить по-скотски, как это было до встреч с Олей.
Не бывать свадьбам-сделкам. Хватит издеваться над собой, глумитья над тем, что ты считаешь святым.
Слишком много понято и передумано за это время. Будь проклята эта жизнь и эти хари, с которыми я был в разговорах, встречах и прочих гадостях. Ненавижу себя, ненавижу.
Осталось девять вечеров счастья. Только девять. А потом каждый пойдёт своей дорогой. Мне моя дорога ничего хорошего не сулит. Придётся расстаться с самым дорогим, с тем, что искал всю свою дурную жизнь, а встретил вот только теперь, когда стал измызганным уродом.
Вот, и пришло это грустное спокойствие, когда понимаешь, что ничего нельзя сделать. Даже если бы она захотела быть со мной, ничего не вышло бы. Никто не даст нам встречаться, а тем более, быть вместе всю жизнь. Отрубят руки, голову, переломают ноги, выколят глаза. И будет это при самых благоприятных условиях, т.е. если мы решим быть вместе. Но это слишком фантастично. Такую ситуацию можно увидеть только во сне, да и то невсегда. Я, наверное, посинею от идиотского смеха, если услышу, что она хочет быть со мной.
Какое чудовище выдумало возрастную разницу, когда встречаются двое, и их тянет друг к другу? Чудовище! Это чудовищно! Человек, опустив голову, должен слушать, что он старик, что ему много лет, а ей мало, что это не положено. А он видит себя бегущим мальчишкой с цветами. Вот, он выпрыгнул из лодки, опустил цветы в воду, дал им второе дыхание, и скорее, скорее туда, где она.
Я любого сопляка заткну за пояс и в спорте и в чём угодно, но вот, видите ли, ты стар, и поэтому "не моги" встречаться с человеком, которому 18. Людей мало интересует то обстоятельство, что старцем можно быть и в 20 лет.
Кому какое дело до того, что я чувствую, как всё понимаю, чем руководствуюсь в своих поступках. Им важно вынести своё решение - "НЕ МОГИ".
________________________________
