Решила записать свои ощущения и познания в том, что же Он хочет и как эти просьбы выражает. То есть, как Он общается.
В возрасте новорожденного общение строилось однообразно: Он - кричал, Я - пеленала, кормила, усыпляла.
Кажется, в возрасте полутора - двух месяцев, Он начал улыбаться, но в ответ на какие-то свои ощущения, а не мне.
Потом, месяца в два - два с половиной, уже начал улыбаться мне. Просьбы по-прежнему выражались только криком. В отличие от суждений в книгах о том, что "настоящая мама" настраивается на "волну ребёнка" и за каждым криком понимает, что именно ребёнок хочет, я никогда не понимала этого. Поэтому всегда действовала однотипно: подойти - улыбнуться - спросить "Что случилось? Что ты хочешь?" - назвать Его разными ласковыми словами - проверить: не замерз ли? - проверить подгузник - покормить - подержать вертикально - если уснул, уложить; если не уснул, подержать на руках и покачать, а затем уложить.
В возрасте трех - четырех месяцев мы пробовали активно играть. В четыре месяца Он оживлялся в ответ на моё появление. Просьбы по-прежнему выражались только криком.
В возрасте пяти месяцев Он научился подзывать меня определенными звуками, похожими на крик, всхлипывания и заикания одновременно. Этот звук я уже отличала и научилась угадывать, сколько времени я могу не подходить к Нему, чтобы Он не разорался. Если подойти к Нему своевременно, то можно было увлечь Его еще на несколько минут.
В возрасте шести месяцев Он четко произносил слоги: агу, ба, гы, кхи; слова "баба" и "абама". Улыбался в ответ и смеялся, когда его щекотали, показывали как чешется обезьяна, говорили "кукла Катя". Чаще стал требовать от меня участия в своих играх. Восторг выражал смехом и пинками.
В семь месяцев от Него уже можно было добиться лепета как ответную реакцию на разговор с мамой. Начал проявлять интерес к другим детям: в больнице рассматривал их, ревел за компанию. На посторонних взрослых всегда реагировал одинаково: настороженность, если они стоят далеко и безудержный рев, если они подошли или потрогали Его.
В восемь месяцев Он особенно стал тянуться к "обществу". Поскольку посторонних Он боялся по-прежнему, то общество Ему составляла я и муж. Очень любил тактильное общение. Понравились пальчиковые игры.
В девять месяцев другие дети его по-прежнему не интересовали. При этом Он очень не любил находиться в одиночестве. Он умел махать ручкой при прощании, любил танцевать и валяться вдвоем. Любил бодаться.
В год и восемь месяцев Он всё еще не разговаривал, лепетал, но слова не понятны. Мне казалось, что осмысленной речи вообще нет, муж утверждал обратное. Появились капризы, истерики частые. Стал злиться, если что-то ему не нравилось.