Мы легли у разбитой ели.
Ждем, когда же начнет светлеть.
Под шинелью вдвоем теплее
На продрогшей гнилой земле.
- Знаешь, Юлька, я - против грусти,
Но сегодня она не в счет.
Дома, в яблочном захолустье
Мама, мамка моя живет.
У тебя есть друзья, любимый,
У меня лишь она одна.
Пахнет в хате квашней и дымом,
За порогом бурлит весна.
Старой кажется: каждый кустик
Беспокойную дочку ждет.
Знаешь, Юлька, я - против грусти,
Но сегодня она не в счет...
Отогрелись мы еле-еле.
Вдруг - нежданный приказ: "Вперед"!
Снова рядом в сырой шинели
Светлокосый солдат идет.
...Шла дивизия в бой без песен,
Шла без митингов и знамен.
В окруженье попал в Полесье
Наш потрепанный батальон.
Зинка нас повела в атаку,
Мы пробились по черной ржи,
По воронкам и буеракам,
Через смертные рубежи.
Мы не ждали посмертной славы -
Мы хотели со славой ЖИТЬ!
Почему же в бинтах кровавых
Светлокосый солдат лежит?
Ее тело своей шинелью
Прикрывала я, зубы сжав.
Белорусские ветры пели
О рязанских глухих садах...
Знаешь, Зинка, я - против грусти,
Но сегодня она не в счет.
Дома, в яблочном захолустье
Мама, мамка твоя живет.
У меня есть друзья, любимый,
У нее ты была одна.
Пахнет в хате квашней и дымом,
За порогом бурлит весна.
И старушка в цветастом платье
У иконы свечу зажгла...
Я не знаю, как написать ей,
Чтоб тебя она не ждала.
Это стихотворение написала в память о своем боевом товарище - Зине Самсоновой - Юлия Друнина. Зина погибла. Звание Героя Советского Союза присвоено посмертно.
Из книги "Героини". Две книги, о женщинах - Героях Советского Союза, практически все, кроме В.Терешковой - получили высокое звание в Войну 1941-45 гг.
Читать тяжело, но поучительно. Это память, надо знать, как это было, чтобы понимать, что допустить повторения нельзя.
