умерла бабуля. моя бабулечка, которая была со мной всегда, сколько себя помню. ужасная фантазерка с бесконечными сказками и историями, театральными эмоциями и всегда все прощающая, терпимая и добрая.
мы были с бусиной в турции, когда она умерла. приехали, а ее уже похоронили. бусина там, в турции, сначала плакала, а потом сказала: ну все, теперь бабуля поняла, что мы ее любим, и больше не будет умирать. мы прилетели ночью, бусина спала. а я всю ночь бродила по квартире, снова возвращалась к дивану в большой комнате - а бабули там не было. нет ее тапок, нет чашки на кухне и бутылочки с травой, нет полотенца в ванной на ее крючке и в шкафу пусто - сестра уже все убрала. а запах еще есть. она еще такая живая, что кажется, обернешься, а она сидит на диване. и я снова подхожу к дивану - а там пусто.
с тех пор, как родилась бусина, мы жили с бабулей напополам. она всегда заменяла меня. и жила со мной моей жизнью. по вечерам мучила меня вопросами: как день прошел, что делала, кто обидел, что видела? я иногда бесилась от этих допросов. но весь ужас в том, что теперь-то меня больше никто ни о чем не спросит - никому больше нет дела до меня.
мы могли ссориться. но разойтись нам некуда - квартира маленькая. посидим, помолчим, бабуля вздохнет: вот ведь паршивый характер! и снова мы с ней обсуждаем, чем бусину кормить, какое ей платье сшить и на какой день няню вызвать.
еще перед уездом я ругалась на нее за то, что она вешала грязное белье на мое полотенце. а теперь приехали, подарков ей привезли - а диван пустой. никто не вздыхает, не зовет: посиди, поговори со мной. брожу по квартире и плачу. а бусина повисла на моем подоле и скулит: ну когда бабуля вернется? мама, сделай, чтоб она мне ответила, а то я говорю-говорю с ней, а она не отвечает ниоткуда
учитывая отношения твои с мамой...
