(Прочла в "Одноклассниках"... Лучше бы не читала! А может, и хорошо, что прочитала...)
Восточная Сибирь, ЦРБ. Сижу на приеме в ЖК, вдруг звонок из роддома:
- Доктор, срочно к нам! Самообращение - беременная с болями в животе, с двумя рубцами после кесарева сечения!
Бросаю прием, бегу в роддом, и вижу - на кушетке в приемнике лежит беременная, сероватого цвета кожные покровы и тихо постанывает. - Что случилось? - спрашиваю я, а сама уже заголяю живот и произвожу осмотр. Матка "дыбом", плотная, болезненная. Части плода четко не определяются. Сердечные тоны плода четко не выслушиваются - то ли у ребенка брадикардия, то ли у мамы тахикардия. Тут же вспоминаю, что эта женщина приходила ко мне на прием в ЖК ровно неделю назад, вставать на учет. И у нее действительно два кесаревых сечения в анамнезе. - Живот болит, - отвечает мне пациентка. - Вот, ездили к родне в соседнюю деревню, всей семьей, на своей машине. Да растрясло наверное, еще в машине живот заболел. А сейчас прямо мочи нет..! - Давление какое? - спрашиваю у своих акушерок. - Сто на шестьдесят. - Перекладывайте женщину на носилки и на руках в хирургию! - Как на руках? - возопили мои девочки. - Она же только что сама пришла! - На руках и на носилках! - рявкнула я. - Мужа в помощники возьмите! А сама вихрем в ординаторскую, и падаю на телефон:
- Хирургия? Срочно разворачивайте операционную! Мы к вам несем разрыв матки по рубцу!
Набираю второй номер:
- Женская консультация? Срочно поднять карточку Н.Н., она была у нас неделю назад, и с результатами анализов все занести в хирургию! Меня на прием не ждите, ухожу в операционную! Хватаю пустую историю родов и бегу следом за носилками. В хирургии нас уже встречает Василич, измеряет пульс больной, оценивает хабитус (состояние больной), тихонько спрашивает меня: - Идем на ребенка, или на маму? Я в ответ круглые глаза:
- Василич! Какой ребенок!? Мне бы маму вытащить! - Понятно, - ответил он, и укатил больную в операционную. Я бегу в ординаторскую, сталкиваюсь с ассистентом:
- Толь, давайте начинайте мыться, я следом! Через ..дцать секунд и я намываюсь, одеваюсь, к столу - начали! Вскрываемся, смотрим: на нас в рану корпорально разорвавшейся матки смотрит полностью отслоившаяся плацента, нижний край которой плотно врос в рубец на всем протяжении. В брюшной полости около пятисот миллилитров темной крови. - Ой, Толя, помогай! я боюсь! - шепнула я ассистенту. - Не бойся. Давай вместе, - и начинает осторожно, одним пальцем отводить ткань плаценты от краев раны. Кровотечение не усилилось. - Всё уже сократилось, работай, - успокоил он меня. И мы начали работать. Отвели плаценту, не трогая нижнего края, вскрыли плодный пузырь, и достали совершенно белого, как лист бумаги, ребенка, без признаков жизни. - Жалко, не успели... - проговорил мой хирург, - весь выкровился через пуповину. - Василич, посмотри, а? Может еще можно что-то сделать? Ты ведь у нас волшебник! - слезно попросила я, передавая бездыханное тельце на руки акушерке. Рядом стоял совершенно потерянный молодой неонатолог. Отдав ребенка, мы продолжили работать. Впереди нас ждала ненавистная экстирпация. и вот минут через десять напряженной работы, когда уже сосуды были перевязаны, и можно было откидывать матку, мы услышали какой-то слабый писк - не то котенок, не то показалось..? Но писк нарастал и перешел в уверенный плач ребенка! - Неужели оживил!? - изумились мы, - Василич, это наш ребенок плачет!? В операционную с довольной улыбкой вплывает Василич:
- А разве не вы говорили, что я волшебник?
С легкостью и на подъеме мы закончили операцию. На полном разрыве матки спасли и маму и ребенка! Это была победа всей нашей бригады!!
Василич, наш добрый фей и волшебник, ушел из жизни 02.01.2013 года в возрасте 52 лет, отдежурив суточное дежурство 1 января, на крыльце собственного дома. СВЕТЛАЯ ПАМЯТЬ прекрасному доктору и человеку Рудченко Владимиру Васильевичу от коллег и пациентов.
