С лицом измученным и серым, на белой смятой простыне, как жертва бешеной холеры, лежит коленками к стене. Протяжно стонет, как при родах, в квартире стихли разговоры, ночник горит едва-едва. У мужа тридцать семь и два.
Тула
Тула