Не часто бывает так, что ты идёшь на улицу не с мамой, но почему то каждый раз, когда тебя приводит домой бабушка или папа, я слышу, какая ты непослушная и как плохо себя вела. Знаешь, меня возмущают эти жалобы, ты не такая. Ты замечательная. Любознательная. Живая. Самостоятельная. Тебе все интересно, тебе нравится общаться с людьми, ведь для тебя пока мир такой необъятный и всецело добрый.

Прости меня, доченька, что я все чаще начинаю на тебя прикрикивать: это не бери, туда не ходи. Я стараюсь одёргивать себя: пусть идёт, ведь мама рядом, держит её за ручку. Дни летят со сумасшедшей скоростью, и в водовороте будничных дел я часто забываю просто любить тебя. И лишь когда уставшая я сяду на пол, а ты подбежишь, обнимешь меня за шею своими маленькими ручками и крепко прижмёшься к плечу, я нюхаю твою макушку и вспоминаю, что за весь день не успела подумать, какой ты замечательный ненаглядный ребёнок.

Ты берёшь деток на площадке за ручку, чтобы побегать вместе, и, кажется, готова уйти с первым встречным. Но как обливалось кровью моё сердце, когда из кроватки, куда тебя пытался уложить строгий папа, раздавалось чёткое и жалобное: мама! Я очень люблю тебя, малыш.

Я очень люблю те моменты, когда ты лежишь на спинке после того, как хорошо покушала молочка, а я склоняюсь над тобой, опираясь на локоть, и ты играешь с золотой цепочкой и крестиком на моей шее, который свисает рядом с твоим лицом. Маленькими пухлыми ручками ты аккуратно трогаешь и ловишь крохотный крестик, внимательно смотришь, я вижу веер темных густых ресниц и слышу твое дыхание, как ты сопишь, увлеченная интересной игрушкой. Мне кажется, есть что-то очень древнее в этом: тысячи лет матери вот так склонялись над своими детьми и с упоением разглядывали их ангельские личики, пока те увлечены изучением мира. Так и сотни лет назад, когда не было всех этих бесчисленных игрушек, маленький ребенок перебирал в ручках крестик на шее матери, а она держала в руках его светлую головку.

Меня часто спрашивают родственники, тяжело ли мне, и я всем отвечаю, что привыкла. Терпеть не могу жаловаться. Но порой бывают моменты, когда мне очень тяжело. Я с тобой весь день: ношу на руках, сижу рядом, когда ты играешь, страхую, чтобы ты не упала, кормлю, мою, меняю подгузники и прочее. Ни минуты я не могу освободить свою голову от мыслей о тебе. Ты совсем не спишь одна, ни днем ни ночью, так что мне не отойти. И вот вечером, в надежде выкроить для себя чуть-чуть личного времени я укачиваю тебя целый час, но все без толку: ты плачешь, только твоя головка касается матраса кроватки, и снова улыбаешься, глядя на меня ясными глазами, когда я беру тебя на руки. Я спрашиваю себя: "а где же МОЯ жизнь?". Сижу в темноте, вытираю слезы и отвечаю себе: "это и есть жизнь".

Есть такая шутка: существуют три вещи, на которые можно смотреть бесконечно - на огонь, на воду и как другие работают. У меня теперь есть и четвертая вещь: бесконечно смотреть на тебя, доченька.

Еще пару недель назад я мечтала, чтобы ты поскорее начала интересоваться игрушками и я могла бы оставить тебя на подольше, пойти убраться, приготовить еду, поработать. И вот теперь ты играешь с игрушкой, а я никуда не иду, сижу и не могу оторвать глаз от тебя. Такие откровенные искренние эмоции могут быть только у ребенка. Ты берешь в ручку зеленую рыбку и хмуришь лоб, сердито рассматриваешь ее. Потом замечаешь осьминога и глаза расширяются от удивления, как будто увидела настоящее чудо. Переводишь внимание на оранжевую звездочку и начинаешь смеяться. Я могу наблюдать за этим вечно.

Когда я была беременной, мне становилось стыдно, если я замечала, что уже несколько часов не вспоминаю о тебе. Теперь мне стыдно отойти на 10 минут, не покидает ощущение, что я краду у тебя это время. Конечно, дела стоят, но когда еще мы с тобой будем настолько близки, как сейчас? Нужно ценить это и наслаждаться моментом.

Люблю тебя. Твоя мама.

Доченька, как же я люблю эти моменты, когда мы с тобой одни дома, за окном шумят дети на школьной площадке, а мы лежим под одеялом, прижавшись друг к другу. Я смотрю на твои длинные реснички, как трогательно ты держишь пальчики на моей груди, чтобы ее не украли, и слушаю сопение, когда ты глотаешь молочко.

Я хочу запомнить тебя вот такой маленькой, рассмотреть каждую черточку, запечатлеть в памяти твой курносый носик, глазки, смешной чубчик на голове. Даже когда ты неистово бушуешь, кричишь, щипаешь меня за шею, я покрепче прижимаю тебя к груди, собираю губами твои слезки, и мое сердце разрывается от нежности.

Будь всегда такой же любознательной, смотри на мир широко раскрытыми глазами, ты такая красавица и очень умная девочка. Не верю всем, кто мне говорил раньше, что первое время ребенок как кабачок, только лежит, спит и ест - это точно не про тебя, родная.

Люблю, твоя мама.