Три летних месяца я принимала гормональные противозачаточные таблетки, чтобы урегулировать свой несчастный цикл. Осенью после операции прошло уже полгода и можно было пробовать снова. В ноябре я сделала два теста и оба они оказались положительными. Сердце забилось очень быстро, но не могу сказать, что это была радость - скорее, страх. Предыдущий опыт лишил меня почти всего счастья состояния беременности, я боялась поверить. Боялась до последнего узи, когда увидела сформировавшегося малыша, сосущего пальчик и зевающего во весь ротик. "Это чудо", - подумала я. "Не может быть, чтобы оно исчезло!"

На этот раз я объявила всем, что беременна. Я сделала это специально, из каких-то детских соображений: Бог не сможет огорчить мою маму и отнять у нее первого внука, ведь она очень хороший человек!

Первые два месяца меня жутко мутило. Это как попасть в тюрьму: не существует ни прошлого, ни будущего... Только ты и ТОШНОТА. Она преследовала меня утром, днем, вечером, ночью, во сне, заканчиваясь только на 30-40 минут после плотной еды, а затем начинаясь снова. Постоянно приходилось есть. Я вообще-то люблю хорошо покушать, но в меру, а тогда я возненавидела еду. Это ужасно: запихивать в себя пищу только чтобы не рвало. И как-то странно. Фрукты и соки (любимая моя еда) я не могла употреблять, меня сразу выворачивало кислятиной, обжигающей горло. Вообще меня рвало желчью, а не едой. Желчи было просто море разливанное и оно постоянно требовало жертвы, иначе выходило из берегов...

Работать в муторном состоянии было нелегко, занятия длились по 1,5 часа, перемены короткие, не всегда удавалось закинуть еду. Спасали сникерсы, в этом плане они оказались ядрёнее всего, то бишь питательнее. Конечно, меня быстро разнесло - именно за первые два месяца я набрала 5-6 кг, за остальную беременность еще 8-9. Было обидно: другие девочки худеют, не могут ничего есть, а я как черная дыра, в которой исчезают первое, второе, десерт... И нарастают на попе и бедрах. Иногда было так муторно, что просто мечтала, чтоб меня стошнило. С другой стороны, после желчи всегда оставался такой горький привкус, который долго ничем нельзя ни запить, ни заесть...

В декабре-январе проходили экзамены, в том числе у групп заочников по 30-60 человек. Высидеть весь экзамен было настоящим испытанием, но я старалась изо всех сил оставаться объективной и казаться здоровой. До сих пор помню один из наиболее "удачных" дней: у меня выпала пломба из передних зубов (откололась от задней стенки, спереди было не видно, но казалось, что зубы истончились и вот-вот обломятся), утром я простояла в пробке 40 минут (это именно в пробке, не считая дороги после въезда в город) в автобусе, битком набитом людьми, опаздывающими на работу. "Стояла" - это, правда, не то слово, скорее висела на поручне в предобморочном состоянии. Мне уже из деканата заочного факультета звонили с возмущением, мол, студенты меня уже больше получаса дожидаются... И отсидела полный экзамен после столь приятной "разминки". Смотрела потом в блокноте вся страница исписана была чем-то вроде "как же меня тошнит!... я больше не могу..."

И вот однажды в двадцатых числах января в середине дня я вдруг поняла, что меня уже не так сильно мутит, хотя я ела часа два назад. Токсикоз стал отступать. С тех пор он мучил меня только по утрам, в транспорте или после длительного воздержания от еды (2,5-3 часа). По крайней мере, ночью я спала спокойно, а не вставала покушать молока с булкой каждые 2 часа.

Но с февраля пришла новая напасть - усталость. С начала беременности я постепенно превратилась из совы в жаворонка, а потом в ленивца. Ложилась спать в 23 вместо 1-2 ночи, потом в 22, потом в 21 и раньше, дремала днем (когда была возможность), а затем и как можно чаще в свободное от работы время. Во втором семестре все мои занятия проходили в первую смену, так что уже после 14-15 часов я была дома и неизменно ложилась спать. И все же я чувствовала себя измотанной, выжатой, как лимон. Я искренне не понимаю мам, активность которых возрастает во время беременности, мне хотелось поселиться под одеялом, свить там уютное гнездышко из подушек и не выбираться оттуда. Мне даже сидеть было напряжно. Но, к сожалению, каждое утро приходилось вставать в 6.30, пихать в себя завтрак и тащиться (какое верное слово - именно тащиться, то есть, тащить себя) на остановку. Худшее ждало впереди.

Наш район новый и в город ведет всего одна дорога, узкая на въезде, там постоянно происходят аварии и из-за этого образуются пробки. В 7-8 утра, понятное дело, час пик. Это было каждодневным адом - 40 минут в душном автобусе, набитом людьми. Надо сказать, в феврале-марте мой животик уже достаточно округлился, явственно проступая сквозь пальто с разъезжающимися пуговицами. Ну, допустим, я просто внезапно толстая в области живота или съела арбуз. Но потом, на 6-7-8 месяце мне точно так же не уступали место, как и тогда. За всю (!) мою беременность мне 3 раза уступили место, 1 из них -кондуктор. Это при том, что я каждый день, кроме выходных, по 2 раза на дню ездила на работу. С конца мая, слава Богу, ушла в декрет. Никогда не забуду то тоскливое чувство одиночества в толпе равнодушных людей, которым наплевать на твою беду. А ты висишь, зеленея, из последних сил вцепившись в поручень и думаешь об одном - как бы тебя никто не толкнул локтем в живот. И еще бы в обморок не упасть. Несколько раз вываливалась из автобуса раньше своей остановки. Бывало, что тошнило прямо на улице, за остановочным павильоном. Было страшно, что кто-то из моих студентов увидит меня и решит, что я с похмелья (еще до живота). Очень я обижалась на людей. Хоть это и наивно, глупо по-детски.

Еще бы не было гипоксии, если каждый день задыхаться в автобусах по 40-80 минут в сумме.

Пожалуй, кроме транспортной эпопеи, самым неприятным была молочница. Привязалась в феврале и отстала только после того, как мне уже в 3 триместре разрешили клотримазол. Ну не помогает ничто другое! Все рекламируемые средства приносили облегчение на неделю максимум (в лучшем случае). Ничего нет лучше старого доброго клотримазола, очень жаль, что во время беременности его практически нельзя.

В декретном отпуске было хорошо, не считая поездок по врачам и летней духоты, а также увеличивавшегося веса. В июле почувствовала себя неподъемной. Сил не было. Еще и по ночам постоянно приходилось отдирать себя от постели и бегать в туалет.

О предродовом состоянии и родах напишу чуть позже. В целом же, оглянувшись, могу сказать, что моя беременность по сравнению с другими была очень даже ничего. Больше всего не хватало жестких диет и спортивной нагрузки, ощущения свободы и чувства принадлежности самой себе. Реально ощущала себя инкубатором на ножках и не верилось, что когда-то было иначе и что когда-нибудь все будет по-другому.

Сейчас я могу писать об этом, говорить об этом почти спокойно, потому что у меня есть Витюша. Хочу описать свой долгий путь к маленькому счастью, чтобы в тяжелые дни вспоминать, чего мне это стоило, и не жаловаться.

Всего через пару месяцев после того, как мы стали быть вместе с Костей (не могу назвать это словом "встречаться" - оно не исчерпывает наших отношений), мы уже не переживали о том, что я могу забеременеть, нас это не пугало, даже наоборот, был какой-то детский интерес. К тому же, я не верила, что это получится так легко, потому что имела проблемы со здоровьем, а именно СПКЯ. Месячные были, мягко говоря, не регулярные. С перерывами от 1-2 месяцев до почти года. Я не лечилась, не готовилась никак к беременности. С одной стороны, это непростительная легкомысленность, а с другой - я в каком-то смысле фаталист, верю, что чему быть, того не миновать. Придет время - ребенок появится, - так я считала.

Тесты приходилось делать часто, из-за нерегулярного цикла. Однажды в февральские выходные я взялась печь пиццу, возилась с этим делом полдня, варила курицу, отделяла ее от костей, готовила остальную начинку и т. д. До этого меня пару дней немного мутило - состояние как при пониженном давлении. Приходила мысль "а вдруг?..." Но в субботу закрутило низ живота, хлынула кровь. "Ну вот, снова не беременна," - подумала я с легким разочарованием. Но тошнота не проходила. Подруга сказала, что так бывает, месячные начинаются и сразу заканчиваются, ее знакомая так поняла, что забеременела. Хоть слышала я о подобном впервые, но надежда снова затеплилась. Тем более, что на следующий день уже все прекратилось. Я сделала тест и он показал две полоски. Плакала от радости, благодарила небо, чувствовала себя очень счастливой. Когда муж пришел с работы, дотронулась его рукой до своего живота и сказала: "поздоровайся с малышом"...

У гинеколога кроме медсестры сидела интерн. Они все очень удивились, как я могла забеременеть и попросили предъявить тест. Это меня рассмешило, мне и в голову не приходило, что будут нужны доказательства. Щупала меня интерн. Она очень сильно давила на живот, мне это совсем не понравилось. Сказала, что матка и вправду увеличена. "Да у вас, наверное, внематочная", - бросила врач. У меня земля ушла из-под ног. Не знаю, кому из впервые забеременевших девчонок хотелось бы услышать нечто подобное и таким пренебрежительным тоном. В общем, меня отправили на УЗИ.

Я переживала, искала в интернете, где можно сделать узи платно (у нас в ЖК на тот момент не делали), заодно смотрела, что такое внематочная беременность и есть ли хоть какие-то шансы с таким диагнозом. Плакала, уговаривая себя, что еще ничего не известно. В тот же день поехала на УЗИ. Женщина долго и упорно разглядывала мою матку на мониторе со всех ракурсов. Я чувствовала себя спокойно, потому что она не прокричала в отчаянии "у вас беда!" а именно так, мне казалось, должны реагировать люди... Я не была бы так спокойна, если бы знала, что на таком сроке должно было быть слышно сердечко. Я не знала.

В конце процедуры (женщина так ничего и не сказала, спросила только, первая ли у меня беременность) мне распечатали и отдали фото и документ. "Срочно ко врачу," - сказали мне. "А что?" - спросила я. Должна же была я что-то спросить. "Замершая беременность" - прочитала я на бумажке. Женщину отвлекла медсестра, от меня отвернулись, занялись своими делами. Я вышла из кабинета, взяла одежду. Оделась, вышла на улицу. Не надо было быть особого ума, чтобы понять диагноз. Где-то за углом дома я постояла, плача, а потом поехала домой. Я не могла рыдать на улице, не хотела, чтобы кто-то подошел и спрашивал, что случилось.

Дома я даже не разделась, просто села на пороге, прямо в танкере и сапогах. Ничего не нужно было. Хотела позвонить мужу, чтобы он приехал, но передумала. Зачем? Чтобы сидел и смотрел, как я переживаю? Жалко было ему говорить. Вечером встретила его у двери, язык не поворачивался сказать. До этого я перебирала в уме фразы, которые звучали бы утешающе, но в итоге просто сказала: "наш малыш умер" и уткнулась в его плечо.

Врач выписывала мне направление в больницу, в патологию. К тому времени безумная надежда зародилась в душе, ведь казалось, что "замершее" - это что-то, что на время прекратилось и позже продолжится. "А есть хоть какая-то возможность...?" "Вы поймите, - сказала врач, - нечего тут вынашивать". Нечего тут вынашивать. Это я навсегда запомнила. Потом она вздохнула и добавила: "Ну попробуйте, вас там еще посмотрят". Снова подпитав безумные надежды, я смогла прожить еще пару дней, потом отправилась в больницу.

Узи должны были делать наутро. Я всю ночь молилась, обещала все, что угодно, лишь бы только малыш был жив. Вот как можно было еще на что-то надеяться? Не знаю. А как иначе было жить? Зачем? В Бога я верю, но вот, честно, молюсь редко, когда беда. И как-то по-своему. Утром я была как зомби, ничего уже не чувствовала, наверное, и не верила. Поэтому узи перенесла стойко, как и окончательный вердикт. "После обеда на операцию". В палате немного поплакала, пока соседок не было. А потом опять фрустрация. Мне настолько уже было на все плевать, что когда я вошла в помещение со специальным креслом (или столом - не помню), всё сняла с себя, даже не обратив внимание, что там был мужик. Медсестры (врачи?) посмеялись, что, мол, все-то пытаются его соблазнить. С третьего раза до меня дошло, что надо было специальную рубаху накинуть. Я даже не злилась, что все смеются, болтают о своем. Их для меня не существовало, ничего не существовало. Всё умерло вместе с плодиком и надеждой.

От наркоза отходить странно: жизнь потом делится на до наркоза и после наркоза. А там, словно в другой реальности, в другой жизни. Много металлического и как будто я божество - такие остались ассоциации. Когда в себя пришла, все онемело, язык не шевелился. На низ живота положили лед. Было холодно и больно.

Мои соседки по палате были товарками по несчастью. Молодая девушка со вторым выкидышем и женщина в возрасте, случайно забеременевшая и проснувшаяся в луже крови - тоже выкидыш. Но больше всего я запомнила ту, что пришла после них. Девочка лет 16 делала аборт. После операции села, разложила тетрадки и стала что-то учить. Сказать, что это было странно для меня - добровольно вырезать из себя зародыш ребенка, который у тебя вырвали вместе с куском души - ничего не сказать. Но я не злилась, я ничего не знала о ней, кроме аборта и ответственного отношения к учебе. Не мне судить. И не мне понять.

Когда выходила из больницы (18 марта), был ледяной ветер, после недавней оттепели все замерзло, давно не было такого страшного гололеда. Мне было пофиг. Потом настала весна, которая всегда вдыхала в меня новую жизнь - мне было пофиг. Через силу ходила на работу, улыбалась маме (она не знала, никто не знал, кроме мужа). Я думала о том, что у меня, возможно, никогда не будет детей, о том, что я не заслуживаю ребенка, что такая как я не может и не достойна быть матерью. Жизнь для меня замерла на несколько месяцев. Замершее - это ведь что-то, что остановилось на время, но обязательно будет продолжаться...

Сегодня были на приеме. Весит Витя 7600, ростом 64 см, грудь в обхвате уже больше головы... Не маленькие мы, да. На мамином-то молочке... Сначала соблюдала диету, теперь ем почти все, кроме злостно вредного (полуфабрикатов, чипсов и т. д.) и того, с чего, говорят, может пучить детку (капуста, бобовые). Больше, чем нужно, ем сладкого и мучного, с чем пытаюсь бороться. Хотя животик наш уже и не болит практически, только немножко во время кормления. Слава Богу! Даже не верится, что эти корчи прекратились, сильно они нервировали нас обоих.

Витюша хорошо переворачивается на животик через правый бочок, делает это, когда хочет: если игрушку надо достать или одеялко в ротик потянуть, а оно далеко. Через левый переворачивается с помощью, потому что ручку еще из-под себя не научился вытаскивать. Обратно на спинку - никак. Головку держим отлично, когда на животе, так вообще задираем кверху, на предплечьях практически поднимаемся. Делаем упражнение подтягивание на ручках, пресс у ребенка ого-го. Любит теперь ноги поднимать высоко-высоко и со всей дури бить по кровати. Все тянет в рот.

Недавно мой мальчик первый раз получил засос... Такой трогательный момент в жизни каждой мамы... Только засос этот он поставил себе сам - на тыльной стороне ладони, возле сгиба кисти. Немаленький такой, ярко фиолетовый. Слюни текут рекой!

Грудь у Вити перестала пользоваться успехом уже недели 2-3 как. Во сне-то он ест по-старинке, просто отлично, а вот в бодром состоянии никак не хочет - отворачивается и все. Обычно мы ели лежа, но сидя та же ситуация. Просто отворачивается от соска или берет его в ротик и ругается (как гулит, только сердито или с возмущением, громко; если настаивать, может зареветь). Выхода три:

1. (если ребенок не хочет спать) оставить его в покое и повторить попытку позже,

2. (если хочет спать) укачать на руках, естественно, с грудью во рту (просто так на ручках он не лежит, чувствует запах молока и требует еды),

3. если укачивания не помогли и малыш продолжает возмущаться, то можно оставить его на кроватке одного (под присмотром, конечно, он ведь теперь активно передвигается). Либо он сразу успокаивается и потом мирно засыпает сам по себе, либо возмущается еще громче и мы возвращаемся к пункту 2.

Обидно, конечно, что грудь перестала быть альфой и омегой, но что поделаешь, Витя, видимо, достаточно взрослый, чтобы решать самому, когда и как он хочет кушать =) К тому же, мы, возможно, едим слишком часто - мамины нервы не выдерживают перерыва больше 1,5 часов, если он не спит. Скучать, в общем, не приходится.

Витя полюбил прогулки! Теперь он спокойно дает себя одеть, вывезти на улицу и покатать, ему нравится! А раньше страшно было везти его, если он не спит, мог и концерт закатить.

Ручки теперь наши друзья, а не враги. Малыш держит игрушки, сует их в рот, сосет кулачки, щупает мамочку... В общем, почти освоился. Если еще пару месяцев назад он был гостем в этом мире, то теперь чувствует себя полноправным хозяином: уверенный такой, уже знает, что к чему... Что мир состоит из предметов, они твердые или мягкие, теплые или холодные и все издают звуки. Самый любимый предмет - это, конечно, тот, который всегда рядом, из него еще молочко вкусное вытекает и от него больше всего шума.

Сегодня были в больничке, поила Витю из бутылочки сцеженным молочком. Он, похоже, совсем разучился из бутылки пить, ну никак не дружит с пустышками и сосками. Ну и отлично =) Сделали две прививки: вторую от гепатита и АКДС, переживаю теперь, состояние Малыша отслеживаю.

Ну и о маме немного: осталось скинуть пару кило и буду как до беременности. Специально не голодаю, конечно, во вредняшках ограничиваюсь. К сожалению, и волосы становятся как до беременности... Вот вопрос такой невольно возникает - что лучше: быть пухленькой с красивой шевелюрой или стройненькой с облезлым хвостиком? =)

Не думала, честно говоря, что здоровый голодный ребенок не захочет брать грудь. Такое ощущение, что неодушевленные предметы стали его больше привлекать, чем мама. Он даже на бочок научился поворачиваться, чтобы схватить в ротик угол лежащей рядом подушки. Запихал как-то в рот целый ком пеленки, которой я прикрываю свободную грудь во время кормления, чтобы молоко не лилось на кровать. И постоянно сосет кулачки. Особого режима кормления у нас нет, ест Витя примерно раз в 1,5-2 часа, по времени я всегда чувствую, когда он голодный. И вот в последнее время после требовательных криков (именно криков, а не плача - из-за таких пустяков мы не ревём), когда довольная мама кидается к нему с грудью, маленький вредина касается ее губками, а потом отворачивается или отстраняется и продолжает недовольно вскрикивать, мотает головой и тянет все тот же кулак в рот. Если не голодный, то почему слюни до пупа? Почему кричим, маму требуем? А если голодный, почему не хочет грудь? Раньше набрасывался только так, а теперь надо исхитряться, чтобы эту самую грудь ему впарить под шумок. Почему???

2 Сентября Витюше исполнился 1 месяц. Мы очень ждали этого дня, потому что казалось, что после будет легче. До сих пор кажется что после будет легче) Когда-нибудь потом...

О том, как Малыш изменился: Все говорят, что Витюша подрос, хотя я этого не замечаю, ведь мы все время вместе. Говорят, особенно щеки стали большими, поэтому я называю его маленьким Хомячком. И Похрюхрюнчиком, и Львеночком, и Солнышком, и Радостью... В лучших традициях мам. У Малыша стали живыми и умными глазки, на лице появляется множество самых разных выражений, ручки его уже слушаются, хотя управляет он ими еще не очень хорошо, особенно путает отталкивание и притягивание. Мы не желтые, мы не облазим, лопнувшие сосудики вокруг зрачков зажили, пупочек чистый. Но мы еще такие маленькие! Кроме внешних изменений заметны и перемены в поведении: Витюша теперь показывает, огорчен он или доволен, у него появился новый вид плача - требовательный (этакие настойчивые хныки, довольно громкие). Он совсем не похож на грустный плач, когда в глазах видны слезки. Малыш не просто смотрит на погремушки, он следит за ними глазками во всех направлениях, поворачивает голову, стукает по ним ручками.

Об огорчениях: Мучаемся с животиком. Малыш часто корчится, краснеет и тужится изо всех сил, пытаясь пукнуть или покакать, но, увы, часто не получается. Фенхель и массаж видимого эффекта не оказывают (считаю, это скорее средство успокоения мамочек). Бывают периоды, когда маленький яростно машет ручками-ножками, словно пытается взлететь, быстро дышит и похныкивает, ловит и выплевывает грудь. Мне кажется, это бывает, когда он разгуливается, хочет и не может уснуть.

О маминых развлечениях: стирка, глажка, прогулки на свежем воздухе. Придумывание еды, которая не навредит Малышу. Попытки заняться домашним хозяйством. Естественно, купание, переодевание, кормление и общение с Малышом. Все это - в коротких перерывах между валяниями на кровати с сынишкой, который никак не хочет расстаться с грудкой даже после засыпания (давненько у меня не было столько времени на мечты и размышления).

О папочке: Папочку мы воспринимаем как странного небритого дядьку, который пытается нас развлечь погремушкой, когда мама отлучается по делам. Конечно, ревем во все легкие, чтобы она вернулась, ведь от папы даже не пахнет сладким молочком. (Малыш спит возле стены, сбоку я, а совсем с краю - муж. Рано утром встаю умываться, Витюша просыпается без мамы, вертит головой, видит папу и долго-долго пристально его рассматривает, как будто в первый раз видит или гадает, кто бы это мог быть).

Про сами роды я не хочу вспоминать и, тем более, подробно писать о них, хотя все прошло, насколько я понимаю, наилучшим образом. К счастью, остались только воспоминания о событиях, а ощущения забылись, иначе кто знает, решилась ли бы я когда-нибудь забеременеть снова. Лежала со схватками в родильном отделении за час-полтора до появления на свет Малыша и твердила про себя: больше я НИКОГДА не буду рожать... Это всё, что я могу сказать о боли. И все-таки, самым страшным в этой новой жизни оказались вовсе не роды, а наша первая с Малышом неделя. Я предпочла бы снова пережить день родов, чем последующие 6-7 дней. Раньше я думала, что видео появления на свет ребенка могут смотреть только извращенцы или люди с особо крепкими нервами и жгучим любопытством, теперь я бы и сама не отказалась глянуть одним глазком, потому что я до сих пор не верю, что мой Малыш - это тот самый, что был у меня в животе, что именно он пинал меня под ребра, что именно с ним я разговаривала на протяжении 9 месяцев... Когда его принесли уже мне в палату, я лежала, смотрела на его головку и задавалась одним вопросом: КАК? КАК он пролез??? Вместо счастья - потрясение, вместо радости - дикий страх. В первую ночь я почти не спала, плакала. Я не могла уснуть, потому что боялась, что Малыш перестанет дышать, захлебнется или случится еще что-то ужасное. Не могла отвести от него глаз, смыкала их на пару секунд и тут же открывала - при каждом его вздохе, при каждом шевелении. Под утро чувствовала, что сойду с ума, но вместо этого все-таки уснула. Выйти из палаты, оставив там ребенка, было для меня пыткой. Я бегала в столовую исключительно на обед, заглатывала первое и мчалась назад с замирающим сердцем. Я боялась его брать, не могла слышать плач или крик - мне казалось, что ему очень больно и хотелось реветь в голос вместе с ним. Я до чертиков перепугалась, обнаружив, что кожа Малыша и его глазенки желтого цвета! Никто мне раньше не говорил, что детишки, черт возьми, желтые первые две недели! Я думала (спасибо, доктор Хаус), что у него отказывает печень! Мы не могли справиться с кормлением - я не могла правильно дать, а Малыш не мог взять грудь. Ревели вместе. Подмывание и пеленание были похожи на пытку вытягивания жил. Мой Малыш лежит на столике и от каждого моего слоновьего движения орет, мои руки трясутся, я боюсь его брать, а из долбаного крана течет то ледяная, то близкая к температуре кипения вода! Потом мое чудо еще нужно крепко запеленать, а ручки (и мои, и его) ходят ходуном! И все это - под крик, от которого разрывается сердце... Сто раз подумала, что таким впечатлительным как я нельзя становиться матерями. Дома не стало лучше, хотя со мной был муж (взял специально двухнедельный отпуск). Я пыталась заставить себя осознать, что стала мамой, радоваться. Никакого пробуждения материнского инстинкта. Возможно, он проснулся во мне очень давно, когда я водилась с младшими братишкой и сестренкой, и не засыпал, потому что я всегда любила детей и относительно легко находила с ними общий язык. Но мне до сих пор не удается убедить себя, что это маленькое Чудо - МОЙ сын. Он как мой братик, как самостоятельный человечек, но мамой его я себя до сих пор не чувствую. В первые дни мне хотелось убежать куда подальше, оставить его на попечение бабушек - им-то лучше знать, как о нем позаботиться. Жить не хотелось - такой непосильной казалась ответственность за дитя. А потом я смотрела на него и думала о малышах, которых на самом деле побросали мамочки, думала, как им страшно и плохо, но их никто-никто не любит. Понимала, что сделаю всё, чтобы он был счастлив, ведь еще недавно он пережил потрясение и тоже ужасно напуган, все для него ново и он ничего не понимает... В первый день, когда его принесли и он лежал рядом, у меня случилась небольшая судорога мышц живота. Моей мыслью было: Малышик пинается... Потом вспомнила, что там больше никого нет... Нет Малыша... Вот этот маленький сверточек - это, должно быть, он... И не верила сама себе. Убеждаю до сих пор, трогая его маленькие пяточки. Плачу, говорю: узнаешь меня, маленький? Это я, твоя мамочка, а ты - мой Малыш... Сейчас нам три недельки, мы стараемся наслаждаться каждым совместным мгновением, хотя у бестолковой мамочки это не очень получается. Мы стали меньше бояться, учимся улыбаться, смотрим друг другу в глаза. Он спит с маминой грудкой в ротике, а мама в это время наслаждается его сладким, ни с чем несравнимым запахом, легонько целует головушку и дает себе слово, что в следующие слёзки-рёвушки будет спокойнее и мудрее.

Сегодня первый день 40 недели. По первым узи срок ставили на 28 июля, по последнему узи - на 22. Доктор выбрала нечто среднее и назначила мне явку на 25) Никаких особых изменений, свидетельствующих о приближении родов, не чувствую. Да, животик опустился, но это произошло еще 1,5 недели назад, если не больше. Пару раз замечала маленькие комочки прозрачной слизи, даже обрадовалась, что пробка выходит, но как-то процесс застопорился. Малыш то затихает, словно готовится, то устраивает бодренькие жеребячьи скачки в животе (по ночам в основном). Болят пальцы на руках, выглядят опухшими, хотя от отеков не страдаю (икры только немного наливаются к вечеру). Подготовка в целом окончена, хотя некоторые мелочи специально оставила под конец - вроде как и заняться есть чем, но и начинать рожать не страшно (например, теплые вещички на осень можно еще постирать). Ничего похожего на подтекание вод или схватки нет. Один раз только после отдыха с мужем несколько часов твердел живот и больно его тянуло. Хотя интервалы были всего по пять минут, в роддом не поехала, потому что знала, чем это спровоцировано, да и на стенку от боли еще не лезла, так что решила подождать. После 2 часов ожидания интервалы стали расти, к вечеру все прекратилось. С тех пор - тишина... В смысле треников. Честно говоря, не верится, что я когда-нибудь разрожусь, кажется, что теперь всегда буду такой. Не могу себя убедить, что это затишье перед бурей. Как и всем, очень не хочется, чтобы оно затянулось до августа. И еще боюсь пропустить оттекание вод, потому что больше суток Малышу без них нельзя. Читала еще где-то, что перед самими родами вес не набирается больше. Как бы не так... С последнего визита набрала уже 2 кг - расслабилась называется, решила себя побаловать напоследок... Так что снова здравствуйте капуста-огурцы, а то вдруг мне еще недели две погоды ждать у моря.

Каждую ночь мне стали сниться малыши. Девочки, мальчики... самых разных возрастов, но в основном до годика. Я их ласкаю, на ручках ношу, забочусь о них. Только это не мои детки, а несуществующие племянники, дети друзей или родственников... Вроде как в гости приезжают, а я с ними вожусь. И все такие светленькие, с золотистыми волосиками, тихие, спокойные и очень хрупкие. Наверное, я очень-очень жду встречи со своим Малышом.